Магия обреченных - Варвара Клюева

Хайна с радостью удовлетворила его любопытство.

– Так-так, – пробормотал Кассий. – Твою Алмель нужно непременно включить в нашу сказку. Ты уверена, что она не ведьма? Тогда каким чудом ей удалось раскусить обманщика, которого не заподозрил ни один из магов?

– Алмель очень, очень умная! – с гордостью сказала Хайна. – Но почему это так важно? Я имею в виду – почему важно, что я оказалась в покоях владыки?

– Потому что твое присутствие, как и заклинание, прочитанное когда-то Хедригом над Красным айкасом, привело к путанице, которая обратила на тебя в высшей степени неблагосклонное внимание Верховных лордов и приблизила их конец. Заклинание Хедрига дало первому советнику возможность убить обладателя самого могущественного из Талисманов. Это было неслыханно! По представлениям Верховных лордов, мага, защищенного Талисманом, могли поразить только Верховные и только объединенными усилиями. Бездарь, да еще нагорн, совершивший это невероятное деяние, переворачивал все их представления о мироустройстве. Естественно, что они старались во что бы то ни стало придумать разумное объяснение случившемуся.

Сначала, когда они ничего о тебе не знали, вина была возложена на Малиха с товарищами. Это тоже противоречило убеждениям Верховных, но деваться было некуда – все остальные маги во время убийства лорда Региуса пировали в Зачарованной роще. Малих, Джинакс, Вайтум и Отрикс обрели репутацию исключительно одаренных злодеев, что сослужило этой четверке добрую службу, поскольку Верховные никак не решались объявить заговорщикам войну. Ведь теперь одаренность злодеев была усилена Красным айкасом. Потом до лордов дошел слух об утрате Малихом Дара, и они все-таки решили покарать заговорщиков. Это заставило Джинакса, Вайтума и Отрикса покинуть свое убежище и отправиться во дворец владыки нагорнов выручать пленного Малиха, который после утраты Дара остался совершенно беззащитным. Склонив на свою сторону Мирама, троица с помощью магии проникла во дворец, а там Малих и Джинакс нашли тебя и упросили вернуть им Дар, которого ты их лишила.

– Они не просили! – возмутилась Хайна. – Я сама!

– Просили. Ты просто не поняла их, потому что они обратились к тебе на древнем языке сгорнийских магов. Но, как бы то ни было, ты вернула им Дар, и они покинули дворец. А потом лорд Трегор, самый непримиримый враг заговорщиков, проник в сознание Мирама и узнал о тебе. О твоем спасении от гибели в пасти сайлахов, об огромном выкупе, который заплатил владыка моему брату, о том, что ты была в комнате владыки, когда первый советник убил лорда Региуса, о Даре, возвращенном тобой Малиху и Джинаксу. Из всего этого лорд Трегор сделал свои выводы и объявил тебя чудовищем, наделенным немереной и враждебной сгорнам магической силой. Ты убила лорда Региуса, ты передала его Красный айкас мятежникам, восставшим на законы сгорнов, магов и Верховных лордов, ты вернула злодеям Дар, утраченный из-за их участия в убийстве лорда Региуса… Ты – враг всем сгорнам, а главное – враг чужакам, которым служат Верховные. Чужакам, отрезавшим нас от мира в реальном и магическом пространстве.

– А это еще почему?!

Кассий криво усмехнулся.

– Ни за что не догадаешься! Потому что чужаки не возражали против обычая сгорнов приносить в жертву белых уродцев. Видишь ли, Верховные лорды не знали ни легенды о Белой деве, ни древней истории о девочке, едва не погубившей племя наших предков. Кроме того, они никогда не видели чужаков и не имели понятия, как они выглядят. А потому у них не было оснований связать могучий Дар неведомой силы с цветом кожи и волос его обладателей. И невмешательство чужаков в варварский обычай сгорнов полностью убедило наших лордов в том, что ты не можешь быть потомком и наследником чужаков.

– А ты считаешь, что я и другие белые уродцы – потомки чужаков? – хмуро спросила Хайна. – Почему же тогда чужаки позволяют сгорнам нас убивать?

– Наверное, они просто не подозревают о вашем существовании, – мягко, словно утешая ее, сказал Кассий.

Хайна неожиданно соскочила с кровати.

– Значит, твоя сказка еще не закончена! – решительно объявила она. – Ее героиня должна уничтожить Границы, разыскать чужаков и спросить их, почему они бросили на произвол судьбы дочерей, которых отдали в жены мужчинам чужого племени. Почему их никогда не беспокоила участь детей, родившихся у этих женщин? Почему они забыли, что в наших жилах течет их кровь?

– Ну что же, – серьезно сказал Кассий, задумчиво разглядывая внучатую племянницу, – значит, узор оказался еще сложнее, чем я думал.

Эпилог

Окраинные земли южного Плоскогорья малопригодны для жизни. Свободно гуляющие здесь ветра не дают подняться ни дереву, ни траве, ни посевам. Дожди вымывают плодородную почву, и водопады уносят ее в пропасть. Поэтому ферм на юге практически нет, другие селения тоже редки, и живут там одни каменотесы да собиратели целебного лишайника, который нигде больше не растет. И те и другие бедны, как сгорны-отшельники: ни купцу, ни бродячему ремесленнику от них никакой прибыли, а уж о бродячих актерах, сказителях и поэтах и говорить нечего.

Одним словом, вид странника в этих местах непривычен. Тем более – странника, восседающего на спине породистой лошади из конюшен Владыки. А если таких странников целых три, все южное селение бросает работу, выходит на дорогу и до вечера обсуждает событие, поглядывая в сторону поворота, за которым исчезли всадники.

Впрочем эти всадники вызывали пересуды везде, где бы ни проезжали. Уж очень странная подобралась компания. Зеленый юнец-нагорн в новеньком, с иголочки, гвардейском мундире. Сгорнийский маг средних, а по нагорнийским меркам – так весьма зрелых лет. И девушка лет шестнадцати, происхождение которой определению не поддавалось, потому что платье на ней было нагорнийским, плащ – сгорнийским, а цвет ее волос, бровей и кожи – совершенно невозможным для любого из двух народов. Такой белизны жители глубинки отродясь не видели.

Всадники миновали последний южный городишко и доехали до каменоломни, где дорога кончалась. Дальше на юг вела только узкая тропка, проложенная собирателями лишайника.

– Значит, ты не передумаешь? – спросил сгорн девушку, останавливая коня. – Не подождешь еще года два, чтобы я составил тебе компанию?

– Кассий, мы уже дюжину раз повторяли этот разговор! – воскликнула девушка. – Давай ты сам за меня ответишь.

– «Мы не будем ждать смерти лорда Умбера, которому оба желаем здравствовать долгие годы», – послушно пропищал сгорн.

Девушка засмеялась.

– Не может быть, чтобы мой голос звучал так противно! Но слова – да, мои. Могу еще добавить, что в любом случае сомневалась бы, брать ли тебя с собой. Вдруг эти белокожие маги ненавидят смуглых?