Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

не дернулся. Обернулся резко, но сразу расслабился, поняв, кто явился.

— Лично за всеми наблюдаете?

— Да, — спокойно ответил он. — Камень возьми. Редкий. Освоишь его. Ещё два малых усиливающих, сам думай, где добыть.

— Так я вроде добыл.

— Но сдал же. Мог себе оставить, — усмехнулся наставник. — Тогда бы разом закрыл вопрос с камнями.

— А что, так можно было?

— Никто же не требовал сдавать добычу, — развеселился он.

— Это прозвучало обидно.

— Обидно? — сделал он вид, что удивился, услышав это. — Поверь, ты получил кое-что важнее.

— Важнее, чем камни?

— Это всего лишь камни, — сказал мастер с безразличием, — Ты же получил возможность поступить правильно и сделал это. Правильно не потому, что кто-то из наставников одобрит. А потому, что сам считал, что так правильно. Чувствуешь разницу?

— В общих чертах.

То, о чем говорил Такен, было эфемерным, едва уловимым.

— Кому-то это покажется пустыми словами, чем-то эфемерным… — взял он паузу, заставив меня подумать, что читает мысли. — Но когда-нибудь ты поймешь, что возможность поступать правильно — и есть подлинная свобода.

— Ещё бы научиться понимать, что правильно, — дернул я головой.

— Да, это самое сложное, — серьезно кивнул мужчина. — Хочу, чтобы ты правильно понял сегодняшнее испытание. Демон был слабым.

— Я это и так заметил.

— Нет, ты не понял. Демон был реально слабым. Он родился совсем недавно. Ты его не испугался. Не дал волю чувствам. Ему было не за что зацепиться. В следующий раз, когда встретишь демона, будь в сто раз аккуратнее.

— Я запомню, наставник.

— Надеюсь, — вздохнул он. — Испытание ты прошёл. Пусть оно и оказалось в твоем случае формальностью. Теперь отправляешься на задание, индивидуальное. Сроком на всё лето.

— Что за задание? — заинтересовался я.

— Вернешься на свои улицы. Захватишь там власть. Наведешь порядок. Проконтролируешь на тему ведьм и колдунов.

Услышав это, я завис. Вернуться на родные улицы и захватить там власть? Звучит слишком хорошо, чтобы сразу в это поверить.

— Иди сюда, помогу добраться, — поманил Такен.

Пребывая в задумчивости от задания, шагнул раньше, чем понял смысл сказанного. Такен схватил меня за плечо и… Чем-то это походило на мою способность, но в сто раз сильнее. Земля стремительно унеслась из-под ног, мы оказались в небе, преодолевая километры за секунды, и вскоре плавно приземлились в пределах видимости какого-то города.

Коснувшись земли, я покачнулся, чувствуя, как внутри все перевернулось.

— Подыши, — с заботой сказал мужчина. — Я создал защитное поле вокруг нас, но всё равно… Первый раз — это первый раз.

Благодарно кивнув, я тяжело задышал, чувствуя, как внутренности встают на место. По ощущениям, досталось больше всего мозгу. Летели мы в какой-то защитной сфере, на краткое мгновение я потерял опору и словно в воздухе завис. А потом раз, я совсем в другом месте, пытаюсь осмыслить все те изменения пейзажа, что увидел.

— Дальше сам разберешься. Твой город недалеко.

— Погодите, — немного жалобно попросил я, всё ещё приходя в себя. — У меня есть вопросы.

— У меня не то чтобы много времени на них отвечать.

— Вы сказали, мою мать звали Мария. А как звали отца?

— Парень, ты ставишь меня в сложное положение.

— Разве имена — так важно?

— Ты не представляешь насколько. Но хорошо. Давай откровенность на откровенность. В то, что твои родители свалили, оставив ребенка одного — я могу поверить. Пойми правильно, они не плохие люди, но, скажем так, слегка увлекающиеся. Если повезет и встретишь их, поймешь, о чем я. Величие, оно такое. Ложится тяжким бременем на плечи и не способствует крепким семейным узам.

— Мои родители — легенды?

— Да. Мы одного с ними уровня. Поэтому ты сын выдающихся ныряльщиков. Уж точно не бастард.

Я напрягся. Это случайная оговорка, или Мастер слышал тот наш разговор с Гатсом? Если так, то насколько же он нас контролирует?

— Так какую откровенность вы хотите? — спросил я, чувствуя, как пересохло в горле. Неужели получится узнать что-то важное?

— В то, что они оставили тебя на Алисию, я тоже могу поверить. Но в то, что она отпустила тебя в свободное плаванье… Да ещё в ученики ко мне… Нет, в это я поверить не могу.

— Вы знаете про этот город, — указал я на вершины домов, что виднелись вдали. — Но не разузнали про неё?

— Пробовал, — не стал отрицать Такен. — Несколько лет назад пригород держала женщина, подходящая под описание. В один из дней она исчезла. На этом слухи обрываются.

— Её убили, — ответил я, подозревая, что Такен лукавит и узнал эти подробности.

Но то, как изменилось его лицо, заставило меня засомневаться.

— Убили? — растерянно, не веря, переспросил он.

— Расправились с особой жестокостью, прибив к стене и вспоров живот.

— Вот как…

Такен замолчал. Я тоже не знал, что сказать.

— И ты… — отмер он через минуту.

— И я с тех пор задался целью отыскать родителей, чтобы узнать, кто я. И разыскать убийц тёти, чтобы отомстить.

— Алисия пусть и не легенда, но тоже была сильна, — задумчиво сказал Такен. — Но и у вашей семьи влиятельных врагов хватает… Так, — прервал он сам себя, — кажется, я заболтался. Алисия, Алисия… — покачал он головой. — Как же так.

— Такова жизнь, — выдал я автоматически любимую присказку тёти, которая и мне приелась.

— Такова жизнь, — необычайно серьезно повторил Такен. — Если до неё добрались враги, почему тебя не убили?

— Никто не знал, что она моя тётя. Алисия держала с собой рядом детей, я затерялся среди них.

— Видел бы ты себя. В смысле волосы и глаза. Любой знающий догадается, что дело здесь нечисто.

— Ну… Тётя заставляла меня красить волосы и носить линзы.

— Что ты перестал делать после её смерти.

— Вскоре да. Ребенку трудно достать краску и тем более линзы, которые по цене золота.

— С этим разобрались, — Такен взял себя в руки. — Раз так, даже проще. Объяснить проще, — поправился он, заметив мой взгляд, — трагедия не перестаёт быть трагедией. Ты должен понимать, что раз у Алисии были враги, то и у твоих родителей они имеются. Как и у тебя самого. Не просто так тебя прятали.

— Само по себе знание имени отца не способно навредить.

— Да, пока ты не проявишь любопытство. Начнёшь наводить справки, собирать слухи, как-то отреагируешь, если услышишь что-то с родителями связанное.

— Наверное, я бы так и сделал, но у меня были хорошие наставники. Отучился тут год у одного шиноби.

Такен на это хохотнул, будто не умудренный опытом человек, а молодой озорник.

— Всего лишь год, — смех перешёл в озабоченность. — Твоего отца зовут Люций. Мария Гроза и Люций Вологда. Насколько мне известно, родни у тебя нет. Алисия