Семья волшебников. Том 2 - Александр Валентинович Рудазов

— Мозьна!.. — обрадовалась Вероника. — Пр-р-ризываю Фур-р-рундар-р-рока!..

Майно, который активировал еще не все печати, так и сел в кресло. Дом содрогнулся, с потолка посыпалась каменная крошка, все скрылось в зловещей тьме, и раздался раскатистый бас:

— КТО ПРИЗВАЛ… а, это опять вы.

Фурундарок сдул ту паргоронскую мглу, что всегда сопровождала его появление, скривил младенческую рожицу и сказал:

— Господа Дегатти, вы начинаете меня утомлять. Я вот на столечко близок к тому, чтобы стереть с лица Парифата ваше землевладение.

— Мы тебя надолго не задержим, — заверила Лахджа. — Просто забери свой подарок.

Фурундарок уставился на гримуар с розовым зайцем. Недовольная гримаса сменилась счастливой ухмылкой. Величайший Господин откинулся назад, закинул ногу на ногу и протянул:

— А это не мое! С чего вы взяли, что оно принадлежит мне?

— Да, технически это теперь Вероники… — кивнул Майно.

— Дя! — подтвердила Вероника.

— …Но все равно. Забери свой подарок.

— Вот еще, — фыркнул Фурундарок. — Подарки не отдарки.

— Тогда хотя бы сними проклятье! — взмолилась Лахджа.

— Проклятье не расклятье, — ухмыльнулся Фурундарок.

— О, хочешь с детских пеленок вырастить гениального демонолога, который потом сделает тебя мальчиком на побегушках? — с иронией спросила Лахджа. — Ну хорошо, тогда оставь ей эту книгу.

— Я понимаю, чего ты добиваешься, — снисходительно произнес демолорд. — Психология от противного. Думаешь, что сейчас я спохвачусь, схвачусь за голову и воскликну: ой, как же так, глупый я Фурундарок, сам себе могилу рою!.. так?..

— Да ну что ты такое говоришь… — нарочито фальшиво протянула демоница. — Ты, я так понимаю, надеялся, что она погибнет…

— Нет, что ты, разве же я мог бы? — поднялся в воздух и завис рядом с доверчиво глядящей Вероникой Фурундарок. — Утю-тю-тю-тю, какая гадость. Дети. Отвратительно.

— Мозьна мне мою книзьку? — с надеждой попросила девочка.

— Конечно, — улыбнулся Фурундарок. — Может быть, еще чего хочешь? Не стесняйся, проси.

— Пастилы!

— Вот, держи, — еще шире улыбнулся Фурундарок, протягивая Веронике пастилу. — Кушай на здоровье. А вам, горе-родители, я вот что скажу. Избавиться от этой книги очень легко, для этого вам не нужен я. Ее просто должна выкинуть или уничтожить сама Вероника. Если она добровольно от нее откажется, связь исчезнет.

— Неть!.. — ужаснулась Вероника.

— Правильно, девочка. У меня хорошие подарки. Твоя мать этого совершенно не ценит. Мозгов-то ей Древнейший не дал, а матку, чтоб детей рожать — дал. И яичников двойной комплект.

— Фурундарок, это же невозможно, она не откажется от книги добровольно, — процедил Майно.

— Я знаю.

— И мы не хотим, чтобы она призывала все новых демонов, у нас и так много проблем, — сказала Лахджа. — А что касается тебя, то лучше бы ты просто заходил в гости, а не был… призван…

Зачем ты такое говоришь?!

Какая разница? Он здесь уже столько раз был, и никогда ничего плохого не делал!

Это пока что!

Да он не самый плохой гость!.. из всех, что у нас были. С ним просто надо уметь общаться, и тогда он просто душка! Вон Астрид какое Ме подарил!

— Ладно, может, ты и не такая безмозглая, — снисходительно посмотрел на Лахджу Фурундарок. — Но я изложил, как обстоят дела. Если девочка откажется от книги — ваша проблема решена. И да, я как-нибудь зайду в гости. Просто так. Раз уж теперь могу.

С этим он и откланялся. А папа с мамой принялись уговаривать Веронику кинуть книгу в огонь. А девочка, уяснив, что против ее воли никто книжку не уничтожит, отворачивалась и недовольно пыхтела. Подлый Фурундарок, конечно же, убедился, что Вероника слышит и понимает его слова.

— Неть, — надула щеки девочка. — Маё.

— Ежевичка, мы тебе взамен другую книжку подарим, — увещевал папа. — Две.

— Неть.

— С картинками, и тоже с зайцами.

— Неть.

— Там внутри будут только зайцы, и не только с барабанами, но и с литаврами!

— Неть.

— Да почему?!

— Власть.

Вероника прямо посмотрела на отца, и он аж похолодел внутри. Его младшая дочь всегда была чересчур серьезной для своего возраста, буквально начиная с младенчества, но сейчас из ее глаз как будто смотрело что-то другое.

— Вероника, зачем тебе эта книжка сейчас? — лениво спросила мама. — Ты же даже читать пока не умеешь. Ты теряешь большую часть информации, и в итоге все получается наперекосяк.

— Напеи… косяк?..

— Плохо. Не так. Власть — это же когда тебя слушаются и не вредят. И не обманывают.

Вероника задумалась. И правда, от одних только картинок проку чуть, а прочитать то, что вокруг них написано, она не может.

— Надо научиться сложным правилам, — сказала мама. — Читать, писать и считать. А уж потом… власть. Это у всех так.

— Лядна, — согласилась Вероника. — Я ситяс книзьку отдам, а вы миня титать… и титать.

— И браслет пусть снимут! — подсказала вернувшаяся с охоты Астрид.

— Нет, — отрезала мама. — Она не слушается, браслет мы не снимем.

— И бьяслет! — потребовала Вероника. — Тизёлый! Сними!..

— А ты не слушаешься, не буду.

Вероника демонстративно захромала прочь, припадая на одну ножку так, что у папы сердце облилось кровью. Но мама осталась холодна, потому что видела — дочь манипулирует, причем плохо.

Не умеет еще. Нахваталась у Астрид, но использовать пока толком не умеет, да и вообще это не в ее характере. Именно в Веронике подлинной демонистости пока особо не заметно.

— Мы снимем его, если ты будешь хорошо себя вести, — сжалился отец. — И вернем обратно, если ты начнешь призывать демонов… без нашего разрешения.

Когда Вероника лишилась браслета, ее книга легла на дно ящика стола, а маленькая хозяйка дала торжественное обещание не открывать ее, пока родители не позволят. Утомившись за день, она мгновенно уснула, немного спихнув Астрид, которая до последнего следила, чтобы родители действительно освободили сестру, но в результате задрыхла прямо на ее постели.

— Смотри, спят как ангелы, — умилилась Лахджа.

Еще с минуту полюбовавшись посапывающими дочерями, Майно и Лахджа уселись за кухонным столом. Снаружи валил снег, уже стемнело, и они откупорили бутылку вина.

— Я не понимаю… — подпер щеку кулаком Майно, когда бокалы опустели. — Почему она с таким упорством призывает демонов?

— У нее странные таланты, которые она воспринимает как обыденность, — пожала плечами Лахджа. — Она с рождения воспринимает это как норму. И ты сам говорил, что все лучшие волшебники — чудаки.

— Но не с детских же пеленок. Их такими делает ма… ох.

— Вот-вот.

— Выхода нет, — вздохнул Майно. — Нам придется самим обучить ее основам демонологии.

— Трехлетнюю девочку?..

— Ей будет четыре через четыре луны.

— А, ну это все меняет…

— Ну а что ты предлагаешь? — стал раздражаться муж. — Либо мы учим ее правильно использовать способности, либо необратимо повреждаем ее психику, держа в