Собрание сочинений. Том II. Стихотворения, напечатанные в периодике и найденные в архивах; заметки, статьи - Павел Николаевич Шубин

приказ / “Для ликвидации банд”»… Уком – уездный комитет.

«О песнях» («Мир наполнен песнями. Их много…»)

Напечатано в журнале «Резец» (1934. № 11).

«Девушке из провинции» («Буфера грохотали и дыбился пар…»)

«Во Францию два гренадера / Из русского плена брели…» – строчки из стихотворения «Гренадеры» (1846) Генриха Гейне (1797–1856) в переводе Михаила Ларионовича Михайлова (1829–1865). Приведём стихотворение полностью:

Во Францию два гренадера

Из русского плена брели,

И оба душой приуныли,

Дойдя до немецкой земли.

Придётся им – слышать – увидеть

В позоре родную страну…

И храброе войско разбито,

И сам император в плену!

Печальные слушая вести,

Один из них вымолвил: «Брат!

Болит моё скорбное сердце,

И старые раны горят!»

Другой отвечает: «Товарищ,

И мне умереть бы пора;

Но дома жена, малолетки:

У них ни кола, ни двора.

Да что мне? Просить Христа ради?

Пущу и детей, и жену…

Иная на сердце забота:

В плену император, в плену!

Исполни завет мой: коль здесь я

Окончу солдатские дни,

Возьми моё тело, товарищ,

Во Францию! Там схорони!

Ты орден на ленточке красной

Положишь на сердце моё,

И шпагой меня опояшешь,

И в руки мне вложишь ружьё.

И смирно, и чутко я буду

Лежать, как на страже, в гробу.

Заслышу я конское ржанье,

И пушечный гром, и трубу.

То он над могилою едет!

Знамёна победно шумят…

Тут выйдет к тебе, император,

Из гроба твой верный солдат!»

«Начало шторма» («Тополей сухие обелиски…»)

Встречается в записных книжках и с иной первой строчкой: «Тонкие сухие кипарисы…»

«Песня» («В первый раз эта песня не робкая…»)

Посвящается Сергею Мироновичу Кирову (1886–1934), с 1926 года до гибели возглавлявшего Ленинградский обком и горком ВКП (б).

Встречается в черновиках и без посвящения Кирову.

После строки «Как костёр на снегу – горяча…» идёт вычеркнутая строфа:

По далёким, не северным займищам —

Ветер нёс, как прибой голубой,

Незнакомое слово «Товарищи»

И «Последний решительный бой».

«Возвращение» («Ока, разогнавшись, ударит о ряжи…»)

Встречается также под названием «Васильковый цвет», с иной строфикой и датировкой: 1936 г. Ещё вариант датировки и места написания: «с. Чернавск, август 1935 г.»

«Кажется, и двух-то слов не скажешь…»

Встречается также в иной версии:

Ты скажи мне, за какую милость,

За какое зло в твоей судьбе —

По стране широко раскатилась

Грозовая слава о тебе?

Кажется – и пары слов не скажешь

О такой суровой и простой —

Вот ты вся здесь – меловые кряжи,

Дальний лог, забытый и пустой,

Тихие купальницы-ракиты,

Ковыли, шуршащие как шёлк, —

Всё, что здесь бездомным и забытым

В босоногом детстве я прошёл,

Всё, что нёс, как дорогую память, —

Вынянчив и выстрадав сполна:

Поле с лебедой и васильками,

Летняя багровая луна,

Плывуны… Покой – глухой, извечный —

Стало быть, не с радости угрюм —

Может, в первый раз по-человечьи

С вами я сегодня говорю.

Что я видел здесь? Кривую хату,

Животы, набухшие водой,

Голод, злобу… И над всем распятый —

Грозный крест – на церкви золотой!

«Слово в защиту» («О чём сказать. Мне двадцать лет. И это…»)

Изначальное название – «Слово в оправдание».

«Анкета» («Сквозь клятвы все, сквозь уверенья…»)

Печатается по вырезке из газеты «Молодой рабочий», хранящейся в РГАЛИ (Ф. 2162, оп. 1, ед. хр. 25). Написано 19 августа 1934 г. в Буйнакске (Дагестан), в записной книжке того периода идёт под названием «Так входим в жизнь» и с посвящением поэту Михаилу Васильевичу Троицкому (1904–1941), а также имеет несколько строф, идущих после строфы «Тогда (опять доносит память) / Я, листьев разгребая медь, / Впервые научился плакать / Затем, чтоб после не уметь»:

Я рос и жизнь руками трогал,

Покамест мир из тишины

Не лёг широкою дорогой

На все четыре стороны.

Но даль грозила тёмной жутью…

Не проклиная ль подлый мир,

Грустит на каменном распутье

У Васнецова богатырь?..

Я не был им, я был паяцем

И долго думал, отчего

Я осуждён всего бояться,

Ещё не сделав ничего?

Зачем в огромных дебрях века,

Итогом молодости всей —

Иметь дерзаний на копейку,

Без явной силы, без друзей?..

* * *

В газете «Молодой рабочий» стихотворение сопровождается редакторским предисловием: «Печатаемые сегодня стихи ленинградской группы “Резец” являются одним из звеньев широко задуманной смычки молодых писателей Закавказья с молодыми ленинградскими писателями. Группа “Резец” вырастила таких писателей, как Черненко (“Расстрелянные годы”), Лаврухин (“По следам героя”), Уксусов (“XX век”), новеллист Д. Остров, поэты А. Прокофьев, А. Решетов. В настоящий момент литгруппа “Резец” состоит из 36 человек, имеет секции прозаическую, поэтическую, кино, критическую.

Группа объединяет таких уже выявившихся поэтов, как Шубин, Калитин, Яккер, Троицкий, Позднышев, Костров, новеллистов Цирельсона, Холопова, Лифшицкого, Сапира и работающих над большими произведениями Крутецкого, Суслова и др.

“Резовцы”, кроме своей литературной, ведут большую консультационную и культурно-просветительскую работу. Устройство вечеров в рабочих клубах Ленинграда, встречи с читателями в библиотеках и читальнях, выступления по радио, во время обеденных перерывов на предприятиях и поездки бригад по области – широко применяются в практике работы литгруппы “Резец”.

Опыт группы “Резец” в области выращивания молодых творческих кадров и массово-литературной работы среди читателей – должен быть перенят молодёжными литгруппами, существующими при литжурналах Грузии, Азербайджана и Армении.

Начало положено. Заключён договор между молодыми писателями Ленинграда и Грузии. Необходимо с самого же начала серьёзно взяться за дело и наладить крепкую, дружную, творческую связь в общей борьбе за овладение литературным мастерством, повышение общекультурного уровня молодых писателей и качества их продукции в соответствии с решениями исторического съезда писателей Советского