Мускан. Сердцу не прикажешь. История Кинии - 1 - Елена Веленская

Канал сменился, и к Аджиту повернулась молодая девушка, закинула длинную косу за спину и проговорила:

— Да, я отвратительный человек. И я это признаю. Я разрушила её жизнь, и мне совсем не жаль. Почему? Да потому что моё счастье для меня гораздо важнее.

Девушка исчезла, сменившись накаченным мужчиной. Он уверенно шёл по широкому коридору, размахивая пистолетами в обеих руках.

— Любовный треугольник? — Аджит подскочил в кресле и потёр руки. — Этот город не такой скучный, как показалось на первый взгляд. Гремлин, ты не так бесполезен. У тебя есть имя?

Каналы быстро замелькали, сменяя друг друга, давая персонажам произносить не больше одной буквы:

— Базу.

— Поздравляю, Базу, ты будешь жить.

Глава 36. Трудотерапия

Мы встретились с Санджаем в гостиной, приняв душ и переодевшись. Муженёк уселся на диван, я вытряхнула рядом с ним содержимое пакета с покупками из таинственной лавки.

К каждому снадобью резинкой была прикреплена инструкция. Наученная горьким опытом, я схватила первую попавшуюся склянку, развернула бумажку и принялась читать.

— Крем от ушибов. Не использовать на повреждённой коже…

— Подожди, — остановил меня Сандик. — Давай сначала с твоей рукой разберёмся.

Он взял высокий зелёный флакон и развернул инструкцию.

— Спрей от ожогов. Распылить на поражённый участок. При необходимости повторить через десять минут. Обезболивает, заживляет и охлаждает. Не использовать при химических ожогах. При магических с осторожностью и только по назначению специалиста. Рекомендуем закрыть рану стерильной чудо-повязкой, разработанной Амритой-джи… И блаблабла, — бандюган принялся скручивать бумагу.

— Подожди, давай прочитаем до конца. Мало ли что там. Не хочется неделю с замороженной рукой ходить, — я забрала из его рук свёрнутый листочек и быстро пробежала глазами по тексту. В конце значился побочный эффект в виде озноба, временно сниженной эмоциональности или наоборот излишней вспыльчивости.

Санджай открыл спрей, аккуратно взял меня за руку и побрызгал лекарством на ожог. Я почувствовала приятный холодок, боль немного уменьшилась.

— Лучше? — он посмотрел в мои глаза так, словно ожидал увидеть ответ там, а не услышать его в словесной форме.

Я кивнула.

— Через десять минут повторим, — он достал из кармана телефон и посмотрел на время.

— Давай я вылью все эти снадобья в ванну, и ты просто поотмокаешь там часок? На тебе же места живого нет, — проворчала я.

— Можно попытаться, — усмехнулся он. — Но боюсь, что тогда нас ждёт фейерверк побочных эффектов.

— Да уж, — кисло согласилась я.

— И потом… Прикосновения любимой жены помогают лучше любых снадобий, — широко улыбнулся Сандик. — Помажь вот здесь. И подуй. Жечь же будет.

Он показал на припухшую губу.

— Ничего, не маленький, потерпишь, — пробурчала я, выдавливая мазь прямо на его кожу. — Какие нежные бандиты пошли!

Я помогла Санджаю обработать все ранения, стараясь избегать его взгляда. Мне хотелось поскорее ускользнуть от него в свою комнату, чтобы избежать этой смущающей близости, возможного разговора о том, что произошло этой ночью.

Конечно, у меня было множество вопросов, невысказанных возмущений, однако я решила отложить их на потом. Мне нужна передышка.

Я сгребла все пузырьки и тюбики обратно в пакет и, пока Сандик не попытался начать разговор, выпалила:

— Я спать.

— Приятных снов, — улыбнулся мой муж.

— Приятных, — я кивнула и убежала к себе в комнату.

Уснула я быстро, но проспала всего три часа. А потом подушка стала неудобной, матрас жёстким, ожог горел. Как бы я не легла — мне было больно и неудобно.

Я прокралась в кабинет, села за стол и открыла ноутбук. Полчаса я бесцельно бродила по интернету, просматривая видеоролики, которые мне предлагали социальные сети Саварии.

Посмотрев с десяток рецептов выпечки, я поняла, что мне хочется чем-то себя занять. А готовка — отличный способ на время отключить разум от всего, что происходит.

Я вышла из кабинета и тихонько пробралась на кухню. Я боялась разбудить Санджая, а говорить с ним по-прежнему не хотелось. Если бы торговый центр не был разрушен штормом, то я бы сбежала в магазин Джии-джи.

На нашей кухне безоговорочной хозяйкой была Сунита. За время её отсутствия мы питались запасами из холодильника или бутербродами. Я понятия не имела, что и где здесь находится. Поэтому пришлось перекопать все полки, чтобы найти всё необходимое.

Решила испечь обычное печенье. Во-первых, я его с закрытыми глазами могу приготовить, а во-вторых, мне приятно будет сейчас повозиться с тестом, придавая ему интересную форму.

Положив пачку масла размягчаться на стол, я подумала и достала ещё три пачки. Вряд ли Сунита одобрит моё расточительство, но, судя по моему настроению, одной порции теста мне будет мало.

Открывая шкафы, я пыталась найти формочки для печенья, но, видимо, в доме Санджая было не принято печь фигурные печеньки. Я порылась на полке со специями и почувствовала запах кардамона. Этот аромат заставил меня вспомнить о том, что приближаются новогодние праздники.

Дома я положила бы в тесто молотый кардамон, ваниль, корицу и на этом остановилась. Но в Мускане, где пряности были ядром кулинарии, я не могла не поэкспериментировать со специями.

Масло никак не размягчалось, а мне не терпелось начать. Я разогрела его на водяной бане, щедро всыпав в жёлтую жижу пряности: праздничный кардамон, пахучую ваниль, согревающую корицу, обжигающий перец чили, горьковатый мускатный орех, а для надёжности добавила целый пакет смеси гарам масала.

Оставив масло остывать и впитывать аромат пряностей, я достала из холодильника яйца и задумчиво посмотрела на корзину манго под столом. Скорее всего фрукты привезли, пока я спала. Когда у нас не случался очередной конец света, бандиты следили за тем, чтобы в доме всегда были мои любимые вкусности.

Я отобрала самые спелые фрукты и сложила их в миску, вымыла и принялась завтракать, а затем перемолола в блендере семь крупных манго, добавила к ним сахар, масло со специями, немного соли, яйца, найденный на самой нижней