Трон - Максим Димов

У одного из деревьев, прижимаясь спиной к стволу, стоял Фредерик. Одной рукой он держал заломленные назад руки Эмилии, другой прижимал тяжелый егерский тесак к ее горлу. Он умело прикрывался сестрой, вынуждая ее стоять в крайне неловком положении, на самых кончиках носков. От невыносимого напряжения и испуга сестру била крупная дрожь.

Едва увидев их, Фредерик визгливо закричал:

— Стоять! Ближе не подходить!

Винсент знаком велел всем остановиться, а сам сделал еще пару шагов и миролюбиво предложил:

— Все в порядке, брат, давай поговорим.

— Еще шаг, и я отрежу ей башку, — внезапно успокоившись, пригрозил Фредерик.

Он сильнее придавил нож, и из-под лезвия потекла тонкая струйка крови. Эмилия всхлипнула. На ее шее вздулась и мерно запульсировала передавленная ножом артерия. Лицо старшего брата окаменело.

— Чего ты хочешь? — спросил он.

Вопрос почему-то жутко развеселил Фредерика:

— Я много чего хочу, и в скором времени надеюсь взять это.

— Это в скором времени. Я спрашиваю: чего ты хочешь сейчас?

Фредерик перехватил потными пальцами рукоять ножа и уставился Лансу в лицо. Последнему очень не понравились сумасшедшие искорки в глубине глаз брата. Насмотревшись, тот отрывисто перечислил:

— Карету с упряжью на шесть лошадей, еще столько же лошадей на замену, продовольствия на неделю и эскадрон моих людей под окна. И немедленно.

— Нам понадобится несколько часов на... — деловито начал Винсент, но Фредерик его перебил, истерично заорав:

— Никаких нескольких часов! Через час я должен быть за городом, — он провел ножом по щеке сестры и почти нежно добавил:

— Или я отрежу ее умную головку... Винсент пойдет и распорядится, а вы оба постоите здесь, со мной.

Не проронив ни слова, старший брат вышел, уведя с собой толпу набившихся в сад воинов. Оставшимся братьям говорить с Фредериком было не о чем.

Никто не проронил ни слова и когда безумный брат с силой захлопнул за собой дверцу кареты.

Несмотря на ранний предрассветный час, Дворец гудел как растревоженный улей. Не задерживаясь, они прошли сквозь толпу, скупо отвечая на сыплющиеся со всех сторон вопросы.

— Дьявольски трудно будет придумать для них что-либо удобоваримое, — заметил Леонард, как только они оказались одни.

— И все равно, полностью скрыть правду не удастся, — вздохнув, добавил Ланс.

Поднявшись в жилые покои, братья расстались. Леонард отправился в свои апартаменты, а Винсент — к Ланселоту.

Он почувствовал чье-то присутствие едва открыл дверь.

— Винсент, здесь кто-то есть, — предупредил он и одновременно с раздавшимся в темноте странным хриплым звуком прошептал заклинанье. Сразу несколько светильников вспыхнули, и мрак в гостиной рассеялся. Виктор сидел в кресле в центре комнаты и пытался унять смех, явно причиняющий ему боль.

Ланс не нашел ничего лучшего, как не слишком вежливо осведомиться:

— Ты как сюда попал?

Винсент же молча склонился над гостем.

— Ланс, он очень плох, — озабоченно произнес старший брат, помогая кузену устроиться удобнее. — Беги за доктором.

— Нет, — неожиданно возразил Виктор, — сначала поговорим.

— Это можно сделать и в присутствии доктора, — заметил Ланс, направляясь к выходу.

— Погоди, Ланс, нет времени.

Виктор замолчал, собираясь с силами. Двоюродный брат был очень бледен, лицо его покрывали бисеринки пота. Его левая рука была неловко обмотана толстым слоем бинта, сквозь который просачивалась кровь. Камзол и рубашка были расстегнуты до пояса и сквозь прорехи проглядывали еще слои грязного бинта, обмотанного вокруг торса. Заметив их взгляды, Виктор жалко улыбнулся:

— Я скверно выгляжу, верно? И, тем не менее, мне удалось незаметно пробраться сюда... отчасти из-за паники во Дворце. Что у вас случилось?

Ланс еще только раздумывал, что говорить, а что нет, как Винсент ответил:

— Около часа назад твой брат похитил и куда-то увез Эмилию.

Уголки рта Виктора скорбно опустились.

— Значит, я не успел.

— Это он тебя так отделал? — спросил Винсент.

— Его люди. Но я все же вырвался. Ланс, я хочу извиниться перед тобой за ту встречу.

— Пустяки.

— Нет, не пустяки, я был не прав, — двоюродный брат откинул голову на спинку и закрыл глаза.

— О, Боги, как же я был слеп, — простонал он вдруг.

— Главное, что ты жив.

— Жив, — горько усмехнувшись, повторил Виктор.

Ланс осторожно положил руку ему на плечо:

— Не надо, Вик, сейчас это не поможет. Давай лучше подумаем, куда он мог направиться.

— Я не знаю, он якшался с разным сбродом, — и тут выдержка окончательно изменила Виктору:

— Ведь это он убил Лоуна и отца! — выкрикнул он. — Он же совсем спятил!

Братья переглянулись, и Ланс понял, что не сможет заставить себя рассказать Виктору всю правду.

— После нашей встречи, Ланс, я прошел к нему и потребовал прямых ответов, — неожиданно спокойно заговорил Виктор. — К тому времени я сам начал подозревать что-то неладное... Он смеялся надо мной, он плакал, потом угрожал и, наконец, во всем признался. Но тогда я не поверил, заставил себя не поверить в этот кошмар. А спустя несколько часов, во время прогулки, его солдаты напали на меня. Каким же я был дураком!

Он замолчал и обессилено уронил голову на грудь. Они молча подождали, потом Винсент буркнул: «Я за лекарем», и пошел к выходу. И уже в дверях столкнулся с вбежавшим в комнату Филиппом.

— У нас беда! — воскликнул тот и увидел Виктора. — Проклятье, ведь это же...

Его рука потянулась к ножнам на поясе.

— Успокойся, — остановил его Винсент. — Он на нашей стороне.

Несколько секунд Филипп оценивал новость, затем, видимо, решил оставить разбирательства на потом.

— Мы с Леоном только что говорили с Дианой. Она не сможет перетянуть нас в Миссию.

— Почему? — в один голос воскликнули братья.

— На нее совершено нападение, — раздался голос входящего в комнату Леонарда. — Весь ее отряд перебит и, что самое скверное, погибли все члены ее Круга. Пока она не соберет новый, переправить нас будет невозможно. А это дело не одного дня... Что он здесь делает? — указал на Виктора близнец.

— Как и все мы, наслаждается братской любовью, — горько сострил Ланс. — В таком состоянии он нам не опасен.

— Это и был его план, — убежденно сказал Винсент. — Выждать до последнего и лишить нас возможности перемещения. Если б Ланс не вынудил нас делать хоть что-то, то мы бы так и остались в столице, и уже ни на что не смогли бы повлиять.

— Но как он сам собирался переправиться... куда ему там нужно? — спросил Леонард.

— Я вижу лишь один ответ — ему известно о нашем методе.