Чингисхан. Верховный властитель Великой степи - Александр Викторович Мелехин

(Зэва. — А. М.) же и Субэдая (Субэдэя. — А. М.) он (Чингисхан. — А. М.) послал на завоевание (западного. — А. М.) владения султана (хорезмшаха — А. М.), состоящего из Аррана, Азербайджана, Ирака и Ширвана[1179].

Чингисхан приказал: «Согласно сему (моему) наказу, покончив эти дела в трехлетний промежуток времени, вы возвратитесь через Дешт-и Кипчак[1180] и присоединитесь к нам в нашем древнем юрте, в Монголии, так как по аналогии (с происшедшим) мы, по-видимому, за этот срок совершенно покончим с делом покорения земли Иранской и прибудем домой победителями и победоносными»»[1181].

Таким образом, после разгрома в ноябре 1221 года на реке Инд войска Джалал ад-Дина Чингисхан поставил перед своими военачальниками новые задачи.

Во-первых, отряды Зэва и Субэдэя, пройдя Азербайджан, Армению, Грузию и Ширван, должны были добраться до кочевий кипчаков. Последним монголы припомнили их недавнюю службу в воинстве хорезмшаха, а также то, что ранее в кипчакских кочевьях укрылись остатки мэргэдских племен, заклятых врагов монголов. Чингисхан приказал примерно наказать и беглецов-мэргэдов, и укрывавших их кипчаков.

Что касается кипчаков, то в дальнейшем их завоевание или ослабление стало для монголов необходимостью. По этому поводу М. И. Иванин писал: «Оборонительная сила кочевого народа, не отделенного от других народов неудобопроходимыми и обширными степями — слаба; для него надобно, более, нежели для народа оседлого, удаляться от соседства сильных государств и окружать себя непроходимостью степей.

Народы оседлые строят для своей защиты оборонительные линии, крепости, содержат по границам войска; народы кочевые, в противоположность этому, для усиления обороны своей стараются окружать себя обширностью, безводием и непроходимостью степей, и исправной сторожевой службой: это — лучшая их оборона»[1182]. В этой связи завоевание Дешт-и Кипчака было важно для монголов как с экономической (прекрасные пастбища), так и с оборонительной точки зрения.

Во-вторых, путь, по которому должны были следовать отряды Зэва и Субэдэя, — Северный Кавказ, Западный и Северный Прикаспий пролегал по одному из маршрутов Великого шелкового пути, полный контроль над которым был очевидной целью Чингисхана, а значит, и его соратников.

«Сражения в Прикаспии»

Получив новое задание Чингисхана, его военачальники Зэв и Субэдэй «направились в Нахичевань, взяли его и учинили [там] избиение и грабеж. Наконец, атабек Хамуш явился [к ним] с покорностью и [потому] ему дали ал-тамгу и деревянную пайцзу (мандат на правление. — А. М.)»[1183].

Оттуда они направились на Арран[1184]. По пути взяли и полностью разрушили многие города (Серав, Ардебиль, Байлакан), учинили в них избиение и грабеж. Такая же судьба постигла и Гянджу, которая была самым большим из городов Аррана.

Карта рейда отрядов Зэва и Субэдэя на Дешт-и Кипчак и Русь.

Прийдя в Гурджистан [Грузию], монгольские военачальники в решающем сражении против грузинской армии применили излюбленный тактический прием монголов: «Джэбэ (Зэв) с пятью тысячами людей отправился [в засаду], а Субэдэй с войском пошел вперед. В самом начале сражения монголы бежали; гурджии пустились их преследовать. Джэбэ вышел из засады; их захватили в середину [обоих монгольских отрядов: отступавшего и напавшего из засады] и в один момент перебили тридцать тысяч гурджиев.

Оттуда они [монголы] направились к Дербенду Ширванскому, но так как пройти через Дербенд было невозможно, они послали ширваншаху (Фаррухзаду. — А. М.) сказать: «Ты пришли несколько человек, чтобы мы заключили мир!»

Он прислал десять человек из вельмож [ака-бир] своего народа; [одного] из них [монголы] убили, а другим сказали: «Если вы покажете нам путь через Дербенд, мы вас пощадим, в противном случае мы вас тоже убьем!» Они из страха за свою жизнь указали путь, и те прошли.

Когда [монголы] дошли до области Алан (предков современных осетин. — А. М.), где население было многочисленно, то оно совместно с кипчаками сразилось с монгольским войском, и ни одна сторона не одержала верха.

Тогда монголы сообщили кипчакам [следующее]: «Мы и вы — одного племени и происходим из одного рода, а аланы нам чужие. Мы с вами заключим договор, что не причиним друг другу вреда, мы дадим вам из золота и одежд то, что вы пожелаете, вы же оставьте нам [аланов]». [Одновременно] они послали кипчакам много [всякого] добра.

Кипчаки повернули назад. Монголы одержали победу над аланами и то, что было предопределено судьбою в отношении избиения и грабежа, они то и осуществили.

Кипчаки же, полагаясь на заключенный мир, без опасения разбрелись по своим областям. Монголы внезапно напали на них, перебили всех, кого нашли, и взяли назад столько же, сколько отдали [раньше]. Уцелевшая часть кипчаков бежала в страну русов (на Русь. — А. М.).

Монголы зазимовали в той области (в степях Дешт-и Кипчака. — А. М.), которая вся представляла сплошные луга и поросли. Оттуда они напали на город Судак (сейчас город на южном берегу Крыма. — А. М.), что на берегу моря, которое примыкает к проливу Костантинийэ [Босфору], и взяли тот город…»[1185] «…Это город кипчаков, из которого они получают свои товары, потому что он (лежит) на берегу Хазарского моря (Черного моря. — А. М.) и к нему пристают корабли с одеждами; последние продаются, а на них покупаются девушки и невольники, буртасские меха, бобры, белки и другие предметы…»[1186]

Свидетельства Рашид ад-дина и Ибн ал-Асира о нападении монголов, прежде всего, на Судакских кипчаков лишний раз свидетельствуют о том, что Чингисхан был намерен установить полный контроль над этим маршрутом Великого шелкового пути.

Но прежде надо было подчинить себе или уничтожить кипчаков во главе с ханом Котяном, который — по свидетельству автора «Тверской летописи, — обратился за помощью «…к своему зятю Мстиславу и ко всем князьям русским. И принес он многие дары — коней, и верблюдов, и буйволов, и невольниц, и, кланяясь, одарил всех русских князей, говоря: «Сегодня нашу землю татары отняли, а вашу завтра придут и возьмут, и поэтому помогите нам».

Умолял Котян зятя своего Мстислава; а князь Мстислав послал к своим братьям, князьям русским, за помощью, говоря так: «Поможем половцам; если мы им не поможем, то они перейдут на сторону татар, и у тех будет больше силы, и нам хуже будет от них».

Долго они советовались, и, уступив просьбам и мольбам половецких князей, решили пойти на помощь Котяну.

И начали князья собирать воинов каждый в своей области… и, собрав всех русских воинов, выступили в поход против татар.

Когда они пришли к Днепру на Заруб, к острову Варяжскому, услышали татары, что русские князья идут против них, и прислали своих послов, говоря: «Слышали мы, что идете вы против