Гоша Каджи и Венец Гекаты - Игорь Рябов

Мебели в помещении оказалось немного. Уже упомянутый комод, красующийся пустыми провалами вместо ящиков. Обширный письменный стол с отломанной ножкой жался к одной из стен, словно инвалид, боящийся упасть. Опираясь на нее же, привалилось в уголке трюмо с разбитыми зеркалами и выпотрошенными ящиками, валяющимися рядом.

Все пространство на полу между столом и трюмо было завалено всевозможной мелочью, поломанной, покореженной и разбитой. Подсвечник с огрызком свечи, на который, казалось, слон нечаянно наступил, расплющив основание. Ворох растрепанных гусиных перьев, сломанных пополам. Обрывки пергамента, аккуратные, если так можно выразиться. Они желтели исписанными мелкими квадратиками, густо присыпав прочий хлам, и создавалось впечатление, что их рвали и раскидывали специально, затрудняя возможность прочитать написанное. Очень похоже, будто кто-то неведомый, в спешке покидая насиженное местечко, уничтожал компромат, дабы другим не достался. Осколки хрустальной посуды, мелкие и жалкие, довершали картину полного разгрома. Целыми, относительно конечно, выглядели лишь два кресла, расположившиеся по обе стороны от камина, развернувшись к нему высокими спинками. И маленький журнальный столик вблизи одного из них с песочными часами на нем, невесть как сохранившимися в целости. Как ни странно, но столик и кресла не были покрыты пылью, хотя на всем остальном ее слой достигал толщины в пару пальцев.

Да еще пол, покрытый цветастым ковром, до тошноты грязным и истоптанным, был к счастью цел. Провалов и проломов в нем на первый взгляд не наблюдалось. Хотя ноги поломать можно запросто, если разгуливать по комнате, мечтательно уставясь в закопченный потолок. Хлама на полу валялось ровно столько, чтобы такая прогулка не продлилась больше трех секунд. Впечатление в целом: ничего хорошего здесь не было. А ценное давно уже сперли более шустрые охотники за сокровищами. И уж тем более ни что не предвещало радости. Особенно на этом настаивало уверенное, хотя пока еще далекое цоканье подкованных сапог в темноте коридора, спешно приближающееся к двери.

Вот она уже и распахнулась, повинуясь сильному удару. Ну, по правде говоря, ее просто сорвало с единственной петли, и она шумно грохнулась на пол, подняв тучу пыли и заставив Гошу испуганно вздрогнуть. Затем на свет из мглы коридора показалась уродливая лапа, скрябнувшая по косяку коготками, которым пора было бы сделать маникюр. Драчовый напильник вполне подошел бы для такой процедуры. Или парочка, потому что один наверняка быстро затупится. Опосля лапы в проем заглянула рожа. Конечно простите за выражение, но лицом называть образину оборотня выше наших сил.

Рожа была самая, что ни на есть зверская, злобная и противная. Безумные глаза, глубоко посаженные под сильно выступающими надбровными дугами, тупо жаждут крови. Но несмотря на глубину посадки, они в то же самое время как бы на выкате, будто собрались вот-вот выскочить из орбит. Их белки были настолько часто пронизаны сеткой кровеносных сосудов, что белого цвета в них осталось разве что в названии. Вертикальные щели черных зрачков разом сузились, уставившись в упор на Каджи, тихо и мирно шизеющего от ужаса «приятной» встречи. Давненько не видались. Целый год парнишка только об этом и мечтал, просыпаясь по ночам мокрый от холодного пота, хоть выжимай, если ненароком кошмар привидится о маленьком приключении в таверне «Слеза дракона». Там тоже в гости парочка сродных красавцев завалилась посреди Гошиного сладкого сна. Пообщаться. И у этого ходячего недоразумения видать такие же планы на сегодняшний вечер.

Монстр, оживленно принюхиваясь, шагнул внутрь комнаты на полусогнутых ногах, а скорее лапах. Сгорбившийся, неуклюжий с первого взгляда, тело лысое, голова плешивая, весь в переплетениях бугров мышц, одним словом — записной урод. Хотя на вкус и цвет, как известно… Задрав морду вверх, красотуля разинул пасть с крупными желтоватыми клыками и, не обращая внимания на неэстетично стекающую по щекам слюну, собрался пропеть гимн здоровой и натуральной пище. Фиг с ними, с очками, мантией и ботинками. Главное, что без холестерина и красителей, идентичных натуральным.

— У-у-у! — зычно начавшееся пение через пару секунд перешло на жалобный скулеж, перемежаемый обиженными всхлипами здоровенного шнобеля, по которому собственно крепко и досталось. — У !.. У… у…

— Пшел вон, скотина пучеглазая! — второй удар кулака, подтверждающий серьезность прозвучавшего приглашения зайти в гости в следующий раз, теперь пришелся на ребра, отчетливо хрустнувшие. — Какого…хм-м…ты вообще поперек батьки в пекло лезешь?! Я вот тебя…

Что он сделает с монстром, человек, одетый в черный приталенный плащ с накинутым на голову капюшоном, так и не досказал. Все равно слушать оказалось некому. Оборотень, которому адресовалась угроза, на всех четырех лапах уже ускакал во тьму коридора, умудрившись даже увернуться от прощального дружеского пинка крепким подкованным сапогом по копчику. Так что замах мужчины пропал втуне, что его, похоже, сильно огорчило. Расстегнув широкий пояс, охватывавший его стройную талию, на котором болтались красивые инкрустированные ножны с изящной рукояткой стильного узенького ножичка, едва достающего до колена, незнакомец в сердцах зашвырнул свою сбрую подальше в угол. И только после этого повернулся вполоборота к парнишке, таким образом, что его лицо по-прежнему осталось невидимым, спрятавшись в темноте капюшона. Да и не очень-то Гоше хотелось его видеть. Он сейчас напряженным мыслительным процессом был занят по самую маковку.

Тут Каджи, из-за пережитого молчаливый, притихший и плохо соображающий, невольно подумал о том, что поспешил с эпитетами. Человек? Мужчина? Незнакомец? Черта лысого! Да это ж никак Вомшулд Нотби, язви его осклизг в печенку! Собственной ненавистной, хотя и не видимой образиной. Вряд ли человеческой, наверняка из очередной мутной дымки сотканной. Но, тем не менее, вполне реальной, раз кулаками за будь здоров машет. И уж стопудово — знакомой образиной. Ну, а насчет мужчины — кто ж его разберет? В прошлом году он гостевал в теле у Дримы Ловью, самой натуральной вейлы. Ужасно миленькой и привлекательной, стоит заметить. Хотя вроде и тогда Князь Сумрака разговаривал вполне мужским голосом, да и действовал не по-бабьи решительно.

— Чего рот разинул? — шутливо поинтересовался Серый Лорд, с комфортом устраиваясь в кресле рядом с журнальным столиком. — Не рад что ли встрече? Да ты присаживайся, Гоша, в ногах правды нет. Поговорим за жизнь, обсудим совместные планы на будущее. Уж десять минут для дружеского общения, я думаю, мы сможем выкроить из нашего напряженного жизненного графика.