Танар. Тёмное начало - Екатерина Герц

проводить свой фокус. Так что я готов на это пойти только, если будешь помалкивать.

— Хорошо! — тут же согласилась Виолетта. — Что нужно делать?

— Мне понадобятся от тебя всего две вещи! — произнёс мужчина таким тоном, словно решалась судьба всего мира. — Это локон твоих волос и несколько капель твоей крови.

— Крови? — Виолетта испуганно выпрямилась и спряталась за плюшевого медведя. — Я боюсь уколов!

— Тогда мы не сможем узнать, где же твои папа и мама! — с сожалением вздохнул Томас. — Мне понадобятся всего несколько капель. Могу пообещать, что будет почти не больно. Ты ведь храбрая девочка, Ви? И на всё готова, чтобы скорее увидеть родителей?

— Да! — Виолетта тут же преисполнилась решимости, когда он задал эти вопросы. — Я согласна!

Томас удовлетворённо улыбнулся. Как ничтожно мало нужно приложить усилий, чтобы вызвать доверие у маленького ребёнка. Он извлёк из кармана небольшой футляр, способный сохранять надолго в пригодном состоянии любые биологические жидкости, и маленькие маникюрные ножницы. Он чувствовал детский страх, но Виолетта стойко выдержала всю процедуру.

— А когда будет известно, где они? — спросила она, придерживая другой рукой уколотый палец.

— Скоро! — заверил её мужчина, как только бережно убрал добытые ингредиенты для предстоящего ритуала. В Академии, в запертом ящике письменного стола в его кабинете, уже ждут своего часа добытые таким же обманным путём прядь волос и кровь Дениса. Этого часа он ждал долгими неделями. — Я навещу тебя на днях и обо всём расскажу.

— Обещаешь? — требовательно попросила Виолетта.

— Обещаю! — эхом повторил за ней Томас.

Как раз в этот момент к ним спустилась Марта. Виолетта — храни Святые эту умеющую хранить секреты девчушку — ничего ей не сказала. Даже виду не подала, что уколотый палец до сих пор пощипывает от боли.

Томас Блэйк наскоро простился с ними и покинул дом Марлинов, пожелав спокойной ночи. Дождь к этому моменту набрал силу и струями стекал с крыши. Молодой шаонец поднял ворот плаща, чтобы холодные дождевые капли не стекали за шиворот, и направился по подъездной дорожке дальше, возвращаясь к ожидающему на границе Жилого квартала нанобилю.

Когда он, промокший, сел на водительское место, к нему повернулась заскучавшая женщина, которая почему-то сидела в капюшоне и солнцезащитных очках. Но когда она заговорила, её голос сразу выдал скрывающуюся за нелепой маскировкой личность.

— Как успехи? — по-змеиному растягивая буквы, осведомилась она.

Томас молча похлопал по карману, не отрывая сосредоточенный взор от залитой дождевой водой дороги. В такую непогоду никто в здравом уме не выйдет на улицу, но он не хотел невольно попасть под прицел случайного молчаливого свидетеля. Слишком велики риски.

— Хватит кривляться, Тома! — довольно резко попросил мужчина. — Мы тут не в игры играем.

— Ну, извини, серьёзный братишка! — закатила глаза Тамара, хоть он и не увидел этого за тёмными линзами очков. — Ты сделаешь это сегодня?

— Да, если дольше тянуть, магия может не сработать! — Томас коротко покосился на сестру. — Тебя куда-то подбросить?

— Не нужно. Я, пожалуй, навещу своего сына, раз уж нахожусь тут поблизости! — она со скучающим видом откинулась на спинку кресла, словно нелепая студентка.

— Как у него дела?

— Задаёт много вопросов. Это бесит!

— Он ведь ребёнок.

— Знаю, но все дети такие бесячие! — с отвращением проговорила Тамара. — Будь он не таким бесячим, кто знает, может, я приходила бы к нему почаще?

— Сомневаюсь! — сказал молодой мужчина то, во что искренне верил.

— Не занудствуй! — огрызнулась сестра, затем перескочила на серьёзный тон. — Доложи мне потом о результатах, и будем переходить к следующему этапу.

— Хорошо. Но лучше, если мы будем обмениваться новостями иными путями.

— Боишься, что нас заметят вместе? — ухмыльнулась Тамара. Ей будто бы было всё равно, но Томас знал, что эта такая защитная реакция. Сестра не любит раскрывать перед кем-либо душу, даже если это её родной брат-близнец.

— Не вижу смысла идти на ненужные риски. У каждого есть свои задачи. Отпразднуем вместе, когда подвернётся настоящий повод.

— Ну, бывай тогда! — бросила на прощание Тамара и покинула нанобиль.

Она вскоре скрылась под проливным дождём.

Томас посидел немного в тишине, а потом запустил двигатель и умчался прочь. Непрекращающийся дождь вскоре смыл все следы его пребывания в городе, оставляя после себя лишь слякоть.

Глава пятьдесят первая

Виолетта отпустила руку Алластера Грина, как если бы он вдруг ударил её током. Она не сразу осознала, что вновь оказалась в дворцовой оранжерее. Придворный маг и девушка какое-то время стояли в полной тишине, пока за их спинами тихо журчал и переливался пруд.

Значит, всё было неслучайно. Каждое событие в её жизни так или иначе было спланировано кем-то другим. Все самые значимые и опасные события. И не только её жизнь… Денис, Максим, Влад — все стали жертвами чьих-то амбиций. Их близкие люди невольно превратились в инструменты. А главный кукловод всё это время оставался в тени. Даже император со своими грандиозными планами вряд ли подозревал все эти годы, что невольно пляшет под чужую дудку.

— Теперь Вы понимаете, насколько важны? — нарушил молчание господин Грин. — Вы были избраны для сохранения равновесия.

— Томас Блэйк выбрал меня! — прорычала в ответ Виолетта. Она злилась не на собеседника, а на этого нарзенца, который дважды предал её. — Он решил, что имеет на это право.

— Господин Блэйк не более, чем такой же инструмент в руках более могущественных! — не согласился придворный маг. Он повёл рукой в воздухе, как бы описывая эту неведомую могущественную силу. Накрашенные ногти всё так же ухожены. — Рождение Вашего брата повлекло угрозу для равновесия, и Вселенная это почувствовала. Кто-то может считать, что все ваши жизни текут именно таким образом из-за вмешательства кого-то вроде господина Блэйка. Но на самом деле это Вселенная сделала всё возможное, чтобы его выбор пал на вашу семью и на Вас, госпожа Марлин. Вы и Замир Аббадон — инструменты для сохранения равновесия, две равных друг другу противоположности. Если кто-то один нарушает равновесие, другой обязан это предотвратить.

— Я не стану убивать Влада! — прохрипела Виолетта, с вызовом выглянув на мага.

— У Вас есть право делать выбор. Но не исключено, что дальнейшие события изменят Ваши представления обо всём, в чём Вы сейчас так уверены.

Девушка замотала головой:

— Только не об этом!

Алластер Грин сделал пару неторопливых шагов к ней и вновь протянул руку:

— Тогда Вы не побоитесь ещё кое-что увидеть!

Он оборвал фразу так, словно за ней должно было последовать продолжение. Виолетта невольно сжалась. Она не хотела больше ничего видеть. Воспоминания ранили. Она не знала, как переварить то, что