Алхимические хроники (части 1-3) - Лана Туулли

Крапива и Плющ дружно зашикали на Сури-Мей. Та обиделась:

— Ну и ладно. Я хотела предложить план, как Ой-Ай быстрее замуж выйти, а не хотите слушать — я пойду и буду… буду… буду учиться акварелью рисовать, вот!

Хай Вам, которому в огромных количествах, по всякому мало-мальски значимому поводу дарились «прелестные работы нашей дорогой дочурки», содрогнулся.

Слова Сури-Мей, хвала ци-богам, были услышаны. Госпожи Крапива и Плющ резво перехватили дерзкую девицу, усадили рядом с собой и велели излагать по существу.

— План Первый, — торжественно провозгласила Сури-Мей. — Ой-Ай выходит замуж за кого-нибудь другого. Например, за генерала Дзю.

— Нет… — хором пропели все присутствующие. И так же хором пояснили: — Принц Бу Дыщ гораздо лучше!

Крапива и Плющ подозрительно посмотрели друг на друга.

Сури-Мей закатила глаза. О боги, за что??!!

— План Второй. Ой-Ай сама отправляется искать Бу Дыща. Папенька сказал, что Бу ищут везде и все, кто только можно. Кто-то даже находит. А сбежал он от того, что был слишком далеко, много времени ушло на переход туда-обратно. Понятно?

Дамы и Ой-Ай затрясли причёсками. Хай Вам прищурился.

— Пусть Ой-Ай поедет в горы, и там же, как только папенькины наемники опять поймают Бу Дыща, выйдет за него замуж. Надо только найти…

— Конечно! — раздался от порога голос хозяина дома, скромно подслушивавшего у дверей. — Хай Вам! Хай Вам! Где Хай Вам?!

Хай Вам встал и вежливо согнулся в поклоне.

— Мы все отправляемся жениться, — приказал господин Фу Ньонг. — Сейчас же вели собирать караван, мы отправляемся в горы, на поиски принца Бу Дыща. А как только найдем, мигом проведем свадебную церемонию. На скорую руку, чтоб только брак считался законным. А уж празднество мы организуем по возвращении, пригласим всю родню… Это будет так прекрасно! — прослезился господин Фу. Госпожа Крапива и госпожа Плющ последовали его примеру. — Хай Вам! Найди какого-нибудь жреца, чтоб взять с собой. Ой-Ай, красавица моя, доченька, женушки, собирайтесь в дорогу. Вперёд! К Бу Дыщу!

Красавица Ой-Ай заметалась по комнате, пытаясь собрать всё то, что раскидывала по креслам и подушкам в течение трех дней. Первой под руку ей попалась пуговица. Девушка положила ее за пазуху, поближе к сердцу. Лай Ой-Ай чувствовала: настал ее час! Наконец-то Бу Дыщ станет ее мужем!

Садовник его милости господина Фу Ньонга, хозяйственный Лынь По, еще не слишком пьяный, но уже добродушный и покладистый, напевая что-то себе под нос, наводил порядок в саду. Безжалостная мозолистая рука вырвала с корнем облетевшие хризантемы; засыпала серовато-бурым песочком (доставленным из пустынь Эль-Джалада за бешеные деньги) зеленые лужайки… Сейчас Лынь По следил за двумя троллями, устанавливавшим валуны. Валунов было оплачено пятнадцать; бдящий за садово-парковыми работами Лынь По отчетливо видел четырнадцать. Какой-то частью своей души садовник понимал, что даже такое глупое существо, как тролль, жрать камень не будет. С другой стороны, знал, как иногда не хватает закуси под пиво…

Лынь По аккуратно разровнял песок между камнями; затаив дыхание, прочертил прихотливые извилистые линии. Придирчивым замутненным оком оценил итог. Хорошо. Валуны (всё-таки пятнадцать, Лынь их на всякий случай пронумеровал) большие; барышня Ой-Ай может и дальше приходить в гости и петь для господина и его жён, сколько ее ойистой душеньке угодно — камень раскрошится нескоро. И песочек больше привозить не придётся, экономия господину Фу, однако…

Довольный качественно выполненной работой, Лынь По отправился защищать от злых духов и демона У остальные садовые угодья. Больше всего пришлось постараться у пруда: деревья там вымахали большие, раскидистые, пока на них залезешь, пока на каждую ветку красный лоскутик привяжешь…Наконец, Лынь По спустился вниз, привязал к нижней ветке последний колокольчик, повернулся и столкнулся нос к носу с главным евнухом, Хай Вамом.

— Что это? — подозрительно и брезгливо сросил господин Хай садовника.

— От злых духов, однако, — бодро отрапортовал Лынь полубеззубым ртом.

— Сними! — с какой-то беззлобной и безысходной тоской приказал Хай Вам. — Не позорь перед людьми!

Лынь По упрямо поморгал.

— Не сниму. От злых духов помогает, однако. Вы, господин, не серчайте. Посмотрите на кусты хрюзантем.

— Не вижу я никаких хризантем.

— Пра-ально… Не видите. Потому как злые духи позавидовали и их съели. А деревья эти барышня Сури-Мей рисовать изволят частенько. Вы ж не хотите, чтоб и деревья демон У откушал? Пра-ально. Нужна защита от злых духов. В Учении всё об этом сказано, всё верно… Хай Вам заинтересовался, о каком-таком Учении говорит садовник. Гордый Лынь По продемонстрировал бляшку, пришитую на засаленном халате, объяснил, что она означает: первую, самую начальную степень освоения Учения о Воде и Воздухе. На десятой минуте повествования о том, какие беды пришлось пережить неофиту Лыню на пути познания сути Учения, сколько навоза перелопатить и сколько дров напилить, Хай Вам сменил недовольную морду на личину немного заинтересованного слушателя.

— Так что, ты, вроде как, жрец считаешься?

— Конечно, — гордо ответил Лынь По. — Жрец начального ранга с перспективой.

— Это хорошо. Жрец нам как раз и нужен. Ты наверняка слышал о том, что господин Фу давно мечтает выдать свою воспитанницу замуж, — утвердительно задал вопрос Хай Вам.

— Конечно. Всякая кобыла невеста, — гордо проговорил Лынь. У Хай Вама почему-то дёрнулась щека и взгляд стал каким-то нехорошим. Лынь По мигом решил исправиться. — А кому и овца по нраву.

— Ты что такое говоришь, смерд? — зарычал Хай Вам. Лынь осознал, исправился дальше.

— Однако, слышал о печали барышни Ой-Ай, слышал… Оне так о разбитом сердце плакать изволят… Мне даже в пруд воды напускать не пришлось. Всё их стараниями сделано, — садовник с умилением посмотрел на тёмно-синий от глубины водоём. — Рыбки, правда, сдохли, да не хай… То ись, не вам… Да… — наконец, замолчал Лынь По.

— Господин Фу доверяет нам исправить ошибку. — торжественно изрёк Хай Вам, решив пропустить лепетание Лыня мимо ушей.

Садовник засмущался.

— Так я это… То ись я того… Вроде как женат, однако…

— Это нам не помешает.

— Ну, как же! — Лынь По искренне считал, что знает женщин куда лучше, чем какой-то там евнух. Пусть и главный. — Она кээ-к дасть… То ись… Она того…Сковородку любит… Мною…

— Господин Цы и мы с тобой отправляемся в поход вместе с барышней Лай Ой-Ай, чтоб поженить ее с нареченным женихом, Бу Дыщем. Ясно?

— Никак нет! — бодро взял метлу на караул садовник. — Так ведь жених ихний того… этого… сбежать изволили!

— Ничего, — уверенно потёр ручки Хай Вам. — Отыщем.

— Отчего ж не отыскать? — согласился Лынь По. — Отыскать можно. Хорошего человека всегда приятно найти, выпить с ним, поговорить по душам…

— А вот этого — ни-ни! До того, как мы поженим Лай Ой-Ай и Бу Дыща — ни капли! Приказ понял?

Садовник понурил голову.

А как только господин Хай Вам повернулся да отошёл на достаточное состояние, садовник показал его спине всё, что он думает о воздержании от горячительных напитков. И кулак, и кукиш, и даже задницу демона У.

Удивительно, но сборы семейства господина Фу и барышни Лай продолжались недолго. Навьючив на небольшой (семь слонов, пятнадцать верблюдов, тридцать лошадей) караван тюки с самым необходимым, Фу Ньонг, обе его жены, барышни Сури-Мей и Ой-Ай под охраной Хай Вама, трех сотен наемников, и недовольного принудительной трезвостью Лынь По отправились в путь.

Черно-Белый Кот бежал, петляя лучше зайца, заметая следы пышным хвостом.

В подвале Фриолар провел три дня и три ночи, слушая, как сотрясаются стены Башни от могучих малогабаритных атак двуногих плюющихся кислотой драконов и от визга их испытателей.

Время от времени к нему с гуманитарной помощью (бутерброды и чтиво) заскакивала Напа Леоне. Маленькая гномка, путая гномий с Кавладорским, бодро рапортовала о состоянии дел. ПР (6) согласованы и утверждены ГК (7), МСО (8) комплектуется исходя из подручных средств, МОС -1 (9) куются. Сорок седьмая модель КА (это сокращение Напа, снизойдя к смиренной просьбе Фри-Фри, расшифровала: копья афигительного) доставлена. Полным ходом идет мобилизация.

Перед мысленным оком Фри-Фри встало страшное видение. Вот Чудурский лес. Не Башня и ближайшая, осчастливленная присутствием мага экосистема, а какой-нибудь уголок поглуше, подальше. Берлога, допустим, господина Беарри. Сам господин Беарри, степенный, полуседой, забывающий перекидываться обратно в человека — по крайней мере, сейчас, весной. Летом-то, когда настанет пора сбора мёда, Беарри всегда выбирал человеческий облик — так меньше соблазна съесть урожай. И вот стучит в берлогу господина Беарри мэтресса Далия. В защитном камуфляже — темно-зеленой мантии с неровно нашитыми коричневыми пятнами. И строго-строго спрашивает, где его, оборотня, совесть, что он не желает воевать на стороне Вига с цинскими захватчиками?