Легенды Гарсариона: Искра (СИ) - Тайлер Калхун

и подхватил. Теперь нужно добраться до берега.

Преодолевая течение, он тянул девочку на противоположный берег, сам едва не захлебываясь. Эта борьба продолжалась долго, но в конце концов они добрались. Кайден вытащил девочку, которая была без сознания.

— Твою то… Дейти!

Он принялся нажимать ей на грудь и дышать в рот, бить по щекам. Она не реагировала.

— Дерьмо, дерьмо, дерьмо! — ругался он. — Да чтоб тебя!

Вдруг, с резким вздохом, Дейти пришла в себя, выплюнула воду, закашлялась.

— Слава Нуррэ, — выдохнул Кайден.

Девочка ещё некоторое время приходила в себя, часто и тяжело дыша. А потом кинула на авира безумный взгляд.

— Я же сказала! — закричала она, накинувшись на него и принявшись колотить. — Не перепрыгну! Не перепрыгну! Козел!

Кайден отбивался от ее ударов, прикрывая голову. Только сейчас он осознал, что потерял шляпу.

— Демоны! — выругался он, поднявшись. — Шляпа!

— Какая к херам шляпа⁈ — завизжала Дейти. — Я чуть не потонула.

— Эй, девочки не ругаются так.

Он направился к берегу, в надежде, что ее прибьёт к берегу. Но шляпы видно не было.

— Твою мать…

— Какой же ты козел! — выругалась девочка последний раз.

— Мы оба живы, успокойся. Все закончилось хорошо, и реку мы пересекли. Шляпу жаль…

Осознав, что он ее уже не найдёт, Кайден развернулся и пошёл обратно.

— Идем, Дейти.

— Я чуть… да как…

— Ну извини, я не знал, что так получится.

Девочка нахмурилась и отвернулась.

— Ну не дуйся. Я хотел, как лучше.

Водные процедуры взбодрили авира. Он начинал думать, что смертельные опасности преследуют его, с тех пор, как он согласился на это дело. Ещё и шляпу потерял. Но все оказалось не так плохо. Через некоторое время он увидел ее, свой любимый головной убор, летящий к нему по воздуху.

— Что…

Он не успел договорить, шляпа спикировала и ударила его по лицу. Ее принёс Пушистик.

— Вот, спасибо, — опешил он.

— Надо было сильнее швырнуть, — буркнула Дейти.

Они пошли дальше, на юго-восток, по зелёным холмам, которые на вершинах были усеяны различными цветами. С вершины все вокруг казалось зелёным морем, по которому гуляли волны. А вдали Кайден заметил еле видимый тускло-красный силуэт. И сердце у него упало. Туда они и направлялись, к этому силуэту.

На деле это была некогда красная, но уже выцветшая повязка, которая была привязана к камню.

— Что это? — все ещё не изменив недовольный тон голоса, спросила Дейти.

Кайден не ответил, лишь молча шёл вперёд. В голову лезли воспоминания. И не самые приятные.

Наконец они поднялись на ещё один холм, самый высокий в округе, где и стоял тот самый камень, обвязанный красной повязкой. Кайден подошёл к нему и молча стал перед ним.

— Что это такое? — снова спросила Дейти, но уже без обиды в голосе.

Кайден невесело усмехнулся, вздохнул и стал на одно колено перед камнем. На нем были высечены руны, по которым он провёл рукой. Руны языка шуан и древнего ираимского языка.

— Это могила, — сказал Кайден.

— Чья? Что тут написано?

— Написано: покойся в свете Нуррэ. Я не забуду тебя, Брат.

Саннэфея

Принцессе дали выспаться, чего нельзя сказать об остальных ее спутниках, прошедших Темный лес. Она была в маленькой, воняющей потом и мочой палатке. Не сказать, что ей были слишком противны эти условия, теперь она уже к ним привыкла.

Тянущая боль в ногах и спине сменилась острой, «женские» боли чуть отступили, но все ещё доставляли дискомфорт.

Растрепанная, заспанная она вышла из палатки и застала лагерь в подготовке к отплытию. Алсогонцы уже собрали почти все вещи и погрузили в лодки.

— Привет, — улыбнулась ей Роза, сидевшая у палатки. — Я вроде как твоя стража.

— И как успехи? — улыбнулась принцесса в ответ. — Пленник не убежал?

Колючка отвернулась, улыбаясь.

— Скоро отплываем в Алсогон. Наконец домой. Спустя столько лет я вернусь домой. Но работы потом будет ещё много, говорят, что скоро эрлы собьют власть Талла. А ещё, говорят, что какой-то парень, из крестьян, уже поднял бунт и даже захватил город со своими сторонниками. Скоро Алсогон будет свободен.

— Видимо… — невесело пожала плечами Саннэфея и села рядом с Розой.

— Дамы, доброго утра! — сказал Ори, проходя мимо. Он кинул заворожённый взгляд на рыжеволосую.

Саннэфея кивнула, Роза даже не посмотрела на него.

— Похоже, он на тебя глаз положил, — шепнула принцесса.

— Я ему его выколю. Оба.

Саннэфея улыбнулась. Она могла понять причины такого отношения, хотя никак не могла представить, что пережила эта девушка. Если ее злоключения были чем-то невероятным для неё, то путь Розы наверняка был в сто раз хуже. Но она все ещё была здесь, живая, не опустила руки и продолжает жить. Но что ее толкает вперёд? У неё ведь нет ничего, ради чего стоит жить. Может, месть? Все эти люди хотят отомстить Таллу, ее родной стране. И она теперь отдувается, хоть и косвенно, за дела короля, семья которого, по хорошему, никогда не относилась к ней как должно.

Но у принцессы ещё было ради чего жить, хоть она и ловила себя на мысли, что со смертью Вэлиана она потеряла все. У неё есть семья, ее семья, которая любит ее. Фарамонды, которые сейчас были совсем недалеко, в Раймене.

— Ты говорила, что должна мне, — начала неуверенно принцесса.

— И я отплачу, — заявила Роза.

— Может… поможешь мне бежать?

Девушка прикусила губу, отвела взгляд. Она думала довольно долго, и Саннэфея уже хотела переспросить, но воительница повернулась и уставилась на неё.

Повисло молчание, Роза несколько раз пыталась начать и наконец сказала:

— Не могу.

— Но почему?

— Ну… просто…

— Ты понимаешь, что со мной будет, когда меня доставят в Алсогон? — напирала Саннэфея.

— Ты важная особа, тебя будут беречь.

— И все же.

— Ну… подумай только, куда мы сейчас пойдём? В лес? Там шуан’фэрод, нашпигуют нас стрелами. Уплыть далеко мы не сможем — поймают.

— Ты хочешь сказать, что сейчас не лучший момент? — принцесса поняла, что девушка не может ей помочь, просто потому, что в таком случае ей придётся предать свою страну.

— Далеко не самый лучший, — облегченно улыбнулась она. — В любом случае, я думаю, что тебя никто не тронет. Обменяют тебя на каких-нибудь условиях да и все тут.

— Никто никогда не знает, откуда ждать удара, — ей вспомнился Мартон. Этот грязный подонок и предатель, который сломал ей жизнь. Дважды. Она ничуть не жалела, что зарезала его как свинью.

— Это правда. Но я буду тебя защищать, — улыбнулась Роза, уверенно смотря на принцессу. — Хоть по сути мы враги.

— Я никогда не считала Алсогон врагом, — пожала плечами принцесса, стараясь уйти от взгляда собеседницы,