Город на границе Снов - Марк Геннадьевич Кузьмин

его, а потому вор должен понести заслуженное наказание, но…

- Хах… Ха.. Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Как забавно! – рассмеялся Шутен Доджи своим гортанным голосом и его хохот поддержали верные воины в тенях. – Какой забавный пацан!

Второй же ребенок пусть и понимал происходящее, но очень волновался за напарника и пытался помочь ему. Пытается казаться безразличным и холодным, но так переживает.

Люди странные создания.

- Притащите мое вино, - отдал он приказ. – И напоите им этого наглеца. 

Слуга тут же убежал исполнять приказ.

- Что думаешь о нем, Ибараки? – спросил он свою женщину и верную помощницу.

- Его мысли трудно читать, - ответила она, прикрывая рот веером. – У него временный контракт, но он все равно считает эту девицу своей феей. Необычно как-то.

- Да… - согласился с ней атаман. – Однако… - он нахмурился и вспомнил миг удара. Когда парень собрал последние силы и пытался защититься. В то мгновение демон ощутил что-то. - В нем есть… что-то знакомое…

1.Канабо – традиционное японское оружие, представляющее собой металлическую палицу с шипами и длинной рукоятью.

2.Яри - традиционное японское оружие, представляющее собой копье с длинным наконечником.

3.Оябун – босс якудзы.

Глава 52. Пир демонов.

Снежинки медленно падали, на землю покрывая мир в белое пушистое одеяло. Белизна окутывала все вокруг и скрывала несовершенство мира. Мусор, грязь, дома и обломки, все накроется снежным покрывалом, сделав окружение чистым.

Даже горячая кровь, падая на которую таят снежинки… рано или поздно остынет и также пропадет…

Сознание с трудом возвращалось в тело…

Жуткая жгучая боль разбудила меня и заставила очнуться от сладкого беспамятства. Хотя, учитывая неприятные сны, не такое уж оно и «сладкое», но тут можно поспорить.

Ноющая агония и жар, пробирающий до костей, не давали расслабиться и заставляли проснуться.

Вместе с сознанием стали возвращаться и звуки. Какой-то приглушенный шум совсем рядом. Будто соседи устроили вечеринку, но у них неплохая звукоизоляция, а потому слышно не особо хорошо. Кто-то смеется, звучит музыка и гортанный рев.

Открываю глаза и вижу над собой белый потолок, что будто нависал над головой и грозился в любую минуту рухнуть на меня. Белый… совсем как тот снег…

- Черт, ненавижу эти сны, - поморщился я и попытался встать.

- Не дергайся, - послышался рядом голос. – Ты только на поправку пошел.

Оборачиваюсь и вижу рядом с собой Эрика. Он сидел на полу рядом со мной.

- Вот, пей, - он протянул мне небольшую чашку с какой-то ароматной жидкостью.

Пахнет вишней.

Взяв чашку, я отпил слегка.

- М-м-м-м-м, - удивился я приятному вкусу. Это, кажется, вино, но такого я никогда не пробовал. Сомелье я не являюсь и разобраться в оттенках вкуса напитка не смогу, но чувствую, что ничего подобного никогда не пробовал. – Что это?

- Демоническое Вино, - ответил Эйбон. – Шутену понравилась твоя дерзость, и он велел дать его тебе. Пей, оно поможет тебе быстрее вылечиться.

- А?

- Сам посмотри, - кивнул он на руку.

И действительно. Переломы, что были у меня недавно больше не чувствуются, а синяки и порезы на кожи затягиваются на глазах.

Круто.

- Моментально оно тебя не восстановит, но в течение пары часов эффект еще будет действовать, так что основные проблемы излечит, а день или два отдохнешь и будет в норме. Не придется напрягать Фатиму с твоим лечением. Ингредиенты для него завозятся из нашего мира, так что можешь не париться о последствиях употребления местной еды.

- Ясно… - хмыкнул я, отпив еще.

Он некоторое время молча смотрел на меня и о чем-то думал. Я же осмотрел себя. Из одежды на мне было какое-то кимоно, вместо моей потрепанной формы, а раны перебинтованы.

Вино и правда, отличное. С каждым глотком я прямо чувствую, как боль утихает, а повреждения восстанавливаются.

- Больше не тупи так, - нахмурился мой напарник. – Если бы Шутен хотел, он бы просто раздавил тебя. Он, чтоб тебя, один из трех опаснейших ёкаев[1] Японии, и этот титул дан ему не за красивые глаза. Не Дажи[2], конечно, но нам хватит с запасом. Тебя спасло то, что ты Неспящий, прочих недоумков, что дерзили ему он убивал без предупреждений.

- Пф, - лишь фыркнул я. – Стоп! – я резко все вспомнил. – А где Болтушка?!

Моей феи рядом и во мне не ощущается.

- Она там, - указал он на дверь.

Тут же подскакиваю и кидаюсь к двери.

- Стой! – пытался меня остановить Эрик.

Распахиваю дверь и...

- Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Еще! Еще! – веселый голос Приставалы разносится по большому залу, когда она танцует на столе в окружении толпы демонов.

Толпа же активно поддерживает ее танец и весело улюлюкают.

Музыка играет все веселее и громче, а народ во всю бухает и веселится.

- Че? – только и сказал я, смотря на это.

- Не собирался Шутен убивать Болтушку, как бы мне этого не хотелось, - фыркнул Эрик. – Просто наказал бы за воровство, да и все. Ибараки-сан потом все равно ее выпорола.

- А?

Чувствую себя еще большим идиотом.

Я что зря старался и пытался ее защитить? Зря удар получил и так мучался?

Кошмар.

Это полный кошмар.

Хочется провалиться от стыда и сдохнуть.

- Идиот, - фыркнул Эрик, проходя мимо.

- НИКИ! – обрадовалась мне Болтушка.

Тут же подпрыгнула и, перемахнув половину зала, оказалась рядом со мной и тут же повисла на шее.

- Ты поправился! – радовалась она. – Отлично! Пошли веселиться!

- Дайте мне сдохнуть, - опустил я голову.

Теперь уже я стал всеобщим центром внимания и хохота.

- А, дерзкий пацан, - прозвучал голос Шутена. – Садись, - он указал на место за столом перед ним, прямо рядом с Эриком. – Ха-ха-ха-ха-ха! Веселимся!

- ДА-А-А-А-А! – радовалась его банда.

Поклонившись, я двинулся к своему месту.

Сидеть и смотреть, как народ веселиться было грустно, так как после случившегося я ощущал себя полным идиотом. Вот нужно же было мне влезть в это и получить по голове. Обидно.

- Ха-ха-ха-ха-ха-ха! А ты забавный, мальчишка, - смеялся демон. Сейчас он выглядел веселее и спокойнее, чем раньше и не так пугал. Ну, как еще может пугать огромный пятиметровый великан с красной кожей, рогами и огромной пастью. – Мало кто решался мне дерзить.

- Ну, извините, - чуть отшатнулся я. Запах