Время золота, время серебра - Элеонора Раткевич

— Мы не станем отступать! — рявкнул Старейшина Кунц. — Только вперед! Мы сокрушим…

— А кто будет защищать… ну хотя бы Невест? — тихо и страшно поинтересовался Якш. — Армия завоевателей должна постоянно сражаться и двигаться быстро, чтоб быть успешной, как ты намерен позаботиться о тылах? О стариках, женщинах, детях? Что ты застанешь, обратив в руины человеческие города и повернув назад, что увидишь у себя за спиной? Изнасилованных Невест и перебитых детей? А может, вообще никого? Что будет делать твоя победоносная армия, за которой не останется народа?

— Это потому, что он глуп! — возопил Старейшина Регин Пихельсдорф. — Возглавлять Священную Войну должен я!

— Да из тебя уже не песок, из тебя камни сыплются! — заорал Старейшина Кунц Унтершенкель, и почтенные "завоеватели" вцепились друг другу в бороды.

"Хорошо, что я дал высказаться обоим, — подумал Якш. — Пока они решают вопросы главенства, можно продолжать".

— Сейчас речь не идет о сохранении нашего царства, наших устоев, свобод и традиций, — тихо продолжил Якш. — Речь идет о сохранении нашего народа, наших собственных жизней. Людям нужны мастера и воины, они согласны принять нас как равных. Я считаю это большой удачей для нас. Лучше сохранить жизнь и поступиться традициями, чем умереть, следуя оным. Живые могут постепенно возродить старые традиции. Мертвым традиции ни к чему.

— Очень замечательно они возродятся, под владычеством людей! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Владыка Джеральд дал мне слово, — ответил Якш. — Никто не станет насильно очеловечивать гномов.

— И ты ему веришь?! Человеку?!

— Больше, чем себе.

— Ты или лжешь, или безумен, Владыка!

— Что ж, я знал, что будет непросто, — вздохнул Якш.

— Да нет, все будет очень просто… куда проще, чем тебе кажется… Владыка, — услыхав этот голос, Якш вздрогнул.

Что ж, чего-то такого он и ждал все это время, но… Наставник "безбородого безумца"?! Никогда не был сторонником мира — это да, но… Духи Подгорного Пламени, как он оказался на острие атаки?! Почему говорит от имени всех врагов?!

— Владыка почему-то решил, что выжить должны все, — мягко промолвил Наставник "безбородого безумца". — Это показывает, как он устал. Долгое бремя власти утомило его. Тут кто-то назвал его предателем? Пусть тому будет стыдно за свои слова. Пусть он подумает в следующий раз, прежде чем произносить нечто подобное, ведь он произнес это на Великом Совете, а значит, говорил не только от себя, а и от имени своего Клана. Владыка не предавал никого из нас. Напротив, долгие годы он тяжко трудился, чтоб наш народ процветал и благоденствовал. Мы должны быть благодарны ему за это. Если б не его тяжкие каждодневные труды, у нас и вправду не было бы иного выхода, кроме как сдаться на милость людей. Именно Владыке мы должны быть благодарны, что такой выход есть. Он принял неверное решение? Это так. Но кто вправе осудить усталого, изнемогшего в заботах о своем народе старика? Кто вправе обвинить его? Напротив! Мы должны помочь. Разве не мы цвет гномьего племени? Разве не нам доверены судьбы остальных? Мы поможем. С благодарностью и восхищением мы поддержим слабеющую руку, направив ее по правильному пути. А в битве с людьми уцелеют не все. Лишь избранные. Те, кто и в самом деле достойны продолжить гномий род. А теперь Владыке необходимо отдохнуть. Ему необходим отдых. Долгий отдых. Помогите своему господину!

Наставник "безбородого безумца" сделал знак, и телохранители Якша схватили своего Владыку.

— Воины, кому вы подчиняетесь?! — ошеломленно выдохнул Якш.

— Тайному начальнику твоей собственной секретной службы, — поклонился Наставник "безбородого безумца". — Есть такая должность. Просто о ней Владыкам не сообщают. До тех пор, пока власть не утомляет их настолько, что они и сами уже не осознают, насколько им нужен отдых.

— Это измена! — выкрикнул Якш.

— Это забота, Владыка, — почти нежно ответил Наставник. — Если ты и этого не понимаешь… тебе действительно необходим отдых. И я не смею настаивать на твоем дальнейшем присутствии на заседании Совета.

"Так вот почему заболел мой Главный Советник! — мелькнуло у Якша. — Явный Глава Секретной Службы не посмел мешать Тайному!"

— Проводите Владыку в его покои…

— Это мы еще посмотрим! — дверь Священного Зала Совета с грохотом распахнулась. Молодые гномы хлынули внутрь.

— Братья, не отдадим Владыку! Владыка за нас! Покажем этим старым пердунам!

Молодежь перешла к активным действиям, щедро раздавая тумаки и расшвыривая упирающееся старичье.

— Мир! — кричали они, отвешивая зуботычины.

— Забавный способ бороться за мир, — усмехнулся Наставник "безбородого безумца". — Вот только не слишком искренний. Ну кто ж за мир кулаками-то сражается? Мир нужно отстаивать мирными средствами. Вот берите пример с Владыки, кажется, вы считаете его своим духовным лидером? Ну так и посмотрите на него: стоит себе спокойно и не дрыгается. И вы сейчас будете стоять… спокойно.

Из толпы Старейшин и Наставников выходили гномы помоложе. Невзрачные коренастые здоровяки ненавязчиво помахивали боевыми секирами.

— В Священный Зал Совета нельзя проносить оружие! — закричал кто-то из молодых гномов.

— В Священный Зал Совета нельзя врываться без разрешения! — парировал Наставник "безбородого безумца". — Впрочем, то, как горячо вы отстаиваете мир, дает мне повод думать, что вы просто по молодости перепутали сторону, на которую хотели бы встать, поэтому прежде, чем вас выкинут отсюда, я скажу вам, и можете передать это прочей молодежи: — Не все выживут в драке с людьми — драка будет отчаянной, но те, кто выживут, получат Невесту, а те, кто отличатся — двух. Думаю, я сказал достаточно. А теперь вышвырните вон нарушителей и продолжим…

— Нам тоже показалось, что ты сказал достаточно, старый мерзавец, а теперь просто немного помолчи…

Из разомкнувшихся рядов Мудрых Старух выходили Невесты. В своих белоснежных одеяниях до полу, с ритуальными ножами в руках.

— Войны не будет! — тихим яростным голосом сказала одна из них.

Сказано было так, что все бывшие в Зале Совета замерли, не в силах дышать, страшась шевельнуться. Сказано было так, что всем стало ясно: войны именно что не будет, вот просто не будет — и все, что бы они ни предпринимали — не будет, иначе из этой несчастной, почти свихнувшейся от переполняющей ее ярости девочки сейчас выплеснется такое, что ни война ни мир уже не понадобятся. Никогда и никому не понадобятся. Но не таковы Старейшины гномов, чтоб так легко смириться, уступить давлению, даже если оно и пугает до безумия.