Иные продажи - Александр Деревицкий

Над широким берегом Дуная,

Над великой Галицкой землей

Плачет, из Путивля долетая,

Голос Ярославны молодой...

Я очень благодарен собственному ЖЖ-блогу, он позволил «обкатать» многие фрагменты этой книги. И теперь я с совершенно спокойным опасением жду того момента, когда ее возьмет в руки мой особый прочитатель.

Что нужно читателю? Да то же самое, что и каждому человеку:

Так что же нужно человеку?

Совсем немножечко любви.

И вдвое меньше пониманья.

И кроха малая познанья.

И капля дерзости в крови» —

так лет сорок назад пел бард Илья Ченцов.

В отличие от читателей, прочитателю дерзость в крови не нужна. Ни капли. Так спокойнее.

Прочитатель, взяв в руки книгу об иных продажах, рассчитывает найти в ней готовые рецепты того, как легко и просто, без изнуряющих диет и мучительных физических нагрузок, стать совершенно иным. Богатым и преуспевающим. А книга-то задумана не как сборник рецептов. Она задумана как тревога.

Да, там не было опечатки. Кое-какие рецепты тут тоже есть, правда? Но повторю: эта книга задумана как тревога. Джека Лондона и его героев влек в Белое безмолвие «трубный глас Севера». У его Таруотера «ноги так и зудят, а мозг сверлит всегдашняя бредовая идея». У полярника Кремера в крови был «постоянный полярный зуд». О людском «неудержимом стремлении к уходящим в бесконечность вершинам» пишет Стефан Цвейг.

В. Волович цитирует древних: «В неведомом таится манящая сила», и делает выводы из богатого личного опыта: «Человек по натуре своей искатель и исследователь... Жажда познания, стремление в тайны неведомого влечет его в путь с неодолимой силой... Человек по натуре своей романтик. В нем вечным пламенем горит страсть к самоутверждению...»

Пьер Маньян, покорявший арктические пустыни парусами своего снежного буера, считает, что «зов далей — это ответ на преследующую каждого из нас мысль о смерти», желание великими свершениями заслужить толику бессмертия в памяти человечества.

Биограф исследователя океанских глубин Жоржа Уо отмечает его повиновение «какому-то таинственному зову» к приключениям и удовлетворению жажды знаний. Сам Уо ощущает в себе «некий инстинкт, страсть к исследованию».

Вы помните и вот эти строки Бодлера:

В один ненастный день в тоске нечеловечьей,

Не вынеся тягот, под скрежет якорей,

Мы всходим на корабль, и происходит встреча

Безмерности мечты с предельностью морей...

О. Куваев, мечтавший создать «художественную географию отечества», пишет:

Люди просят у жизни всякого: кто денег, кто красоты, кто талантов. Пусть же даст мне фортуна возможность шляться по планете именно так, как я хочу, и умение писать об этом так, чтобы жирным дачникам не спалось по ночам, — и счастливее меня не будет человека.

Вы ведь сегодня тоже долго не сможете уснуть? Мне удалось сделать свой текст тревогой?

Стремление быть не таким, как все, и вообще тяга быть иным сродни зову странствий. Кого-то тянет, а кого-то и нет...

Выходите за рамку

За полтора десятка лет, проведенных в шкуре тренера продаж, я твердо усвоил: не всякому торговцу есть смысл запускать под черепную крышку ежика сомнений, странствий и поиска. Но ведь и эта книга тоже не для всех.

Впрочем, первым такое тавро на собственное сочинение поставил еще Герман Гессе. «Не для всех» — так он обозначил аудиторию своего «Степного волка». Правда, если быть совсем точным, то он написал: «Только для сумасшедших». Но кто же из нас нормален?

Если мы выглядываем за пределы проверенных рецептов коммерческой кулинарии, значит, мы с вами уже аномальны. Хотя для меня и моих братьев по крови и разуму рваться «за флажки» — это вполне привычно. Ведь строки Высоцкого про флажки вы помните?

Волк не может нарушить традиций.

Видно, в детстве — слепые щенки —

Мы, волчата, сосали волчицу

И всосали: «Нельзя за флажки!»

Но когда свобода по цене выравнивается с жизнью, приходит время нарушать правила:

Я из повиновения вышел —

За флажки — жажда жизни сильней!

В «Книге для героев» мудрый Владимир Тарасов переложил на язык бизнеса многие восточные притчи. Мне особенно запомнилась одна — о том, как отец с сыном заблудились в лесу. Тогда отец попросил сына залезть на дерево. С верхушки дерева сын увидел блестевшую вдали реку. Так они нашли дорогу, но для этого пришлось выйти из леса.

Вообще, решение любой серьезной проблемы зачастую лежит за ее пределами. Чтобы оценить качество прожитой жизни, нужно из жизни уйти... Именно Тарасов когда-то толкнул меня к привычке (да, именно привычке!) всегда искать пути выхода за пределы коммерческих проблем. Это толкало к пограничью.

Правила нарушают не только географические странники. Поиск в запредельном и неведомом возможен для человека любой профессии. Пограничье есть везде.

В одной из своих первых книг Деревицкий писал:

Всегда был люд оседлый и люд, склонный к кочевьям. Кочевники уходили из загаженных внутренних областей государства и осваивали, покоряли Пограничье. Где-то оно было Дальним Востоком, где-то — Диким Западом, где-то — работой на стыке дисциплин и наук.

Есть два типа занятий — в зависимости от вашего места в «географии» компании. Первое — центральные зоны. Нет, место руководства не там. В глухих центральных областях работает производственный персонал. Там доходы — только зарплата. Там контакты — только внутрифирменные. Там маневр — исключительно в количестве произведенных за восемь часов болтов, написанных за день строк, килограммах собранной редьки.

Все иначе — на Пограничье. Пограничье — это закупки, сбыт и прочие связи с внешним миром.

На Пограничье кроме зарплаты есть сторонний доход и левые выгоды. Там контакты во всех направлениях: внутрь (вниз и вверх), наружу и очень далеко наружу. Там — абсолютная свобода маневра. Кстати, по последней причине у служащих Пограничья и зарплата повыше, чтобы не сбежали на более хлебное место, ведь это для них так легко. На Пограничье работают снабженцы, сбытовики, кадровики, руководство, транспортники, манипуляторы информацией.