Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

class="p1">— Есть, вообще это моя обязанность, но наказание исполняет всегда она. — Усмехаясь, поведал мне Карен. — Вообще у бедняги могла быть другая судьба, но он насильник, а Яфа никогда не берет в марионетки насильников.

— Лучше уж смерть чем быть марионеткой, все равно их так лили иначе ждет смерть. — Скривившись, сказал я, наблюдая как Яфа наступила на руки мужика и, взяв его голову, резким рывком вправо ломает ему позвоночник.

— Не скажи, её марионетки имеют волю, а некоторые, что вместе с ней пять лет, завели семьи и детей. Она не рискует марионетками, для нее они в первую очередь люди, а потом уже проявление её силы. — Я смотрел как Яфа отрубает ятаганом голову насильника, один выверенный удар и голова отделена от тела. Развернувшись к толпе она обратилась к нам:

— Я предупреждала каждого, что будет ждать его, если он нарушит установленные правила. Закон каравана един для всех, несогласные со мной есть? — Толпа замолчала, никто не издал ни единого звука, и когда прошла пара десятков секунд Яфа вновь заговорила. — Я запомнила вас, у вас есть выбор, остаться и принять законы каравана или немедленно уехать из каравана. Как только мы пересечем границу диких земель выбора у вас больше не будет, мне нужны новые марионетки и головы я готова рубить от зари до зари.

После произнесения речи Яфа пошла к своему дому на колесах, на её пути толпа мгновенно расступилась. Идя мимо людей она смотрела на них не опуская глаз, многие из мужчин устремлялись к своим машинам, через пару часов караван покинуло с десяток грузовиков.

Карен смог меня обрадовать, у него в закромах нашелся запасной старенький бронекостюм. Несмотря на то, что в грудную пластину врезались несколько десятков пуль, а шлем был иссечен бронекостюм все равно был в несколько раз лучше той несуразности, что лежала в моём микроавтобусе. Также я приобрел у Карена ручной крупнокалиберный пулемет за довольно невысокую цену, да и гранатомёт на один заряд тоже не стал для меня лишним.

Пустыня приняла нас не очень дружелюбно, лучи солнца нещадно нагревали машины, чьи двигателя и так были накалены до предела. Караван двигался медленно, тут и там мелькали квадроциклы наших разведчиков, что подымая небольшие клубы песка искали засаду на пути каравана. Я сидел на броне легкого танка, который должен принять первый удар и был так называемой головой. Мою машину, где находилась Эми под охраной Песца, за последние два дня превратили в не пойми во что, и меня, хозяина, практически выгнали из машины, теперь там постоянно находилась Яфа и обучала Эми. Она не пожелала обучать малышку в своем роскошном доме на колесах, а оккупировала мой микроавтобус, Яфа даже начала мне высказывать упреки, что я не сплю вместе с ними в машине, а постоянно нахожусь в дозоре или сплю около костра охраны. Яфа постоянно пытается сблизиться со мной, и даже с Эми ведет себя как будто это её дочь. Хотя Эми ей тоже дает оторваться, как только она почувствовала, что Яфа старается давить на меня своей силой, закатила ей такой скандал, что я начал бояться за жизнь Песца, который готов был вырвать горло Яфе. Эта псина вообще очень ревностно охраняла мою малышку. Иногда мне казалось, что он принял Эми за своего щенка и относится к ней с такой теплотой, что заставляла умиляться, когда этот грозного вида кобель пугается, что Эми споткнется или обожжётся горячей кашей из котла. Песец заслужил уважения и в караване, иногда играя по вечерам с другими детьми когда сопровождал Эми, что гуляла по каравану и общалась с детьми, которых было около двух десятков. Да и из-за того что каждую ночь он рыщет по ночам в окрестностях стоянки каравана выискивая врагов пес заработал уважение и охраны.

Карен и Яфа сразу заявили мне, что я теперь вхожу в ударный отряд каравана, конечно, это глупо если физик такого уровня просто ехал бы в составе каравана как пустой. С Кареном я пытался тренироваться, но это были только попытки и для меня это были скорее не тренировки, а способ выпустить пар. В первый раз меня так вывела из себя своим декольте Яфа, которое она пытается продемонстрировать мне при каждом удобном случае, что как только Карен предложил сойтись в рукопашном бое, я согласился не задумываясь. Как результат я вырубил Карена с первого удара. У меня все чаще происходили прорывы в силе, у меня теперь был уже не шестой дан, а выше, но я все еще не мог контролировать эти прорывы силы. Бедный негр, он теперь на меня немного в обиде, ну конечно, он то думал что сильней меня, а получилось, что какой-то щегол настолько быстрей и сильней что запросто вырубил его с первого удара. По правде я сам не ожидал, а все виновата эта бестия, которой оказался нужен перспективный владеющий, тем более двухталантовый.

В первую ночь в пути вместе с караваном, когда Яфа занималась с Эми я и Песец были наготове, и если бы эта ведьма хоть как-то навредила Эми, то мы бы оторвали ей голову. Вообще обучение у манипуляторов странное, они все время работают со своим разумом и телом, а только потом с разумом других. Как объясняла мне Яфа, копаться в чужом разуме хоть и увлекательно, но опасно, нужно чтобы твой разум был намного сильней того, что взламываешь, иначе можно ненароком навредить самому себе. Когда время начало подходить ко сну Яфа решила закончить обучение Эми на сегодня. Я уже собирался пойти в дозор как эта змеюка тут же поведала мне томным голосом, что очень переживает что у нее маленькая грудь, поэтому ей интересно мое мнение и положила мою руку на свою грудь. За что мгновенно была наказана, Эми оттолкнула её и погрозила пальцем.

Вот первый день пути по диким землям и подходит к концу. Еще засветло мы остановились и начали разбивать лагерь, спрыгнув с танка я пошел к своей машине проверить обстановку, а также пообщаться с Эми и посмотреть чтобы одна змеюка не навредила ей.

Уже на подходе к своему микроавтобусу я учуял аромат готовящегося мяса на углях, что довольно странно: все в караване питались с общих котлов, а тут кто-то жарит мясо, непорядок. У небольшого мангала крутилась Эми, Яфа переворачивала шампура, и даже всегда угрюмый Песец слегка повиливал хвостом, наблюдая, как скворчит жир, попавший на угли. Если уж мой нос улавливал дразнящие нотки,