Твин Пикс: Кто убил Лору Палмер - Джон Томпсон

Шериф хлопнул себя по карманам. — Черт, ключи у Хогга. — Не надо, специальный агент, поздно, — прошептал мистер Палмер, — и вот, когда он пришел ко мне в детстве, он предложил поиграть с ним. Я пригласил его, он пошел в меня…— О ком вы говорите? — О нем.

По щекам мистера Палмера стекала вода, смешанная с кровью и слезами. — Я не осознавал себя в те моменты, когда он был внутри меня, а когда он уходил, я ничего не помнил. Специальный агент, в моей душе была огромная черная дыра…— Да-да, мистер Палмер, я вас понимаю, но это не вы убили Лору.

Мистер Палмер закатил глаза. — Нет-нет, это я… Я во всем виноват. Это я позволил ему войти в меня, из-за этого погибла моя дочь. Мне нет прощения…— Мистер Палмер…— Он входил в меня и заставлял делать ужасные вещи… Он говорил, что ему нужны другие жизни, что ему мало моей жизни…— Да где же, наконец, Хогг? Почему нет врача? — возмутился Гарри Трумен. — Не нужно, ничего не нужно. Мне осталось совсем мало, — прошептал мистер Палмер, — он стремился завладеть теми, кого можно было использовать в его гнусных целях…— Например, Лору? — уточнил специальный агент ФБР.

Мистер Палмер кивнул головой. — Да, он хотел завладеть Лорой. Но она была сильной, она была сильнее его.

Альберт Розенфельд сидел на корточках возле слабеющего мистера Палмера, не отпуская свои пальцы с запястья его руки. Он понимал, что тому остались считанные минуты и что он ничего не в силах сделать для умирающего. Пульс становился все более редким и прерывистым. — И бог не позволил ему войти в Лору. Но, боже мой, он заставил меня убить мою девочку. И я не нашел в себе сил противиться этому, — мистер Палмер закрыл глаза.

Дэйл Купер склонился еще ниже, чтобы расслышать угасающие слова мистера Палмера. — О боже, они заставили меня убить Лору. Они сказали, что если я не убью мою девочку, то они убьют меня и ее. — Но она же не позволила войти, — громко, так, чтобы услышал Лиланд крикнул Дэйл Купер.

Лиланд отрицательно покачал головой. — Она сказала, что лучше умрет, чем впустит его в свою душу.

Дэйл положил руку на грудь Лиланда. Он ощутил как редко и слабо бьется его сердце. — И они заставили меня убить ее. Боже, смилостивься надо мной. Боже, что я наделал! Что я наделал! — Это же не вы, — пробовал успокоить Дэйл. — Нет, это я. Боже, что я натворил! Я ведь любил ее. Боже, как я любил мою доченьку.

Послышался предсмертный хрип, и из горла Лиланда потекла кровь. Альберт Розенфельд быстро повернул его на бок. — Лиланд! Ты слышишь меня? — проговорил Дэйл, — сейчас перед тобой откроется истинный путь…

Но Лиланд уже ничего не отвечал. Его тело изредка сотрясали конвульсии. — Лора обратила тебя лицом к истинному свету, к божественному. И ты испытаешь его сейчас во всей реальности. Он откроется перед тобой, — Дэйл Купер сжимал ладонями виски мистера Палмера, — и вещественное, Лиланд, станет подобно безоблачному небу… Дэйл с надеждой посмотрел на Альберта Розенфельда, но тот отрицательно покачал головой. Дескать, ничего нельзя сделать, уже началась агония, наступает смерть. — Лиланд, познай себя в этот момент. И пребудь таким во веки. Гляди на этот свет, найди его, Лиланд.

Едва шевеля губами Лиланд прошептал: — Я вижу этот свет. — Вглядись в свет, Лиланд. Вглядись в него. — Я вижу его, я вижу в этом свете Лору. Она там. — Гляди, Лиланд, гляди, не отводи взгляд…— Я вижу мою дочь, она прекрасна, — шептал умирающий Лиланд Палмер.

Дэйл Купер проводил рукой по его седым волосам. И тут голос мистера Палмера стал немного громче. — Лора, Лора… — произнес он, дрогнул и замер с полуоткрытыми глазами.

Дэйл Купер понял, что мистер Палмер уже не здесь, уже не с ними. Он там. И последние его слова были обращены напрямую к дочери, которую отец видел перед собой такой же, какой видел ее Дэйл в своем вещем сне.

Купер опустил веки на глаза мистера Палмера. Вокруг шумела вода, на полу скопилась огромная лужа, по которой растекалась кровь Лиланда Палмера. Только сейчас Дэйл Купер заметил, что промок насквозь и только сейчас он почувствовал сильную усталость, бессилие.

Казалось, дело сделано, убийца найден. Но куда, куда смог уйти Боб? В кого он вселится вновь? Кого изберет очередной жертвой?

К Дэйлу подошел шериф и положил ему руку на плечо. — Что ж поделаешь, Дэйл, нужно идти. — Конечно, Гарри. Что же нам еще остается…

Доктор Розенфельд остался стоять у стены. Он с сожалением смотрел на своего приятеля. Альберт машинально поднес ко рту руку, хотел затянуться, но в пальцах он сжимал вконец размокшую сигарету.

Уже через час, переодевшись в сухое, Альберт Розенфельд, Дэйл Купер и Гарри Трумен вышли из полицейского участка на улицу. Светило солнце, ветер разогнал темные тучи. Над зелеными вершинами сияло яркое голубое небо.

На крыльце к мужчинам присоединился помощник шерифа Хогг. Они вчетвером, обласканные хорошей погодой, с чашечками кофе в руках, приготовленным заботливой Люси, направились в лес, который начинался сразу за полицейским участком.

Шумели деревья, крупные солнечные пятна сияли на жухлой траве.

Пройдя ярдов сто, Дэйл Купер остановился. Он отхлебнул кофе из чашки, которую держал в руках, и посмотрел на товарищей. Шериф, приподняв шляпу, сдвинул ее на затылок и уселся прямо под толстую ель, опершись о ствол спиной.

По узкой дорожке, усыпанной гравием, к мужчинам уверенной походкой подошел майор Таундеш. Он приложил руку к козырьку фуражки, приветствуя знакомых. — Дэйл, — сказал Гарри Трумен, — по-моему, он все-таки оказался самым обыкновенным сумасшедшим. — Когда люди видели Боба, он являлся им видениями. Так он являлся Лоре, Сарре, Мэдлин, — говорил Альберт Розенфельд. — Знаете, джентльмены, — сказал майор Таундеш, — на небе и на земле сокрыто куда больше тайн, чем может вместить наше воображение.

Он совсем не по-военному сунул руки в карманы брюк и оперся спиной о дерево. — Я прожил в этих древних лесах почти всю жизнь, — оглядываясь по сторонам, произнес шериф, — я видел много удивительного, но то, что произошло сейчас — это уж слишком.

Шериф развел руками и посмотрел вначале на Альберта Розенфельда, а потом на Дэйла Купера. Он как бы искал подтверждение своим словам, как будто хотел услышать логичное объяснение всему тому, что произошло в Твин Пиксе. — Во все это мне лично верится с большим трудом. Дэйл Купер молчал, не отвечая на риторический вопрос шерифа. Он собирался с мыслями. — Дэйл, а что ты думаешь на этот счет? Ведь ты самый осведомленный, — настаивал Гарри Трумен.

Наконец, Дэйл Купер оторвал свой взгляд от бездонного голубого неба. — По-моему, Гарри, в это поверить куда легче, чем в то, что отец мог изнасиловать и убить свою любимую дочь. — Не знаю как тебе, а мне и в то, и в другое поверить трудно, почти невозможно. — Джентльмены, по-моему, не стоит строить предположений, — вмешался в разговор Альберт Розенфельд, — я, конечно, тут плохой помощник, потому что обладаю только даром логического мышления, но то, что сделал Дэйл меня, конечно, поражает…— А что я такого сделал? — спросил специальный агент ФБР. — Ты нашел убийцу, к тому же не с помощью доказательств, не с моей помощью. Тебя привела к нему интуиция и дар провидца.