Ночь волков - Ольга Подпалова

Дверь открылась с уже привычным старческим скрипом. Несколько секунд мне пришлось привыкать к свету, который хлынул через все увеличивающийся проем, зато после этого удалось разглядеть шестерых стражников и уже привычного мне дежурного, который приносил еду. Я была готова впечатлиться, что ее посчитали достаточно опасной, чтобы выделить столько народу в сопровождение.

"Очень опасной!" - констатировала сама про себя, заметив за спинами воином фигуру в темном балахоне - колдуна, и покорно подставив руки, чтобы на запястья одели блокирующие магию браслеты. Тут же поспешно опустила глаза, чтобы спрятать задорный блеск оных, - в душе поселилось чувство предвкушения. Недавние чувства опустошенности и безысходности сменились шальным азартом смертника. Я прекрасно отдавала себе отчет, что моя реакция имеет несколько болезненный оттенок обреченности, ведь сейчас на кону предстоящей игры ставкой была не только жизнь, что было бы предпочтительней.

Факелы отбрасывали на грубую кладку стен пугливые тени, дрожащие в пятнах тусклого света. Мрачный коридор оказался на диво многолюдным. Нам навстречу двигалась процессия почти идентичная нашей. Я глянула на пленницу с невольным уважением - ее сопровождали целых две фигуры в мрачных одежках. Особенно примечательными оказались яркие волосы незнакомки и глаза цвета жидкого золота. Девушка бросила на меня один лишь выразительный взгляд, наполненный гаммой разнообразных чувств, в котором тем не менее не было одного - страха. Это показалось мне хорошим знаком.

Спустя несколько минут меня провели в уже знакомую, шикарно обставленную комнату, искупали, натерли маслами, одели и накормили. Уснула я мгновенно, видимо, в травяной отвар была добавлена толика сонных чар, поскольку звериный нюх не обнаружил там трав, имевших подобного эффекта.

На следующий день я так же не видела своих тюремщиков. Видимо, Брамор не стремился допускать до меня Герда и этим ставить под сомнение мое добровольное участие в ритуале. Пожалуй, на его месте я бы тоже постаралась избавиться от факторов раздражения для пленника, от которого зависело бы мое будущее могущество. С другой стороны я могла льстить себе, и никто даже и не думал о моем душевном равновесии, а все просто были заняты подготовкой предстоящего в полночь ритуала.

Кстати говоря, утро я благополучно проспала, что стало еще одним подтверждением, что меня чем-то опоили. С другой стороны был и определенный положительный момент - я чувствовала себя отдохнувшей и полной сил. Куда уж лучше, чем большую часть утра изводить себя сомнениями и догадками, снова роящимися в голове, не смотря на твердую уверенность сделать все возможное, пусть даже вскрыть себе вены зубами, чем добровольно обречь себя на участь безвольной марионетки. Впрочем, я повторяюсь. Все решения уже приняты, все действующие лица были прекрасно осведомлены о своей роли в предстоящем действе - оставалось лишь ждать вечера. И как на зло, минуты растягивались в часы, а они в свою очередь казались целыми годами.

Дальнейшие события стали просто повтором вечернего моциона. Меня купали и натирали приятно пахнущими эликсирами - заботились так, словно готовили невесту к бракосочетанию или жертву для божества. В моем случае второе сравнение было более правдоподобным.

Когда настало время легкого ужина, незаметно для окружающих вылила кубок с непонятным напитком в горшок с цветами. Я не была уверенна, что на этот раз в кубке вновь окажется нечто необычное, но решила не рисковать. Не желательно было бы быть несколько невменяемо в столь ответственный момент. Тем не менее, пить хотелось. Поэтому я с удовольствием вонзила зубы в сочное, с кислинкой, яблоко, утоляя жажду таким образом.

Когда убирали посуду, я отметила, каким довольным взглядом проводила главная из присутствующих дам пустой бокал. Из чего следовал вывод - моя интуиция меня не подвела, и не зря я отказывала себе в удовольствии ощутить на языке влагу с приятным мятным послевкусием.

Надеясь, что мои поступки и в дальнейшем будут соответствовать ожидаемому с точки зрения моих тюремщиков, пару раз мотнула головой, словно мне было сложно фокусировать зрение. Краем глаза отметила, что за моими действиями с интересом наблюдает главная из приставленных дам. Но озабоченности на ее лице я не заметила, значит, все верно. Через несколько секунд этих показательных выступлений замерла, с некой апатией во взоре уставившись на стол. Когда ко мне обратились с вопросом - проигнорировала, а вот на просьбу подняться - подчинилась.

- Замечательно, - раздалось рядом, - девочки, облачайте ее.

И вот тут-то начались настоящие приготовления. Меня быстренько одели в ритуальное одеяние, которое было весьма свободным с рукавами покроя "летучая мышь" и широким вырезом, едва держащимся на плечах. Черная ткань струилась по телу и спадала к ногам тяжелыми складками. Я зачаровано уставилась в зеркало, пытаясь понять, каким же образом был достигнут такой эффект, если платье было настолько легким, что даже слегка просвечивало, оставляя для фантазии не так уж много простора. Надо признать, что вертикальная контрастная вставка из белоснежного шелка, начинавшаяся от самого выреза горловины смотрелась просто замечательно, придавая строгий, но при этом почти праздничный вид.

Спустя всего пару минут в двери постучали, от чего командующая остальными женщинами дама невольно вздрогнула и бросилась открывать. В комнату шагнул закутанный в темные одежды мужчина, чье лицо надежно скрывал капюшон мантии. Я продолжала разглядывать отражение в зеркале, словно происходящее не имело ко мне ровно никакого отношения. Не стану же я просвещать присутствующих, что пространство, где застыли интересующие меня личности прекрасно просматривалось в гладкой поверхности зеркала.

- Проблем не было? - голос оказался совершенно нормальный, хотя не слишком приятный. Почему-то я ожидала какого-то потустороннего шепота с шипением или прочими жуткими звуками. Даже захотелось захихикать - этому желанию я препятствовать не стала. За что и заслужила пару почти что одобряющих взглядов от замолчавших заговорщиков.

- Нет, - отозвалась моя надзирательница, - она выпила все до дна, как и накануне.

Коридоры петляли, утопали во тьме, которую лишь немного теснил блеклый свет факелов. На стенах корчились тени, изгибаясь в гротеском танце. Промозглый холод переходов и стылые сквозняки легко пробирались под одежду, касались кожи, почти любовно льнули к телу, вызывая дрожь не желания, но омерзения.

Все закончилось как-то слишком быстро. Вот только что я с деланным интересом сверлила взглядом спину шагающего впереди гвардейца, щурясь от недостатка света в попытке разглядеть рисунок герба на одежде, а в следующий миг, пришлось зажмуриться от яркого света тысяч свечей, в который окунулась мгновенно, стоило лишь машинально свернуть в очередной проход. Да звук засова, запирающего дверь за нашими спинами. Почему-то я ожидала, что ритуал будет проводиться под землей, в каком-нибудь мрачном склепе. Но нет, место, в котором мы оказались, скорее можно было бы назвать огромной беседкой. Восьмиугольные стены павильона плавно переходили в идеальный купол, имеющий прямо посередине круглой отверстие, в которое сейчас заглядывала нереально-большая перламутровая луна. Я еще никогда не видела такого ночного светила и удивленно застыла, разглядывая эту красоту. Сопровождающему колдуну даже пришлось подтолкнуть меня в спину, заставляя продолжить движение. Я подавила желание обернуться и дать магу по рукам за эту выходку - пусть и дальше считают меня безвольной куклой.