Охотник за демонами - Владимир Лосев

— Что ты можешь знать об этом? — спросил Врон.

— Я — лекарь, таким меня создали повелители, — ответил демон. — Я вижу энергии и понимаю их. Не всеми из них я умею пользоваться, многие формы мне недоступны, но вижу я их все. Это я открыл проход для демонов в этот мир, но не смог открыть проход в следующий, потому что повелители поставили сложный замок, в котором я не сумел разобраться. За это меня и наказал старый, отправив в самый дальний город повелителей, и я там жил совсем один. Я не мог уйти оттуда, потому что меня стерегли воины, и, если бы не мой друг скрыт, я бы давно сошел с ума от одиночества. А потом, когда воины ушли вместе со всеми, он рассказал мне о тебе, и мне стало любопытно, захотелось взглянуть на того, кто лучше владеет энергией, чем я, и кто сумел разобраться в секретном замке. Поэтому я пришел сюда, чтобы посмотреть на тебя, а заодно и убедиться в том, что старый и воины действительно ушли.

— Не только поэтому, — добавил скрыт. — А потому, что я попросил тебя об этом.

— Да, да, — согласился лекарь. — Ты сказал мне, что этот человек болен, хоть и не знает об этом. Ты оказался прав, он не может пользоваться энергией, потому что потерял цельность в себе. Он как будто разделился на две части, и одна борется с другой за управление телом.

— Это случилось, когда я вернулся в этот мир, — сказал Врон.

— После того как двери открыты, ключи теряются часто, — рыкнул лекарь. — Любой проход забирает силу, а на того, кто владеет энергией, воздействие еще сильнее.

— Но у меня это произошло в первый раз, — сказал Врон.

— Все когда-то происходит в первый раз, — изрек лекарь и подошел к стене, в которой Врон открывал отверстие в другой мир. — Здесь кто-то пробил небольшой тоннель в другой мир.

— Сначала это сделал один из повелителей, — сказал Врон. — А я просто повторил это.

— Я вижу, — тихо прорычал лекарь. Он отступил от стены и подошел к ложу. — Вот здесь чувствуется совсем другая энергия, она дает силу. Ложись, человек, я буду смотреть за тобой.

— Это может быть опасным, — предупредил Врон. — Моя девушка плохо чувствовала себя после того, когда просто находилась рядом.

— Она носила детеныша, — возразил лекарь. — Со мной этого не случится, но ты, скрыт, на всякий случай выйди в коридор.

— Никуда я не пойду, я тоже хочу на это посмотреть, — сказал скрыт. — Возможно, это опасно только для людей, а нам, демонам, ничего не грозит, мы крепче их и сильнее.

— Это тебя не убьет, — согласился лекарь. — Но это ложе создано для повелителей и давало энергию повелителям, поэтому последствия для нас неизвестны.

— Ну и пусть, — заупрямился скрыт. — Мне интересно.

— Ладно, — сказал Врон, ложась. — Я вас предупредил.

Ложе мягко завибрировало, желтое облако укутало его, и он заснул. Когда он проснулся, лекарь и скрыт сидели у стены и дрожали мелкой дрожью.

Врон протянул руку и попробовал направить энергию тонкой струйкой, но у него опять ничего не получилось.

— Не надо этого делать, — прорычал дрожащим голосом демон-лекарь. — Нам уже достаточно того, что мы видели. Выпусти нас.

Врон открыл дверь, демоны выскочили из комнаты и понеслись вниз по лестнице.

Он с грустной усмешкой посмотрел им вслед и вернулся к Ласке. Она не спала и кормила ребенка грудью.

— Он действительно абсолютно обычный, нормальный человеческий ребенок, — сказала она с некоторой гордостью. — Ну, конечно, если не считать того, что он очень милый. Тебе он нравится?

— Я еще не успел его рассмотреть, — проговорил Врон. — Я провожал демонов.

— Ты их поблагодарил? — спросила Ласка.

— Не успел, — вздохнул Врон, садясь рядом с ней и разглядывая малыша. — Похоже, у них оказались какие-то очень срочные дела, и они очень быстро убежали от меня.

— Я накричала на лекаря, — расстроившись, призналась Ласка. — А теперь понимаю, что он все сделал замечательно, даже пуповину завязал очень аккуратно. Наш ребенок чувствует себя хорошо, как и я, только почему-то ест плохо.

— Он же еще маленький, — сказал Врон. — Всего несколько часов прошло, как он родился, я думаю, что он еще просто не успел проголодаться. Главное, что он родился и что он здоров.

— Хочешь его подержать? — спросила Ласка. Врон кивнул и взял малыша — он весил совсем немного и был почему-то весь красный, как демон. На его руках он сразу затих и заснул.

— Ты ему нравишься, это хорошо, — сказала Ласка. — Положи его и обними меня. — Врон положил ребенка рядом и лег, обняв Ласку.

— Мне было очень больно, и я в какой-то момент подумала, что умру. Но я родила очень красивого малыша, и ты должен мною гордиться. — Голос Ласки стал сонным. — Только я устала и хочу спать.

Она еще что-то пробормотала и заснула, прижавшись к нему. Врон не хотел спать, энергия, которую он получил, переполняла его, он ощущал, как она тонкой струйкой вытекает из него через его руки к Ласке и ребенку.

Он смотрел на малыша и чувствовал, что тот не совсем обычен, энергии из него он брал гораздо больше, чем Ласка, и это было странно.

Ребенок внезапно открыл глаза и улыбнулся, посмотрев на него. Глаза были темными, как он и видел в своем сне, и неожиданно ясными и, как ему показалось, все понимающими.

Врон улыбнулся в ответ, малыш отвернулся от него и, поворачивая голову, стал осматривать комнату. Это было еще более странно: Врона заставляли сидеть со своей сестрой, когда она была маленькой, и он знал, что маленькие дети не умеют осознанно владеть своим телом, это умение приходит к ним постепенно.

И обычный ребенок не в состоянии уже через несколько часов после рождения поворачивать свою голову, он даже держать ее не может, потому что у него нет нужных мышц.

Врон потрогал малыша за палец, ребенок повернул к нему голову, зевнул и, закрыв глаза, снова заснул. Врон недоверчиво покачал головой и решил, что ему это привиделось.

Он вздохнул и смежил веки…

Впервые за многие месяцы он спал спокойно, не тревожась ни за себя, ни за Ласку. С этим чувством покоя и защищенности он и проснулся.

Ласка кормила ребенка. Увидев, что Врон открыл глаза, она сердито сказала:

— Вставай, лежебока. У меня все болит и внутри и снаружи, но уже хочется есть. Приготовь кашу и подумай над тем, чтобы найти что-то еще, кроме зерна. Пока с нами не было малыша, я могла есть все, что угодно, но теперь я должна думать о нем. Не думаю, что каша даст ему все нужное, чтобы вырасти смелым и умным, как его отец.

— Смелым и умным? — удивился Врон. — Ты так никогда раньше обо мне не говорила…

— Я говорила об его отце, — улыбнулась Ласка. — Если ты все-таки он, то ты обязательно что-то придумаешь, чтобы нас вкусно накормить. Может быть, сходишь на охоту?