Фридрих Великий - Дэвид Фрейзер

армию перед угрозой оказаться разделенной на две части. Ураган вызвал многочисленные пожары, были немалые человеческие жертвы. Однако он не заставил город капитулировать и, таким образом, похоже, не оказал заметного влияния на ход событий. Фридрих в это время получил тревожные известия из Восточной Богемии. В первой декаде июня он узнал, что австрийцы на востоке собрали свежие силы. Это были не 14 000 солдат Дауна, поспешно, как полагал Фридрих, отступавших к Колину; это, как говорили, громадная армия — речь шла о численности в 55 000 человек, цифра, которую король подвергал сомнению. Тем не менее не было повода сомневаться в наличии угрозы с востока пруссакам, стоящим у Праги. Фридрих, ранее разместивший Беверна с 24 000 солдат в районе Коли-па, чтобы удерживать австрийцев на расстоянии от этого направления, задумался является ли эта мера достаточной.

Беверн тем временем захватил склады с припасами, включая один в Колине.

Австрийская армия, о которой шла речь, находилась под командованием Леопольда, графа фон Дауна. Он проявил себя в войне за Австрийское наследство осторожным, дальновидным военачальником, ему полностью доверял Траун, являвшийся для Фридриха объектом почитания. Даун сражался под Хотузицем, Гогенфридбергом и Соором, в 1754 году стал фельдмаршалом. Теперь часть войск, которой удалось уйти после разгрома армии эрцгерцога Карла под Прагой, присоединилась к нему, и он, как оказалось, шел в сторону прусской армии. Фридрих не много знал о Дауне как военачальнике, поскольку тот до сих пор занимал подчиненное положение, а он, будучи проницательным человеком, видимо, знал о короле значительно больше. Фридрих думал, что у Дауна имеется приказ избегать сражения. Он ошибался. Фельдмаршал намеревался спять с Праги прусскую осаду, а это означало схватку.

Фридрих принял решение несколько усилить войска Беверна и «прощупать» обстановку на этом фланге. «Леопольд Даун получает подкрепления, — написал он 6 июня Кейту, находящемуся в войсках, осаждавших Прагу. — Мы должны не позволить ему [помешать нам], должны собрать все, что сможем, атаковать и преследовать, насколько будет возможно». Король оставил позиции под Прагой и 13 июня направился на восток с 16 эскадронами кавалерии, 15 орудиями и 4 батальонами пехоты. На следующий день он соединился с войсками Беверна, который двигался от Колина, где получил самую свежую информацию. Стало ясно, что это реальная угроза, к ней следует отнестись серьезно.

Он приказал принцу Морицу Ангальт-Дессаускому, находившемуся у Праги, присоединиться к нему и привести все войска, которые можно было бы безболезненно спять с позиций. Мориц действовал быстро, и через 48 часов у Фридриха было 35 000 человек. К наступлению темноты 17 июня он получил информацию, что Даун развернул армию — численностью более 50 000 человек, то есть пруссаки оказываются в меньшинстве — фронтом на север вдоль линии Кайзерштрассе, важной дороги, ведущей на восток от Праги к Колину, и примерно в 15 милях восточнее прежнего места сражения. Оказалось, австрийцы заняли позиции на нескольких невысоких холмах, тянущихся к югу параллельно Кайзерштрассе. Они понижались к востоку, пока не сходили на нет в месте пересечения с дорогой. Две возвышенности господствовали над местностью — Пржеровская гора, отстоявшая примерно на полторы мили к югу от Кайзерштрассе, имевшая довольно большую протяженность с востока на запад, и гора Кржечхорц, поднимавшаяся сразу за западной околицей одноименной деревни и находящаяся примерно в миле от дороги.

Фридрих был абсолютно уверен в своей армии. Он знал, что она уступает по численности неприятельской. Фридрих полагал: если двинуть прусскую армию на восток, вдоль Кайзерштрассе, то в определенном месте появится возможность повернуть колонны направо — на юг — и начать подъем там, где склон будет наиболее пологим, и таким образом вывести их на позицию, господствующую над правым флангом австрийских войск. Продвинувшись достаточно далеко, он охватит фланг противника и сможет развернуться для наступления фронтом на запад. Затем непобедимая прусская пехота в очередной раз начнет теснить неприятеля с фланга. Левый фланг прусских войск, участвующих в обходном маневре, прикроет кавалерия, которая потом отойдет в резерв. Фридрих отдал приказы генералам и показал местность с верхнего этажа постоялого двора на Кайзерштрассе, находившегося к востоку от Плапиапа и в десяти милях к западу от Колина. Около часа дня 18 июня войска тронулись в путь вниз по Кайзерштрассе. Был особенно жаркий день.

Первоначальный заход правого фланга от Кайзерштрассе планировалось произвести против деревни Кржечхорц. За прусским авангардом, состоявшим из 7 батальонов под командой генерал-майора Гульзена, двигалась дивизия генерал-лейтенанта фон Трескова. Не успели они углубиться достаточно далеко, как стали очевидными две вещи. Первая — Даун явно передвинул позицию к правому флангу — к востоку; вторая — в Кржечхорце были австрийцы. Следовательно, выполнение первой фазы прусского маневра, обходного марша, будет труднее и займет больше времени.

И Фридрих принял роковое решение. Основная масса его войск по-прежнему находилась на марше по Кайзерштрассе. Фридриху показалось, что можно сэкономить время и достичь поставленных целей, изменив маршрут выдвижения. Непосредственно к югу от деревни Кржечхорц находился лес, Дубовая роща, и он отдал приказ батальонам Гульзена, идущим походной колонной, срезать путь. Они должны были двигаться прямо к Дубовой роще, где могли перестроиться для выполнения первоначального замысла, появившись на правом фланге австрийцев и получая подкрепления по мере подхода остальной прусской армии.

Этот план сработал бы, если бы австрийцы имели меньшую численность и практически бездействовали. В действительности Даун усилил правый фланг целой дивизией, и Фридрих вскоре понял, и, должно быть, с отчаянием, что он идет в гору навстречу свежим войскам противника, имея к тому же у себя на фланге деревню с вражеским гарнизоном.

Он реагировал на эту ситуацию следующим образом: приказал наступающим войскам развернуть взводы в линию и приготовиться к столкновению. Принц Мориц, видя, что одна из прусских линий, двигаясь по склону вверх навстречу с изготовившимся многочисленным противником, вот-вот вступит в бой, заколебался, и Фридрих повторно прорычал приказ: «В линию!» Таким образом, пруссаки атаковали в лоб, вверх по склону, уступая в численности. Все было против них. Не оставалось ничего другого, как вложить все силы в этот отчаянный маневр. Солдаты Морица падали словно подкошенные под огнем тяжелых орудий и пехоты австрийцев, стрелявших сверху. Они, как и их командир, поняли, что это катастрофа, и зароптали, Мориц вскричал: «Сражение проиграно».

Дальнейшие неудачи превратили этот день в сплошной ужас. Хорватские стрелки преследовали пруссаков во время марша по Кайзерштрассе, и генерал фон Манштейн, возглавлявший часть, шедшую вслед за принцем Морицем, организовал быструю атаку, чтобы очистить местность. В результате в нее оказались вовлечены все 5 батальонов, находившихся