Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Он поднял маленькую рамку с портретом, что получил от Эммануэль, и облизнул свои тонкие губы. Задумался, почему для его папок с документами она выбрала слово „порнография“. Он был потрясён, что она пользуется подобным словом, наверняка зная, что оно означает. Должно быть, это всё её братец! Дурное влияние Леоса. Эммануэль слишком хороша, чиста и незапятнанна, чтобы самой выучить подобное слово. Возможно, следует приставить к ней его шпионов, просто проследить за …

Нет, она же его правитель! Все его труды — для неё. Даже если сейчас графиня не сознаёт их ценность, однажды она её признает. Шпионить за ней означало пересечь тот предел, который он сам себе определил. С другой стороны, иногда он подозревал, что среди тех наветов, что он о ней слышал, предположительно могут содержаться зёрна правды, и обнаружить это было бы слишком мучительно.

Он поставил портрет обратно на стол. Он позволил себе отвлечься от главной проблемы. Гном и стражи канализации. Могли ли они его узнать? Что же ему следует сделать, если им удалось? Они обычные мужчины, выполняющие свою обычную работу. Как и он, они стараются сдержать Хаос. Но смогут ли они понять необходимость его действий? А если нет, то возможно понимают, что необходимо обеспечить их вечное молчание.

Страдающие от похмелья стражи медленно спускались под землю. Спускаясь через канализационный люк, они один за другим карабкались вниз по лестнице. Руди, назначенный сержантом, зажёг фонарь и осветил туннель.

Несмотря на то, что он осторожно сошёл с лестницы на бортик, вонь ударила по Феликсу подобно молоту. Это была самая ответственная часть работы. Между краем пешеходной дорожки и лестницей был чистый промежуток всего в один фут шириной. Неверный шаг — и многие непротрезвевшие стражи оказывались в „рагу“.

— Ты пропустил вчерашнюю ночь, малыш Феликс, — сказал Хеф.

— Мы проводили сержанта со всеми почестями, — добавил Паук.

— Готрек опустошил семь кружек эля одну за другой, и ему даже не поплохело. Ещё до первой стражи мы потратили недельное жалование.

— Я весьма рад за вас, — сказал Феликс.

После своих подвигов Готрек выглядел не хуже обычного. Из всех стражей он был единственным, кто не выглядел больным. Остальные были бледны, напоминали призраков и передвигались шаркающей стариковской походкой.

— Эх, ничего лучше „рагу“ не прочищает голову с похмелья, — сказал жутко больной Хеф, пытаясь высунуть голову за край пешеходной дорожки.

— Отлично прочищает голову, — добавил Руди без всякой иронии.

— Да уж вижу, — сказал Феликс.

— Мы проследуем к месту, где был убит сержант, — сказал Руди. — Мы вчера так решили. Посмотрим, может удастся выследить подонка, что снюхался со скавенами. Возможно, если не найдём его, то обнаружим кого — нибудь из его маленьких приятелей с розовыми хвостами.

— А что если у них ещё больше таких газовых бомб? — спросил Феликс.

— Не о чем беспокоиться. Готрек — старый туннельный вояка. Он объяснил, как с этим разобраться.

— Да неужели?

— Да. Мы намочили свои шарфы в моче и дышим через них. Это не пропускает газ.

— Я предполагал нечто подобное, — сказал Феликс, пристально глядя на Истребителя Троллей, гадая, действительно ли остальные убеждены в правоте заявления Готрека, либо просто подшучивают над ним.

Единственный взгляд на их измождённые решительные лица убедил его в том, что справедливо первое.

— Это правда, человечий отпрыск. Это срабатывало, когда мои предки воевали со скавенами в Караке Восьми Вершин.

— Как скажешь, — ответил Феликс.

Он мог бы добавить, что предстоит долгий день.

Тем же путём, что в предыдущий день, они проследовали до местности под Старым Кварталом. Пока они шли, у Феликса нашлось время поразмышлять над странностями своей жизни. Где — то над головой находился дом его брата, а он и не знал об этом. Он даже не знал, что Отто в городе. И тот факт, что брат смог его разыскать, служил доказательством эффективности его шпионской сети.

Феликс догадывался, что подобная сеть была бы необходима любому, кто в нынешнее время желал бы вести дела в Нульне. Его также беспокоило то, что Отто рассказал про Шаффера и тайную полицию графини. Феликсу было жаль старика, но за себя он всё же беспокоился больше. За своё участие в большом бунте Оконного налога в Альтдорфе он и Истребитель Троллей разыскивались законом. И если здесь тайная полиция настолько эффективна, то будучи столь узнаваемыми, он и Готрек тоже могли исчезнуть. Он успокоил себя мыслью, что до столицы довольно далеко, а местные власти скорее всего не интересует то, что происходит вне их юрисдикции.

С другой стороны, ещё более обнадеживало то, что он был частью канализационной стражи. Негласно понималось, что стража особо не интересуется биографией своих рекрутов. Несомненно, что это верный способ, позволяющий им не обращать внимание на твои былые преступления. Все остальные на разных этапах своей жизни принимали участие в преступлениях с применением насилия, либо заявляли об этом. «Нет, тут не о чем особо беспокоиться», — надеялся он.

Более насущными были опасения, что у них есть шансы наткнуться на скавенов. Ему не особо хотелось встречаться с такими злобными врагами на их территории. Он ожесточённо пытался воскресить в памяти то, что Готрек рассказывал ему про крысолюдей, надеясь вспомнить нечто, что даст ему преимущество в бою. Он знал, что это раса крыс — мутантов, результат воздействия искривляющего камня с незапамятных времён. Рассказывали, что они населяют огромный загрязнённый город, именуемый Скавенблайтом, местонахождение которого никому не ведомо. Ходили слухи, что скавены разделены на кланы, каждый из которых имеет свою специализацию: применение магии, ведение войны, разведение чудищ и так далее. Они легче человека, но куда быстрее, более злобны и жестоки, обладают интеллектом, что делает их смертельными противниками.

Он вспомнил одну прочитанную книгу о давних сражениях, в которой описывались некоторые случаи их участия в битвах на поверхности; ужасающие атаки огромных чирикающих орд, извращённое зло и склонность к истязанию пленных. Это орда скавенов произвела подкоп стен замка Зигфрида и завершила двухлетнюю осаду. В легенде говорилось, что принц Карстен заплатил ужасную цену за услуги своих союзников. Сам Сигмар уничтожил целую армию скавенов перед своим восшествием на небеса. Это один из его менее известных подвигов.

Феликс сам наблюдал проявления деятельности скавенов в Караке Восьми Вершин. Воспоминания о колодцах, отравленных искривляющим камнем, и огромном тролле — мутанте бросали его в дрожь даже по прошествии длительного времени. Он надеялся, что до конца жизни больше не встретится с этими чудовищными созданиями. Поглядев на остальных, он понял, что эту его надежду они не разделяют.