Повелитель книг - Мэл Одом

— Да. — Голос у Великого магистра Фонарщика был усталый и измученный. Джаг подумал, что гоблины, наверное, били и его тоже.

— С тобой все в порядке? — спросил Великий магистр.

Двеллер сам не знал, как ответить на этот вопрос. Во рту у него после побоев все еще чувствовался привкус крови.

— Жив он, что ему сделается, — буркнул Альдхран. — Снимите с него капюшон.

Один из гоблинов-охранников сорвал с Джага капюшон, и двеллеру немедленно пришлось прикрыть глаза, таким ослепительным показался ему заливавший помещение свет фонарей. Кроме Великого магистра и загадочного Альдхрана тут были шестеро гоблинов-охранников и еще двое людей.

Один из них был высокий и тощий, с длинными седыми волосам и бородой и лишенным какого бы то ни было выражения взглядом. У другого были ярко-рыжие волосы и усы, а веснушчатая кожа выглядела так, будто он недавно серьезно обгорел на солнце. Оба они были одеты в длинные плащи, а рыжий увешан оружием, явно участвовавшим в многочисленных боях.

— Но вовсе не обязательно, что он и дальше будет оставаться в живых, — продолжил Альдхран. — С другой стороны, конечно, Микрас может и не сразу его убить — он умеет обращаться с ножом и может хорошенько твоего библиотекаря покромсать, прежде чем тот отдаст концы.

Рыжий ухмыльнулся.

— Я это дело просто обожаю. Папаня мой мясником был.

С моря в помещение проникал холодный воздух. Сколько они плыли, Джаг не знал, но, судя по тому, как корабль взбирался на волны, они находились в открытом море. Времени с момента его пленения прошло много, и они все дальше и дальше уходили от Рассветных Пустошей.

В темноте двеллер часто вспоминал Рассветные Пустоши. Никто из тамошних жителей — если не считать гномов — не был готов к сражению за свой город. Никто не верил, что такое может случиться. Даже после того, как Жуткие Всадники на огнебыках и другие твари вторглись в Хранилище Всех Известных Знаний, обитатели Рассветных Пустошей так и не поверили в неизбежность повторного нападения. Джагу очень хотелось узнать, какая часть города уцелела после нападения...

Он вздрогнул и закашлялся, остро ощущая свою слабость и беспомощность.

Великий магистр Фонарщик взглянул на Альдхрана.

— Я не желаю, чтобы с Джагом так обращались. Я этого не потерплю. — Голос его звучал сильно и уверенно.

— «Не потерплю», значит, — издевательски передразнил рыжий. — И что же вы сделаете, Великий магистр, — отругаете меня? Заставите переписывать отрывки из книг?

Великий магистр не отрывал глаз от Альдхрана. Это явно того позабавило.

— Ты что, мне доверяешь?

— У меня нет выбора.

Альдхран удивленно приподнял бровь.

— Я мог бы тебе солгать. Ты этого хочешь? Лжи? Так тебе будет легче? — Он рассмеялся. — Что бы я ни пообещал, твоему ученику легче не станет. Ты мне, может, и веришь, но он не поверит.

— Я все же хотел бы заручиться твоим обещанием на этот счет.

Альдхран покачал головой.

— Хватит болтовни. Мне нужна эта книга.

— Ее не существует, — сказал Великий магистр.

Несмотря на боль и страх, Джаг невольно заинтересовался разговором. О какой книге они говорили, он не понимал, но узнать был бы не прочь. В конце концов, существовал шанс, что ему — к добру или же наоборот — было известно местонахождение этой книги.

Конечно, мрачно напомнил он себе, четыре шанса из пяти были за то, что книга погибла в разрушившем Библиотеку пожаре.

Альдхран выругался и принялся мерить каморку короткими быстрыми шагами.

— Ты что, за идиота меня принимаешь, библиотекарь? Великий магистр ответом его не удостоил. Переключившись на Джага, Альдхран спросил:

— А что ты думаешь, подмастерье?

Двеллер вздрогнул от такого обращения, сразу вспомнив о Крафе.

— По-твоему, книги не существует? — продолжал Альдхран. — По-твоему, я просто глупец?

Джаг не знал, куда смотреть, на человека или на Великого магистра, но в конце концов уставился на Альдхрана. Он прекрасно понимал, что может своими словами только все испортить, но любопытства сдержать не мог.

— О какой книге идет речь?

— О самой важной книге на свете, — прорычал Альдхран и яростно двинул кулаком по стене каморки. — О той, которую пытался отыскать лорд Харрион, когда жег библиотеки мира.

Повелитель гоблинов искал книгу? Двеллер даже моргнул от изумления. Сколько он ни слышал легенд и историй о лорде Харрионе, нигде не упоминалось, что тот искал какую-то определенную книгу.

— Книга Времени, — раздраженно сказал наконец Альдхран. — Последнее заклятие Золотого Тораса, вплетенное в рукопись с иллюстрациями, — заклятие, раскрывающее толщу времени. Известно, что оно было записано, но утеряно после того, как Золотой Торас был предан казни.

Джаг окончательно онемел от изумления. В то, что лорд Харрион искал эту книгу, поверить было трудно, но еще удивительнее было то, что Книгу Времени искали их загадочные враги. Любой, кто занимался книгами и библиотечным делом, знал, что трактат, раскрывавший все, что случилось в прошлом и случится во все будущие времена, была просто мифом.

Разве что миру вот-вот придет конец — тогда еще и не такое могло оказаться возможным. Сейчас, в темных глубинах трюма гоблинского корабля, такое развитие событий представлялось Джагу вполне реальным и близким.

— Я слышал об этой книге, — осторожно признался двеллер. — О Книге Времени слышали все, кто работал в Библиотеке. Это была одна из самых известных легенд, но только дети по-настоящему в нее верили. Взрослые знали, что такой книги никогда не было, да и не могло быть. Не было доказано даже то, что Золотой Торас во-обще в действительности существовал.

Тут Альдхран в очередной раз выругался и подал знак гоблину, стоявшему ближе всех к Джагу. Гоблин немедленно со всей силой наступил на раненую ногу двеллера. Когти драконета распороли ему лодыжку, и рана уже начала гноиться.

Джага ослепила вспышка боли, от которой он едва не потерял сознание. Гоблин снова облил его соленой водой, и двеллер принялся отплевываться, стараясь не вскрикивать, когда холодная вода попадала на его незажившие раны.

— Меня это начинает утомлять, Великий магистр, — холодно произнес Альдхран. — Если ты и дальше будешь продолжать меня разочаровывать, я позволю Микрасу поиграть ножичком. А кусочки, что останутся от твоего ученика, я преподнесу тебе в качестве прощального подарка.

Великий магистр Фонарщик растолкал гоблинов и опустился на колени возле Джага.

— Джаг, — воскликнул он. — Прости меня! — Великий магистр осторожно прижал его к себе. — Клянусь, я не собирался впутать тебя в то, чем занимался столько лет. До недавнего времени я ничего не знал об истинных целях лорда Харриона и о Книге Времени.