Тринадцатые Звездные войны - Нивен Ларри

— Вы должны вооружиться терпением.

— Нет,— ответил Симон.— Я все-таки являюсь их хозяином и богом. Почему я должен ждать, пока они захотят? Они не воевали так часто, как я хотел. Я это исправил.

— Понимаю. Я скажу об этом Шейду.

— Это не ваша забота.

— Ну что же, мне не остается ничего другого, как пожелать вам спокойной ночи,— отрешенно сказала Во и посмотрела на него полным отвращения взглядом.— Наблюдайте за своими лицами. Внимательно следите за своими лицами,— предупредила она.

После ее ухода Кресс с интересом подошел к аквариуму и присмотрелся к замкам. Его подобия находились на своих местах как и всегда. Может только... Быстро одел увеличивающие очки. Даже тогда разницу было трудно поймать. Но ему казалось, что выражения лиц изменились. Улыбка стала слегка искривленной, так что в ней появилась тень подлости. Это было очень тонкое изменение, если вообще что-либо изменилось. В конце концов, Кресс пришел к выводу, что это ему показалось.

В течение нескольких следующих месяцев Кресс вместе с горсткой близких своих знакомых собирались, чтобы поиграть в «войну». Сейчас, когда прошло первое восхищение песочниками, Кресс больше времени уделял своим делам и обязанностям в свете, не следя за аквариумом. Но он любил устраивать для своих друзей одну или две войны. Поддерживая своих воинов в постоянной боеготовности, на голодной пайке. Это сильно отразилось на оранжевых, число которых до того уменьшилось, что Симон начал задумываться, не случилось ли что-нибудь с их маткой. Но другие чувствовали себя совсем не плохо.

Иногда ночью, когда Кресс не мог заснуть, он брал бутылку вина и шел в освещенную красным полусветом гостиную. В одиночестве пил и часами смотрел в аквариум. Обычно, где-то происходила война, а если нет, то он легко ее провоцировал, вбрасывая на середину немного еды.

Во время своих еженедельных встреч они начали, как это предложила Млада Блейн, делать ставки. Кресс выиграл, ставя на белых, которые стали самой сильной и многочисленной колонией в аквариуме. У них был процветающий замок. Однажды Кресс открыл крышку и бросил еду не как обычно на середину аквариума, а поблизости от их замка. Таким образом, другие песочники, желая добыть себе пропитание, должны были этот замок атаковать. Пробовали. Белые великолепно оборонялись. Кресс выиграл у Раккиса сто стандартов.

Раккис терял на этих играх огромные суммы. Он претендовал на широкие знания о песочниках, утверждая, что со времени первого приема много о них прочел. Кресс подозревал, что это только пустые разговоры, так как, когда дело доходило до ставок, ему всегда не везло. Кресс также пытался узнать, из какого мира они происходят. Но в каталоге даже не было такого термина. Он хотел позвонить Во и спросить об этом. Однако появились другие дела и вопрос происхождения песочников утонул в памяти.

В конце концов Раккис, потери которого достигли тысячи стандартов, появился на встрече, неся с собой под мышкой маленькую пластиковую коробку, В ней находилось напоминающее паука создание, покрытое нежным золотистым волосом.

— Песчаный паук,— сказал он.— С Катедей.

Сегодня после полудня я получил его от «т’Эферан". Обычно им удаляют мешочки с ядом, но этот не тронут. Принимаешь заклад, Симон? Я хочу получить свои деньги обратно. Я ставлю тысячу стандартов, что песчаный паук покончит с песочниками.

Кресс присмотрелся к закрытому в пластиковую тюрьму животному. Песочники выросли и были, как сказала Во, в два раза больше, чем ее собственные — однако, при этом создании они смотрелись карликами. Кроме того у него был яд, а у песочников нет. Но их было страшно много. Их войны в последнее время стали немного скучными. То изменение, какое нес этот вызов, заинтересовало Кресса.

— Хорошо,— сказал он.— Ты дурак, Яд. Отряды песочников будут подходить до тех пор, пока твое мерзкое создание не сдохнет.

— Это ты дурак, Симон,— ответил Раккис с улыбкой.— Катедейский паук питается в основном созданиями, которые живут в норах, щелях. Только смотри внимательно, он подойдет к замкам и сожрет всех маток.

Среди всеобщего смеха Кресс внезапно потерял хорошее настроение. Этого он не учел.

— Ну, начинаем,— с раздражением сказал он и налил себе стакан доверху.

Паук был несколько больше, чтобы поместиться в отверстие для корма. Двое из гостей помогли Раккису убрать крышку и Млада Блейн вручила ему коробочку. Он вытряс паука в емкость. Чудовище приземлилось на миниатюрной дюне недалеко от замка красных, потеряло ориентацию и в течение некоторого времени стояло неподвижно, только челюсти работали без перерыва, а ножки вызывающе подергивались.

— Ну, дальше,— поторопил его Раккис.— Ну, давай.

Все собрались в тесный кружок вокруг аквариума. Кресс нашел и одел свои очки. Если он и потеряет тысячу стандартов, то хоть насладится неописуемым зрелищем.

Песочники заметили чужака. В одну минуту в замке замерло движение. Маленькие красные создания стояли неподвижно. Паук двинулся в сторону многообещающих ворот. С высокой башни на него безразлично смотрело лицо Симона Кресса.

Тут же началась бурная активность. Ближайшие песочники сформировали два клина и по песку бросились к пауку. Все больше воинов выступало из внутренностей замка и создавало тройную линию обороны для защиты входа, за которым находилась матка. Из пустыни в спешке подтягивались призванные на войну разведчики.

Битва была принята.

Наступающие песочники приблизились к пауку. Клешни вцепились в ножки, туловище. Красные воины взбирались по золотистым ножкам на спину агрессора. Кусали и терзали его. Один из них добрался до глаза. Распорол его тонкими желтыми усиками. Кресс усмехнулся и показал на это Риккису.

Но песочники были _маленькими_, у них не было яда. Паук не задерживался, его ноги стряхивали атакующих, разбрасывая их во все стороны. Щеки, с которых стекал яд, находили других, оставляя сломанные замирающие трупы, уже более дюжины песочников лежали мертвыми. Паук двигался все дальше и дальше. Прошел прямо через тройную линию стражников перед замком. Ряды замкнулись вокруг него, покрыли его, бросаясь в страшную схватку. Кресс заметил, что один из отрядов отрезал ногу. Часть защитников карабкалась на стены замка и прыгала, приземляясь на дрожащем волнующемся клубке.

Паук, совершенно невидимый под кишащей красной массой, вполз в темноту ворот и исчез.

Яд Раккис глубоко вздохнул.

— Чудесно,— сказал чей-то голос.

Млада Блейн странно захихикала.

— Смотри,— сказала Идди Норедиан, потянув Кресса за рукав.

Они были так заняты происходящим в замке красных, что не обращали внимания на остальную часть аквариума. Но замок успокоился, пески опустели и только трупы песочников покрывали их. И они увидели.

Поблизости замка красных были подтянуты три армии. Они стояли совершенно неподвижно в идеальном порядке ряд за рядом, оранжевые, белые и черные. Они смотрели, кто выйдет из темноты. Симон усмехнулся:

— Санитарный кордон. Посмотри на другие замки, Яд.

Раккис посмотрел и выругался. Отряды песочников песком и камнями закрывали ворота. Если пауку удастся выбраться из замка, у него не будет доступа к остальным.

— Я должен был принести четыре паука,— сказал Раккис.— Однако, я все равно выиграл. Мой паук сейчас там внизу пожирает твою проклятую матку.

Кресс не ответил. Ждал. В темноте что-то двинулось.

Внезапно красные песочники стали выливаться из ворот широким потоком. Они быстро карабкались на стены замка и начали ремонт повреждений, которые нанес паук. Ожидающие армии рассыпались и отступили в свои углы.

— Яд, я думаю, что ты знаешь, кто сейчас кого пожирает,— сказал Симон.

Неделю спустя Раккис принес четыре тонких серебряных змеи. Песочники расправились с ними без особых проблем.

Потом Яд сделал попытку с большой черной птицей, которая съела больше тридцати белых песочников, и, метаясь, почти полностью уничтожила их замок. В конце концов крылья у нее устали, и песочники, как только она приземлилась, атаковали ее большими силами.