Гнев Безумного Бога - Раймонд Элиас Фейст

Лесо Варен ощущал необычайный подъём, хотя и не мог объяснить его причину. Большая часть его жизни состояла из странных импульсов, не поддававшихся логике, поэтому он давно перестал искать разумные объяснения. Он знал, что всё началось с того амулета, найденного много лет назад, и последовавших за ним снов. Он дважды выбрасывал его, затем годами разыскивал, а когда, как ему казалось, уничтожил, вновь собрал осколки, убив в процессе полдюжины ювелиров. Что-то было в этом амулете…

Проклятый пират Медведь, то кровожадное чудовище, которое носило его перед смертью, и теперь амулет покоился где-то на дне Горького моря. Как же он жаждал вернуть его! Благодаря амулету он впервые узрел истину: жизнь и смерть переплетены, и нет силы мощнее, чем ускользающая жизнь.

Он так и не нашёл амулет, хотя годы назад обыскал морские глубины… И вот его мысли вновь блуждают.

Варен был уверен, что им движет некая высшая сила. Стоило идее засесть в его голове, как он не знал покоя, пока не воплотит её. Не раз ему мешали, но каким-то образом он всегда выходил сухим из воды.

Поднимаясь по дороге, Варен видел повсюду разбросанные трупы. Возможно, именно поэтому он чувствовал себя так хорошо. Смерти вокруг было столько, что он успел подпитаться ускользающими жизнями то тут, то там. Эти дасати в некромантии были словно дети — очень могущественные дети, конечно, но совершенно неспособные к тонкостям магического искусства, действовавшие с разорительной расточительностью.

Хотя именно их расточительность оставила в воздухе столько рассеянной жизненной силы, что он физически окреп настолько, что больше не нуждался в посохе, хотя, если честно, тело Винтакаты и так не отличалось крепостью. Как только он найдёт подходящее логово, можно будет начинать готовиться к захвату нового. Он рассеянно размышлял, чего бы мог достичь, располагая такими масштабами бойни, какие устраивали эти чужеземцы.

Его почему-то неудержимо тянуло вернуться к дасати. Первая встреча казалась многообещающей, но как только они установили свой первый купол на этом мире, а он доставил им Миранду для изучения, они стали откровенно недружелюбны. Пришлось уходить без прощаний. Он был почти уверен, что они собирались переключиться на изучение его самого. И уж точно их мнение о нём не улучшилось после того, как он прикончил двух Жрецов Смерти, когда уходил.

Тем не менее, время, проведённое с ними, не прошло даром. Он овладел некротической магией, о которой они могли только мечтать. И сейчас представился идеальный момент это продемонстрировать, ведь по дороге прямо на него мчался дасатийский патруль.

Варен разжёг искру ярости, копившейся в нём, призвал запас недавно накопленной жизненной силы и замер в ожидании. Двенадцать Рыцарей Смерти замедлили ход, видимо недоумевая, почему одинокий человек стоит на их пути.

— Здравствуйте, — сказал он на ломаном дасатийском, выученном у Жрецов Смерти во время переговоров об их разведывательном создании.

Вожак направил на него меч:

— Ты говоришь на нашем языке?

Варен театрально вздохнул:

— Боги, да ты настоящий мастер констатации очевидного.

Его рука взметнулась, выпустив двенадцать зелёных энергетических щупалец, каждое из которых обвило голову всадника. Мечи тут же зазвенели, падая на землю, пока дасати в агонии пытались сорвать удушающие путы.

В считанные мгновения они свалились с седел, корчась на земле в муках, их лёгкие пылали. Варен чувствовал, как их жизни перетекают по щупальцам, подпитывая его. Для порядка он проделал то же самое с беспокойными варнинами, высосав из них всю жизненную силу. Когда последний из них испустил дух, он ухмыльнулся:

— Вот это было освежающе.

Снова напевая свою песенку, он продолжил путь к Чёрной Горе.

* * *

Паг был на грани истощения. Даже после возвращения со второго плана реальности он не чувствовал себя настолько опустошённым. Создание разломов и в обычных условиях требовало колоссальных усилий, а нынешние условия и вовсе нельзя было назвать нормальными.

Он глубоко вздохнул и кивнул Магнусу. Сын всё ещё не оправился после путешествия в мир дасати, но настоял на том, чтобы сопровождать родителей и помогать, чем сможет.

Магнус поднял отца, дав ему возможность окинуть взглядом тысячи людей, заполонивших равнину. На севере, в отдалении, высилась Чёрная Гора. За последние сутки она расширилась ещё дважды, и теперь находилась на много миль ближе. По подсчётам Пага, она уже поглотила два крупных города, два десятка прибрежных поселений и значительную часть северных равнин. Её вершина терялась в облаках, напоминая гигантскую чёрную стену, неумолимо надвигающуюся на них.

Паг сделал знак Магнусу, и тот опустил его.

— Мы можем сделать что-то ещё? — спросила Миранда.

— Нет, — ответил Паг. — Мы могли бы открыть ещё пару разломов на дальнем западе, но там почти нет людей. — Он вздохнул. — Боюсь, теперь остаётся только ждать и смотреть, сколько успеет пройти через разлом, прежде чем нам придётся его закрыть.

Магнус всмотрелся вдаль:

— Эта штука настигнет нас через два-три дня.

Паг перевёл взгляд на первый и самый крупный из разломов в новый мир. Люди потоком стекались к нему, но толпа измученных, голодных и перепуганных беженцев растянулась на мили. Он чётко дал понять, что, оказавшись по ту сторону, люди должны немедленно расходиться, ведь долина за порталом не могла вместить всех. Но он также понимал: добравшись до безопасной стороны, беженцы будут слишком истощены, чтобы уйти далеко.

— Приостанови поток на несколько минут, — распорядился он у Магнуса.

Тот передал приказ императорской гвардии, и проход временно перекрыли. Среди обычно дисциплинированных цурани тут же поднялся ропот недовольства.

— В следующий раз это вызовет бунт, — предупредила Миранда.

Паг молча кивнул.

— Сколько уже прошло? — спросила она.

— Точно не знаю, — он покачал головой. — Сегодня, возможно, двести тысяч. Вчера, когда начали, — вдвое меньше.

— Даже не население одного крупного города.

— Но достаточно, чтобы основать новую цивилизацию, — заметил Магнус.

Миранда посмотрела на сына, понимая, что он пытается придать им уверенности в том, что что-то уже сделано.

— Только если они не против провести следующие два-три поколения в грязных хижинах.

Она окинула взглядом равнину, где с приближением вечера начали зажигаться костры.

— Возможно, горячая еда и короткий отдых помогут некоторым из них.

Когда огни появились сначала на восточном горизонте, а затем и на западном, она прошептала:

— Их так много…

— Миллионы ещё впереди, — сказал Паг. — Мы потеряем большинство.

— Мы не можем этого знать, отец, — возразил Магнус, указывая вдаль. — Я могу помочь открыть ещё один разлом в новый мир. Пройду через этот портал, полечу на несколько миль и создам новый…

— У нас их уже шесть в том регионе. Потребуются недели, чтобы люди нашли друг друга и