Пять семей. Взлет, падение и возрождение самых могущественных мафиозных империй Америки - Селвин Рааб

Знаете, они не могут рассчитывать на то, что выполнят слишком много работы. Слишком много работы. Работы должно быть много, и тогда каждый сможет получить свой кусок».

Джардина: «И если они будут сотрудничать, это будет хорошо для всех, а не создаст путаницу и все остальное».

Кастеллано: «Конечно».

Бетонные сделки Кастеллано иногда сбивали с толку других гангстеров. В декабре 1983 года Толстяк Тони Салерно был обеспокоен тем, что его обманывают в тайном трехстороннем партнерстве с Кастеллано и Николасом Аулеттой, владельцем компании звукозаписи, которая была продана Century-Maxim. Луис ДиНаполи, солдат Дженовезе, который занимался строительным рэкетом для семьи, тщетно пытался объяснить Салерно, как будет делиться незаконная прибыль в 200 000 долларов. Их разговор был записан в штаб-квартире Салерно в Восточном Гарлеме.

ДиНаполи: «Но это, другими словами, похоже на откуп».

Салерно: «Нет. Но они все равно должны отдать. Они дают, они выплачивают нам 200 000 аванса, по 20 000 в месяц».

ДиНаполи: «Ники [Аулетта] имел право только на сотню».

Салерно: «И где же эта сотня?»

ДиНаполи: «Из этих денег. Да. Теперь из ста он отдает пятьдесят Полу. И пятьдесят — вам. В счет того, что он вам должен».

Все еще недоумевая, Салерно спросил, почему он не получает больше денег. Объяснение ДиНаполи, что корпорация Аулетты потеряла деньги на части сделки, привело Салерно в еще большее замешательство.

ДиНаполи: «Если это корпорация потеряла деньги, то не только Ники. Корпорация. Вы владеете 25 процентами акций корпорации. Пол владеет 25 процентами корпорации, а Ники — 50 процентами. Так что вы разделили ее таким образом. У вас создается впечатление, что вы сбрасываете сотню».

Салерно: «То, что он нам должен».

ДиНаполи: «Нет, это всего лишь 50% от того, что он должен. Вот почему мне пришлось дать вам еще двадцать».

Хотя урок экономики высоких финансов мог быть непонятен Салерно и присяжным, разговор, тем не менее, ясно показал его и Кастеллано соучастие в незаконных выплатах «Бетонного клуба».

Некоторые межсемейные сделки с бетоном были далеко не гармоничными. Жучки «Ягуара» обнажили недовольство высших чинов семей Дженовезе и Луккезе схемами Кастеллано по получению денег от строительных компаний и профсоюзов для себя.

Тони Дакс Коралло из семьи Лукчезе жаждал узнать о новых мафиозных махинациях, которые он еще не пробовал. Во время поездки на «Ягуаре» подчиненный Дакка, Том Микс Санторо, рассказал о счете Кастеллано в 500 000 долларов. Санторо рассказал о встрече с «Жирным Тони» Салерно и Винсентом ДиНаполи, еще одним братом ДиНаполи, который специализировался на строительных поборах для семьи Дженовезе. Обсуждая с Салерно вопросы, связанные с вымогательством, Санторо намеренно раззадорил Салерно, рассказав ему о том, что Кастеллано прикарманил огромную сумму у производителя бетона, компании Certified Ready Mix. Санторо выглядел довольным собой, когда описывал этот разговор.

Санторо: «Я пошел и распалил Толстяка Тони. Я говорю: «Эй, ты знаешь, что Пол получил полмиллиона за продажу Certified?» Он посмотрел на меня: «Ты что, шутишь?» «Да, — говорю я, — он получил полмиллиона».

Санторо рассказал, что разгневанный «Толстяк Тони» Салерно вызвал к себе Винсента ДиНаполи и с «кинжалами в глазах» потребовал объяснить, почему его не поставили в известность о продаже Certified. И, что еще важнее, почему его лишили части прибыли?

Затем Санторо, инструктируя Сала Авеллино по тонкостям мафиозного протокола, заявил, что Винсент ДиНаполи совершил грубую ошибку, ответив, что, по его мнению, заговор Кастеллано не имеет никакого отношения к Салерно, его непосредственному начальнику. «Это не твое гребаное дело — думать, — сказал Санторо об ответе ДиНаполи. — Вы скажете ему [Салерно]. И тогда думать будет он, а не ты».

У Авеллино была своя история, чтобы рассказать Даксу Коралло о жадной натуре Кастеллано. Он сопровождал Санторо на свидание с Кастеллано и подслушал, как босс Гамбино ныл, что лидеры профсоюза водителей сократили его годовую выплату за трудовой мир при поддержке мускулов Гамбино до 25 000 долларов с 200 000 долларов.

«Они присылали мне кость каждый год, около 200 000 в год», — процитировал Авеллино слова Кастеллано, удивленного тем, что он минимизировал выплаты. «Это «кость», говорит он».

Указывая на то, что этот инцидент был типичным для Кастеллано, хватающегося за самые большие куски мафиозной добычи, Коралло сказал: «Мне приходится слушать, как он несет чушь. Кость, двести тысяч долларов?.. Представьте себе, ему не хватило. Я ни черта не понимаю, он не получил достаточно. Представьте себе, ему не хватило денег?»

На электронных записях отсутствовали только голоса Кармине Персико, обвиняемого босса Коломбо, и Энтони Бруно Инделикате, солдата Бонанно, судимого за убийство Кармине Галанте.

Большую часть времени в начале 1980-х годов, когда на секретных пленках были записаны улики, Персико находился в тюрьме, отбывая срок за угон. Обвинение пыталось связать его с Комиссией и клубом «Бетон» через записанные комментарии о нем Джерри Ланджеллы, действующего босса семьи, и других обвиняемых. Но самые сокрушительные улики против Персико были получены от свидетеля, двоюродного брата по браку, Фреда ДеКристофера, продавца страховок.

До ареста по обвинению Комиссии Персико находился в бегах и в течение трех месяцев использовал дом ДеКристофера в Вантах, Лонг-Айленд, в качестве конспиративной квартиры. ДеКристофер сообщил ФБР о местонахождении Персико и получил вознаграждение в размере 50 000 долларов за выдачу гангстера.

На допросе у Майкла Чертоффа, главного обвинителя, ДеКристофер рассказал, как благодаря браку он стал невольным помощником лидеров Коломбо и получателем секретов преступной семьи. По словам ДеКристофера, пока Персико скрывался в своем доме, он свободно рассказывал о своей незаконной деятельности, хвастаясь тем, что из тюрьмы он использовал посетителей и телефонные звонки Ланджелле и другим лоялистам, чтобы передавать приказы о преступных операциях. «Его бизнес заключался в управлении преступной семьей», — не без гордости сказал ДеКристофер.

ДеКристофер добавил к преступным махинациям Персико еще двух обвиняемых, Джерри Ланджеллу и Ральфа Скопо. Персико часто называл Ланджеллу заслуживающим доверия и характеризовал его как одного из своих ключевых людей. ДеКристофер свидетельствовал: «Он сказал, что Ральф Скопо был его доверенным лицом в профсоюзе цементников и бетонщиков и что в Нью-Йорке не было залито ни одного ярда бетона, где бы он и его друзья не получали свою долю».

Через ДеКристофера Чертофф получил доказательства не только против Персико, но и косвенно против всей Комиссии. По словам ДеКристофера, Персико вспоминал, как в 1970-х годах делил камеру федеральной тюрьмы с Кармином Галанте. Галанте отбывал срок за торговлю наркотиками, а Персико, сравнительно молодой босс, начинал отбывать наказание за угон. У двух мафиози были хорошие отношения, свидетельствовал ДеКристофер,