Род Волка - Сергей Щепетов

Нужно вернуться… Нужно КОМУ?

Это же смешно: как может вернуться тот, кого нет? Точнее, тот, кто и так есть везде и во всем? Каждый зверь, каждая птица, каждая травинка, каждый камень и капля воды – это Я. Степь, небо, ледник, река, мамонт, комар и вот этот лемминг возле своей норки – это Я. Могу смотреть миллионами глаз со всех сторон. Но мне больше нравится сверху. Привычнее… Всегда любил работать с аэрофотоснимками…

КТО любил?!

Действительно… Ах да, я же человек! Тот самый, который слышит ушами, видит глазами, думает головой… Да-да, вот он Я. Но как же меня мало – несколько миллиардов, наверное… И это вместе с теми, кто уже умер и еще не родился… Этот Я живет в трехмерном мире, у которого есть верх и низ, право и лево, в котором время длится… Не стоило вспоминать об этом – быть всем гораздо лучше… Но так тоже хорошо. Только меня просили вернуться…

КОГО просили?!

Семена Николаевича Васильева? Вообще-то, он тоже Я. Только он, кажется, уже не сможет вернуться. Ему просто некуда, потому что есть Семхон – лоурин из Рода Волка, который тоже Я. Сижу на холме, обернув хвостом лапы, и говорю с ночным небом. Такого меня совсем мало – несколько тысяч, наверное. Из них в Среднем мире – десятки. Но в каждом все, кто был и кто будет: вот это Я кричит в родовых схватках, а вот это Я уже много часов втроем гонит оленя… Ах, как давит тетива на мозолистые кончики пальцев – попаду! Вот и все? Нет… Не хватает кого-то или чего-то… Как музыкальной фразе не хватает заключительного устойчивого звука, как жаждущему не хватает последнего глотка, чтобы напиться, как голодному последнего куска… Ведь Я же просил его вернуться!

КОГО?!

Для этого Я обозначено место во мне. Оно найдет его, если вернется… Это же рядом с Васильевым и Семхоном…

Ну же!

Кто?!!

Имя! Имя!! ИМЯ!!!»

И оно возникло.

Прозвучало? Пролетело? Протекло? Нет, просто возникло. Оно не было звуками. Но в нем были и звуки.

Он принял, впитал, проглотил, вдохнул, услышал.

И рванулся по бесконечному тоннелю назад.

Океан боли принял его. Этот океан заполнил и растворил почти все. Остались только когти или зубы, сомкнувшиеся и не отдающие то, что получили.

Прохладная ладошка легла на лоб, потом погладила волосы на голове и жесткую бороду на щеках. «Я что, котенок, что ли?» Семен смущенно улыбнулся и поднял веки. Ветка сидела возле него на корточках, и глаза ее что-то излучали.

Семен посмотрел на свою женщину, потом на грубую вязку жердей в крыше вигвама и вспомнил все. Это оказалось нетрудно, потому что только «белые» люди думают, будто нельзя быть Землей, Небом, Зверем, Птицей и Человеком одновременно. Только они считают, что «я» – всегда один, а «мы» – это много.

– Я был очень грязный, когда… когда выполз наружу?

– Конечно! – засмеялась Сухая Ветка. – Как всякий новорожденный.

– Прости…

– Ни за что! Если только… Если только помоешь меня и нашего ребенка, когда он родится.

– Обязательно, – пообещал Семен и засмеялся.

Это было действительно смешно: он столько лет боялся смерти, а теперь оказалось, что зря. А ведь жизнь без страха смерти совсем иная – она по-настоящему прекрасна.

И эта новая жизнь для него только начинается.