Несущий свет - Борис Григорьевич Рогов

Рейган сделал серьёзное лицо и обвёл взглядом присутствующих.

– Это позор! Шутки кончились, джентльмены. Большевики могут ударить по нашим шахтам в любой момент, а мы не сможем им ответить.

– Но, мистер президент! – воскликнул госсекретарь Шульц. – Вы же помните, как в прошлое Рождество пригласили нас в Белый дом? Мы все были свидетелями и участниками переговоров с этими, как их там? Минойцами, кажется. Мы обещали тогда остановить производство и начать переговоры.

– И подвергнуть риску уничтожения Америки?

– Я этого не говорил!

– Да, опасность того, что случайное применение ядерного оружия приведёт к Армагеддону, существует. Да, мы должны возобновить переговоры с Советами. Я не оспариваю очевидное. Но любые переговоры идут лучше, если они идут с позиции силы. У русских сейчас такая позиция есть, а у нас?

– Мы сильны в научно-технической сфере, в области электроники и в военно-морских силах, мистер президент, – вставил слово Уайнбергер.

– Правильно, Каспар! – Рейган ткнул скрюченным артритом пальцем в министра. – Поэтому нам надо усилиться именно в этих областях. Я помню, что Джонни разрабатывал интересную тему, кажется, она называлась «Миротворец». Насколько мне не изменяет память, а она мне пока ни разу не изменила, там штука в том, что ракеты с ядерными зарядами располагаются на подвижных железнодорожных платформах. Что делает их практически невидимками. С нашей сетью железных дорог, найти такой состав даже со спутника не реально.

Директор ЦРУ Уильям Кейси поднял палец, привлекая внимание. Когда все замолчали, он сказал:

– По нашим сведениям, у русских уже курсируют по стране подобные ракетные системы. Называются «Maladets». Жаль, нам не удаётся определиться с количеством таких составов. Секретность в этом направлении запредельная. Даже наш человек в КГБ не смог узнать ничего кроме названия и самого факта наличия таких ракет.

– Тем более! Нам следует как-то воздействовать на Конгресс, чтобы увеличить финансирование этого направления, – поддержал Рейган. – Мы не должны забывать наше главное направление «Стратегическую оборонную инициативу». Я надеюсь, среди нас нет коммунистических шпионов?

Все собравшиеся сдержанно улыбнулись нехитрой шутке.

– Я так и знал. Поэтому должен прямо сказать, что наша, впрочем, как и никакая другая экономика не выдержит, если начнёт расходовать деньги налогоплательщиков на подобную программу в полном её виде.

Мистер Шульц, будьте любезны, напомните нашу стратегическую задачу, – Рейган обратился к Госсекретарю. – Вам по должности необходимо помнить о ней днём и ночью.

– Исходя того, что Мировая революция обозначена главной целью большевистской партии, что открыто говорится в её программе, наша задачей является отстаивание демократических ценностей, ценностей свободы и прав человека. Исходя из этого, наша стратегия строится на политике экономического истощения противника.

– Да! Именно так! – воскликнул Рейган. – И в деле экономического истощения нет ничего лучше, чем убедить противника тратить средства и ресурсы на заведомо недостижимую цель. Поэтому, джентльмены, нам надо как можно сильнее пугать мистера Горбачёва, пускай тратится. И тогда, может быть, нам повезёт, и мы спляшем шимми на руинах большевистской империи.

21 А ТАУ-КИТЫ ТАКИЕ СКОТЫ

Горбачев звонит Рейгану:— Примите наши соболезнования по поводу взрыва «Челленджера»!— Но «Челленджер» взлетает только через минуту…— А-а, извините, я позвоню позже.

Борт №1 Генерального секретаря ЦК КПСС замер как вкопанный точно на отведённой для него точке лётного поля. В аэропорту - все уже готово. Михаил Сергеевич последний раз глянул в иллюминатор и повернулся к супруге.

– Рая, посмотри...

Раиса придирчиво оглядела фигуру мужа в новом костюме. Шили его в Москве, в кремлёвском ателье, но ткань британская, самая дорогая. Модель «Принц Уэльский».

– Миша... Всё в порядке. Наверное, пора.

– Знаю. Пошли. – Горбачёв улыбнулся и шагнул в тамбур. За ним последовала супруга. По неписаному ритуалу, первым к трапу должен подходить глава делегации с супругой. Они на несколько секунд замерли на верхней площадке, давая возможность фотокорреспондентам запечатлеть исторический момент. За четой Горбачёвых следовали остальные члены советской делегации.

Немногочисленные допущенные журналисты щёлкают блицами, как только советская делегация вступает на швейцарскую землю – Центральный оркестр Швейцарской армии играет советский гимн. Музыканты в красных кителях и фуражках зябнут на ноябрьском ветерке, несущем с Женевского озера мокрый снег.

Делегацию встречает Курт Фурглер, нынешний президент Швейцарской конфедерации. Фигура больше декоративная, чья работа и состоит в подобных встречах. Рядом высокая фигура в чёрном пальто. Это госсекретарь США Шульц. Рейган в аэропорт не приехал, на что никто и не рассчитывал. Он в качестве хозяина «дома» ждёт на арендованной американцами вилле на берегу Женевского озера.

Погода не располагает к длительному пребыванию на открытом воздухе. И прибывшие, и встречающие рассаживаются по чёрным представительским лимузинам, и кавалькада покидает аэропорт «Cointrin».

До виллы «Fleur d'Eau»доехали всего за четверть часа. Аэропорт Женевы находится прямо в городе, а пригород Версуа всего в десятке километров от него. Длинный чёрный лимузин подкатил к высокому крыльцу двухэтажного особняка. Как только представительское авто притормозить, как из дверей на крыльцо вышел сам президент Рональд Рейган. Казалось, что он так и шёл с вытянутой для рукопожатия рукой. Лицо светилось голливудской улыбкой? весь вид его излучал гостеприимство и расположение.

Горбачёв, покинув салон, рефлекторно поплотнее подтянул кашне и выбрался из лимузина. Увидев Рейгана, шедшего на встречу в одном костюме, он не стал застёгивать пальто, а просто широко улыбнувшись, протянул руку.

Рейган на правах встречающей стороны, увлёк Горбачёва на высокое крыльцо. Не смотря на свои 74 года, двигался президент легко и бодро. Отсутствие верхней одежды в сочетании с лёгкостью движений делали его более моложавым, чем его визави, который был моложе на целых двадцать лет. Жестами Рейган дал понять Михаилу Сергеевичу, что хорошо было бы дать репортёрам сделать несколько снимков на крыльце виллы. Переводчик Генерального не успел, но Горбачёв и сам догадался, чего от него хотят. Они зафиксировали рукопожатие перед камерами и прошли внутрь.

Следом по лестнице поднялась вся советская делегация. Шеварднадзе, помощник генсека