Пятое кольцо - Митчелл Грэм

«Иди», – приказал он себе.

Быстро взглянув через плечо на многотонную глыбу, лежавшую на дороге, юноша сделал один шаг, затем другой. Коллин поддерживал его с одного бока, а Лара – с другого.

С каждым шагом Мэтью становилось лучше. Когда он подошел к отцу Томасу, внимательно смотревшему на него, сознание юноши уже полностью прояснилось, но голова продолжала болеть. Внезапно Мэтью сообразил, что ни отец Томас, ни Гол, который тоже не сводил с него глаз, не знают, чего ожидать теперь. Они смотрели на него с таким выражением, как будто у него на лбу выросли рога.

– Наверное, вы должны потребовать от Харола Лонгверса деньги обратно, – сказал Мэтью. – Мне кажется, он продал бракованное кольцо.

Краем глаза он заметил, что Эйкин расслабился и улыбнулся. Улыбнулся и Фергус. Отец Томас усмехнулся, протянул руки и прижал его к груди. Вскоре уже все смеялись и обсуждали случившееся, хлопая Мэтью по спине. Только один Гол продолжал хмуриться.

– Может, ты объяснишь мне, что произошло, Сивард, – сказал он. – В волшебство мне трудно поверить.

– Это не волшебство, друг мой, – ответил отец Томас, целуя Мэтью в лоб. Он повернулся к Голу. – Ты видел то, чего достигла наука Древних. Теперь никаких сомнений на этот счет не осталось. Никто из нас не знает как и почему, но Мэтью каким-то образом удалось обрести часть их знания.

– Как это возможно после нескольких тысяч лет?

– Не знаю, – ответил Голу Мэтью. – Хотя уверен в одном: главное тут – кольцо.

Мэтью снял кольцо с пальца и протянул его Голу.

– Я думаю, что об этом мы сможем поговорить потом, – сказал Фергус. – Нам ведь еще нужно избавиться от второго отряда. Он вот-вот явится сюда!

– А вернуться назад мы не можем, – добавил Дэниел, глядя на огромную каменную глыбу, перегородившую дорогу.

Мэтью собрался было что-то сказать, но тут страшный удар по плечу швырнул его на землю. Его левая рука внезапно перестала слушаться, а спину пронзила рвущая боль.

Лара завизжала.

Мэтью с трудом повернулся на бок и увидел, как Коллин натянул тетиву и спустил стрелу. Через мгновение выстрелил и Фергус. Мэтью опустил глаза и увидел, что с его пальцев капает кровь, – в него попала стрела. Она торчала у него под левой ключицей.

Отец Томас схватил его за правую руку, чтобы утащить с дороги.

– Один слева! – заорал Коллин. – Двое справа!

– А вот и остальные! – крикнул Фергус, спуская стрелу.

Мэтью услышал вопль: стрелы Коллина и Фергуса одновременно вонзились в цель. Воздух загудел от множества стрел. Справа от Мэтью упал Дэниел: стрела прошла сквозь его бедро.

«Когда человека подстрелят, – однажды сказал ему отец, – он умирает обычно не от раны, а от шока».

Мэтью попытался вообразить ветер или огонь, но больше не ощутил связи с кольцом. Сквозь мутноватую пелену он увидел Лару и отца Томаса, которые с обнаженными мечами стояли рядом с ним.

Поднявшись на перевал, наемники меньше всего ожидали столкнуться с бешеной атакой Гола, который с оглушительным воплем вломился в их гущу, свирепо размахивая огромным мечом. За ним на варготов набросились Фергус и Эйкин.

Мэтью удалось подняться на ноги и обнажить меч. Среди черных плащей варготов он с удивлением заметил алые и золотые пятна: это воины элгарской королевской гвардии и солдаты владыки Крелина бросились в бой, рубя наемников направо и налево. Тем временем Гол продолжал бушевать, непрерывно испуская свой жуткий боевой клич. Каждый взмах его меча сеял смерть вокруг. Это было страшное зрелище!

В середине сражающихся Мэтью заметил высокого всадника в позолоченной кольчуге, который поднялся на стременах и закричал:

– Элгарцы, за мной! Бей врага!

Вокруг всадника быстро собрались элгарские солдаты и погнали врага в ущелье. Черные солдаты гибли один за другим.

Внезапно четверо наемников покинули поле боя.

– Смотри! – заорал один из них, указывая на Мэтью. – Вот он! – И бросился прямо к юноше.

Мэтью с трудом держался на ногах. Боль в плече стала невыносимой. Отец Томас и Лара шагнули навстречу нападавшим. Солдатам оставалось пробежать каких-нибудь двадцать ярдов. Мэтью выпрямился, отчаянно сжал зубы и шагнул вправо.

Он увидел, как Коллин бросился к ним на помощь, но было ясно, что он не успеет добежать до них. Первый солдат был уже совсем близко!

И тут отец Томас резко шагнул в сторону, нагнулся, проскочил под мечом врага и с быстротой молнии вонзил свой меч в бок солдата. Тот завопил и ничком рухнул на землю. Мэтью попытался заслонить Лару от другого солдата, но его ноги как будто налились свинцом. Холодные, беспощадные глаза варгота впились в лицо Лары. Он хищно оскалился и сделал выпад мечом, целя девушке прямо в грудь.

Но Лара была начеку. Ее рука немного отошла назад, отводя удар и используя порыв противника против него самого. Наемник слишком поздно понял, что произошло; он отчаянно попытался изогнуться, чтобы уклониться от острия меча Лары. Изумление и гнев отразились на его лице, когда он навалился на меч Лары всем своим весом и умер, не успев еще коснуться земли. Лара поставила ногу ему на грудь и выдернула свое оружие. Еще один солдат погиб, пронзенный стрелой Коллина, которую тот выпустил на бегу.

Ни отец Томас, ни Лара не успели остановить четвертого солдата, который пробежал мимо них и прямо набросился на Мэтью. Собрав все свои силы, юноше удалось отбить удар. Затем, не теряя ни секунды, Мэтью вонзил свой меч в подбрюшье врага.

Тот от боли отчаянно замахал руками и задел стрелу, торчавшую из плеча Мэтью. Невыносимая боль, пронзившая юношу, заставила его охнуть. Весь мир внезапно исчез за непроницаемой черной пеленой.

33

Нижняя Элгария, город Тремонт

Мэтью не знал ни где находится, ни сколько времени провел в этом месте. Откуда-то издалека до него доносились тихие голоса. Постепенно они становились громче, и наконец он вернулся в мир, полный света и звуков. Открыв глаза, Мэтью обнаружил, что лежит на кровати. Его правое плечо было перевязано, а рука лежала на груди в петле. Он попробовал слегка шевельнуть плечом. Было больно, но не слишком. Голова тоже больше не болела. Юноша повернулся на здоровый бок, приподнялся на локте и увидел Лару, спавшую сидя на стуле. Сквозь окно просачивался неяркий свет, так что было трудно понять, утро это или вечерние сумерки. На стекле блестели капли дождя. Поразмыслив, Мэтью решил, что все-таки утро.

В противоположном углу комнаты стоял его меч, прислоненный к шкафу. Кто-то – вероятно, Лара – аккуратно сложил его штаны и рубашку в ногах кровати. Внезапно Мэтью пронзила мысль о том, что кольца на пальце не было! Оказалось, оно снова висит у него на шее. Он не мог припомнить, когда снял его.