Аэропорт. На грани катастрофы - Артур Хейли

В то же время Мела не оставляла тревога за Кейза. Как там у него на КДП идут сейчас дела? Может быть, ему следовало настоять, чтобы Кейз прервал работу, и продолжить свою беседу с ним, которая, кажется, могла дать результаты, если бы не помешал руководитель полетов. Пожалуй, и сейчас еще не поздно… Но разговор с Синди не был закончен, и ей, конечно, он должен отдать предпочтение перед Кейзом. А тут еще этот зловредный адвокат продолжает упражняться в красноречии…

– Поскольку вы изволили упомянуть эти, с позволения сказать, меры, которые вы применяете для приглушения звука, разрешите поинтересоваться, что с ними стряслось сегодня вечером? – язвительно осведомился Эллиот Фримантл.

Мел вздохнул.

– Третьи сутки свирепствует снежный буран. – Он окинул взглядом остальных членов депутации. – Мне кажется, каждому из вас это очевидно. Буран создает сложности. – Он рассказал, что взлетно-посадочная полоса три-ноль заблокирована, отчего возникла необходимость временно пользоваться для взлета полосой два-пять, а это неизбежно не могло не отразиться на Медоувуде.

– Все это распрекрасно. Мы знаем, что бушует пурга, мистер Бейкерсфелд, – сказал один из медоувудцев, лысеющий мужчина с квадратной челюстью, с которым Мел уже встречался раз на другом обсуждении проблемы аэропортовских шумов. – Но когда вы летаете у меня над головой, мне, ей-богу, не легче от того, что я знаю причину этого безобразия – будь то пурга или еще что. Кстати, меня зовут Флойд Занетта, и я был председателем на том собрании…

– Если вы позволите, мне бы хотелось обратить здесь внимание на одно обстоятельство, прежде чем мы пойдем дальше, – как бы невзначай вмешался Эллиот Фримантл. Адвокат явно никак не намерен был ни на секунду уступить кому-либо руководящую роль на этом обсуждении. Он обратился к Мелу, одновременно бросив взгляд в сторону репортеров: – Дело не только в шуме, который сотрясает дома и барабанные перепонки жителей Медоувуда, хотя и он достаточно губителен для здоровья – расшатывает нервы, лишает детей нормального сна… Ваш аэропорт физически вторгается…

На этот раз Мел позволил себе прервать адвоката:

– Вы в самом деле считаете, что единственный выход из возникшей сегодня ситуации – это закрыть аэропорт?

– Я не только так считаю и предлагаю вам этот выход, но мы можем даже заставить вас закрыть аэропорт. Я только что заявил, что аэропорт физически вторгается в жизнь граждан. Я докажу это в суде от имени моих клиентов, и мы выиграем процесс!

Остальные члены делегации, в том числе и Флойд Занетта, одобрительно закивали.

Эллиот Фримантл сделал паузу, чтобы дать своим словам поглубже проникнуть в сознание слушателей, а сам тем временем обдумывал, размышлял. Пожалуй, он зашел достаточно далеко. Досадно было лишь то, что, несмотря на все его усилия, управляющий аэропортом не потерял самообладания. Он уже не раз, и часто не без успеха, пользовался этим методом. Метод оправдывал себя, потому что, если его оппоненты теряли самообладание, они неизбежно падали в глазах репортеров, а именно этого он преимущественно и добивался. Но Бейкерсфелд, несмотря на то что адвокат явно сумел ему сильно досадить, был слишком опытен и умен, чтобы попасться на эту удочку. «Ну ничего, – думал Фримантл, – кое-чего я все же достиг». Он тоже заметил, что репортеры прилежно записывают его слова, которые (утратив свой язвительно-нравоучительный тон) будут выглядеть совсем неплохо в печати – лучше даже, казалось ему, чем его предыдущая речь на собрании в Медоувуде.

Фримантл сам, конечно, понимал, что все это – лишь пустое жонглирование словами, которое, по существу, ничего не дает. Даже если бы ему удалось склонить на свою сторону Бейкерсфелда – что было весьма маловероятно, – все равно Бейкерсфелд был бы бессилен что-либо сделать. Аэропорт существовал и будет существовать в том же виде и там, где он есть. Смысл же этого ночного визита заключался отчасти в том, чтобы привлечь к себе внимание публики, а главным образом (с точки зрения самого Фримантла) в том, чтобы показать жителям Медоувуда, какого стойкого поборника своих интересов они имеют в его лице, что должно было обеспечить непрерывный приток новых соглашений и чеков в контору Фримантла и Сая.

Обидно, конечно, что оставшиеся внизу жители Медоувуда не могут слушать, как он, отстаивая их интересы, дает жару этому Бейкерсфелду. Ну ничего, они прочтут это в завтрашних газетах. К тому же Эллиот Фримантл вовсе не считал, что здесь и завершится ночная схватка Медоувуда с аэропортом. По окончании этих переговоров он выступит по телевидению – он обещал это ребятам из телекомпании, которые не могли тащить сюда свое оборудование и тоже ждут внизу. По его расчетам (и по его же предложению), телевизионные камеры сейчас уже должны быть установлены в центральном зале, и хотя этот негр, лейтенант полиции, заявил, что не допустит никаких демонстраций, он, Фримантл, не сомневался, что, если ловко повести дело, его выступление может вызвать и демонстрацию.

Минуту назад он заявил, что намерен возбудить дело в суде, а несколько ранее в тот же вечер заверил жителей Медоувуда, что на это в первую очередь и направлена вся его деятельность. «Прежде всего я уповаю на суд и закон, – сказал он им. – Только на закон, и ни на что больше». Разумеется, это была неправда. Но вся политика Эллиота Фримантла строилась на том, чтобы уметь, когда нужно, сблефовать.

– Какие меры вы в рамках закона примете, это, разумеется, ваше дело, – сказал Мел Бейкерсфелд. – Тем не менее я должен напомнить вам, что закон оставил за аэропортами – поскольку они выполняют общественно полезную и необходимую функцию – право на существование вблизи населенных пунктов.

Фримантл поднял брови:

– А я и не знал, что вы тоже адвокат.

– Я не адвокат и к тому же совершенно уверен, что вы это знаете.

– Ну я было на минуту усомнился, – ехидно ухмыльнулся Эллиот Фримантл. – Потому что я-то, видите ли, адвокат и имею некоторый опыт в этих вопросах. Более того, могу заверить вас, что есть прецеденты, когда дело было решено в пользу моих клиентов. – И, так же как на предыдущем собрании, он отчеканил весьма внушительно звучащий перечень судебных процессов: «США против Каузби», «Григгс против графства Аллегени», «Сорнберг против портлендского аэропорта», «Мартин против аэропорта Сиэтла».

Мела это позабавило, хотя он и не подал виду. Он прекрасно помнил все эти процессы. Помнил он и другие, где суд принял прямо противоположное решение, но об этих процессах Фримантл либо не был осведомлен, либо по каким-то причинам решил их не упоминать. Мел подозревал последнее, но вовсе не намерен был вступать в юридические дебаты. Для