Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Голос волшебника звучал почти торжественно.

— Отвечу, что вы, возможно, правы. — Он заметил, что его ответ немало удивил чародея — тот явно ожидал, что Феликс, подобно всем образованным людям в Империи, начнет отрицать очевидное.

— Ты заинтересовал меня, мальчик. Почему ты так думаешь?

Феликс и сам не был уверен, почему он ответил именно так. Он только что признался, что обладает теми знаниями, за которые легко оказаться на костре, если охотники за ведьмами услышат его. Но сейчас он был голоден, замерз и очень устал, и его не задевали раздражение и любопытство волшебника.

— Потому что я видел доказательства этому своими собственными глазами.

Он услышал, как часто задышал чародей, и почувствовал, что тот впервые стал внимательно слушать его.

— Правда? Время Перемен грядет, да? Арракай Нидлек Царуг Тзинч? — Вурман прервался, ожидая ответа и склонив голову набок. Он вытер нос кончиком пальца, и вновь его тяжелое дыхание достигло ноздрей Феликса.

Феликс не понимал, что происходит. Эти слова были произнесены на языке, который он уже слышал во время ритуала идолопоклонников, который они с Готреком прервали в Таинственную Ночь. А имя Тзинча было ему очень знакомо и пугало. Оно принадлежало одной из самых темных сил. Медленно Вурман кивнул.

— Нет, ты не один из Избранных. Но, по крайней мере, ты знаешь хоть несколько слов нашей Литании. Я это вижу по твоим глазам, но не думаю, что ты член Ордена. Как это получилось?

Было очевидно, что волшебник не ждал ответа, и вопрос этот задал скорее себе. Внезапно где-то рядом послышался вой волков. Волшебник дернулся, но потом улыбнулся.

— Должно быть, другой мой гость прибыл. Я должен спешить. Однажды он уже ускользнул из ловушки, но обязательно придет за своей девочкой.

Волшебник проверил, крепки ли цепи, сковавшие Магдалену. Он внимательно осмотрел руны, и, явно удовлетворенный, ухмыльнулся и стал подниматься наверх. Проходя мимо, он поглядел на Феликса. Молодого человека передернуло — вдруг чародей решил убить его прямо сейчас. Волшебник улыбнулся.

— Нет, это произойдет позже. Мы еще о многом побеседуем, прежде чем ты умрешь.

Как только чародей закрыл за собой дверь, свет погас. Страх наполнил Феликса.

Феликс не знал, как долго он лежал в отчаянии, прислушиваясь к биению собственного сердца. Он оказался в западне, безоружным, рядом с помешанной женщиной. Чародей намеревался убить его. Совершенно непонятно, где сейчас Победитель троллей и удастся ли ему подоспеть на помощь. Возможно, Готрек просто заблудился в лесу. Медленно он осознал, что если он собирается отсюда бежать, то ему придется сделать это самому.

Дело плохо. Его руки скованы за спиной, он голоден и устал от холода и тягот пути. Синяки болели, а ключ от его наручников висел на поясе у волшебника. К тому же у него не было оружия.

«Ладно, все по порядку, — решил он. — Посмотрим, что можно сделать с цепями». Феликс задержал дыхание и подтянул колени к груди. Цепи обматывали его лодыжки, но, переворачиваясь и изгибаясь, он сумел протащить под собой руки так, что они оказались спереди. От усилий он тяжело дышал, а руки болели, словно их вытягивали из железных перчаток. Но теперь он двигался гораздо свободнее, а длинную и тяжелую цепь он мог нести в руках и использовать как оружие. Примеряясь, он попробовал швырнуть ее перед собой. Цепь со свистом рассекла воздух.

Девушка рассмеялась, когда поняла по звуку, что он делает. Теперь Ягер медленно и осторожно двигался, переступая ногами и проверяя камни, как человек, идущий по краю скалы. Он не знал, на что он может наткнуться в темноте, но был уверен, что необходимо соблюдать осторожность. Он мог бы упасть и сломать руку.

Его усилия были вознаграждены, когда он почувствовал лестницу под ногами и медленно, осторожно двинулся со ступени на ступень. Насколько он помнил, лестница была прямой и ровной. Внезапно вытянутые руки нащупали дерево. Цепи слегка позвякивали, ударяясь друг о друга. Феликс замер и прислушался. Ему показалось, что где-то далеко слышен шум борьбы и вой волков.

«Отлично, — подумал он. — Волки проникли в усадьбу». Он представил себе длинные тощие фигуры, рыщущие по охотничьему домику, и отчаянную схватку людей и зверей над тем самым местом, где он стоит. Эта мысль была не слишком-то утешительной.

Какое-то время он стоял в нерешительности, но потом толкнул дверь. Она не открывалась. Он выругался и попробовал нащупать ручку — скоро пальцы наткнулись на холодное металлическое кольцо. Он повернул его, потянул на себя, и дверь открылась. Феликс выглянул в длинный коридор, едва освещенный тусклым светом факелов. Он снял одну лампу, но потом подумал о девушке.

Конечно, она тронутая, но она тоже здесь в плену — можно ли бросать ее на милость Вурмана? Снова спустившись по лестнице, он жестом позвал ее за собой. Феликс заглянул ей в лицо — бледное, напряженное и острое. Свет отражался в ее глазах, как у зверька. Эта нечеловеческая черта в ее облике не давала покоя Феликсу. Он шагнул было вперед, но девушка оттолкнула его и прошла первой.

Он был только рад, что эти звериные глазки не смотрят ему в спину.

Звуки сражения стали отчетливее. Выли волки, звучали боевые кличи людей. Магдалена открыла дверь. Они вновь оказались в широких переходах усадьбы. Там никого не было. Все стражники, по-видимому, пошли на звуки битвы. Двери выстроились вдоль одной из стен коридора. С одной стороны виднелась лестница наверх. С другой была дверь, за которой и шло сражение. Ноздри Феликса дернулись. Ему показалось, что он чувствует гарь. Где-то в ужасе заржали лошади.

Чутье подсказывало ему, что надо идти на лестницу. Вступать в сражение он не хотел, а если его обнаружат, это конец. Чем дольше затянется битва, тем дольше не вспомнят о нем, и это даст ему лишнюю возможность для побега.

Магдалена, однако, думала иначе. Она направилась к двери в конце коридора — той, за которая шло сражение. Феликс схватился за ее цепь, чтобы задержать, но остановить ее не сумел. Несмотря на то, что он был выше и тяжелее ее, девушка оказалось очень сильной — возможно, даже сильнее его.

— Куда ты идешь?

— А как ты думаешь?

— Не будь дурой. Ты ничего не можешь там сделать.

— Откуда ты знаешь?

— Оглянись вокруг. Может быть, если мы пойдем по этой лестнице, то избавимся от цепей.

Какое-то время она стояла в нерешительности, но последний довод убедил ее. Они вместе стали подниматься по лестнице. Звуки борьбы за спиной достигли предела и затихли. На секунду Феликс подумал, что произошло. Неужели волки одолели защитников имения?