Ты снова станешь моей - Инна Стужева

Отец утверждает, что на него никто не давит, значит, это одна из сделок, где решающим может оказаться только мое мнение?

Блядь, больше всего ненавижу неизвестность. На всякий случай мы негласно выставили охрану у палаты Гордея.

Вчера я специально катался по городу, проверяя, нет ли слежки. И все было чисто. А вот стоило выдвинуться куда-то с Ви и ребенком... Твою мать.

Заноза принимается кормить малыша, а я хмурюсь, потому что мой телефон оживает.

- Демьян, здравствуй.

- Привет, - говорю я и хмурюсь сильнее.

Савельев, тот из партнеров отца, с которым мы встречались совсем недавно на предмет внедрения нового человека в нашу цепочку, и которому я отказал.

Неужели он? Уж на кого-кого, но на него бы точно не подумал. Слишком мелок и труслив.

- Как дела Демьян? - интересуется он медовым тоном, как-то позабыв, что мы с ним не в тех отношениях, чтобы созваниваться как добрые приятели,и интересоваться делами друг друга.

- Норм, а твои? - отвечаю коротко.

- Идут потихоньку, с божьей помощью. Хотел вот тебя к себе в гости пригласить.

Накой? Обсудили уже все, в дополнительной встрече совершенно нет необходимости.

- Или ты сильно занят? Брат в больнице, я слышал, соболезную.

Соболезную, блядь? Да иди нахер, он вообще-то не умер. Сука, так и чешутся руки врезать по упитанной довольной морде.

- Еще у тебя ведь, я знаю, ребенок появился.

Интересно, откуда ты мог об этом узнать?

- Даже не поверил вначале. Сколько ему, два месяца, три? Совсем еще малыш, даже жить толком не начал.

- Не знаю, не интересовался. С этой темой ты точно мимо. А встретиться можем, я свободен, - соглашаюсь я.

- Хочешь сказать, мальчик не твой сынок?

- Ага, ложная тревога. Слава богу это подтвердилось, вот буквально только что. Голыми руками придушил бы эту суку, что сунулась. Впрочем, и сейчас еще не поздно. Короч, не грузи с этим отстоем, лучше скажи, куда приезжать?

Савельев называет адрес, который меня мягко говоря напрягает, потому что это хрен знает, какая глушь. Но он тут же находит объяснение.

- Мой загородный дом, недавнее выгодное приобретение. За долги отжал. Заодно отметим новоселье, попаримся в баньке и еще раз обговорим наши дела.

- Девочки будут? – интересуюсь я, косясь в зеркальце заднего вида на Ви, но она увлечена кормлением малыша и вроде бы не прислушивается.

- А надо?

- Канеш, куда без них?

- Тогда лады, закажу самых дорогих. Тебе ж блондинки больше нравятся, да?

- Один хер, но лучше потемнее.

- Ну, без проблем.

- Хорошо, - усмехаюсь я в трубку, - жди.

И сразу после этого набираю Михаилу, который едет следом за нами. Прошу его притормозить. Хочу, чтобы забрал Ви с малышом.

Мерс, что висел у нас на хвосте, тоже тормозит, причем совсем рядом с нами. Не очень и шифруется. Водила видимо думает, что из-за большого скопления машин, он не бросается сильно в глаза.

Тонированное стекло слегка приоткрывается. Никак слушать собрался.

Выпроваживаю Ви, сопровождая свои действия полной хренотенью. Алые пятна, проступающие на щеках Занозы, отлично демонстрируют, что она думает обо мне и о моих словах, особенно в отношении малыша.

Отчего-то они дались мне особенно тяжело.

Я...Разберусь с ней потом.

Сейчас мне важно, чтобы до всех желающих это услышать дошло, мне насрать как на нее, так и на ребенка, который оказался не моим.

До сих пор уверен, что не мой, но вот что я все равно привязался к нему, всем подряд знать совсем необязательно. Осознанно бью побольнее, чтобы уж точно никаких сомнений, с подбором слов у меня никогда не было проблем.

Потом запрыгиваю в тачку и срываюсь в сторону этой гребаной дачи.

…

Убеждаюсь, что Мерс снова на хвосте, и набираю отцу.

- Савельев пригласил на дачу, - говорю я ему, - праздновать новоселье. Еще и слежку за мной кто-то организовал.

- Думаешь это он?

- Интересовался Гордеем и моей личной жизнью.

- Нееет, только не он. Мы с Пашкой знакомы двадцать лет, пуд соли вместе съели, он не может оказаться такой гнидой.

- По мне, так вполне может. Недавно перетирали с ним, я ему отказал, ты же помнишь.

- Ннн…да…Как-то не верится, но…

- Мы ждали звонка, мы его получили.

- Я привык доверять твоей интуиции, Демьян. Мы сейчас же возьмемся за его проверку. А к тебе я отправляю ребят, скинь координаты.

Пока стою на железнодорожном переезде, скидываю геолокацию, а когда поезд проезжает, снова набираю скорость.

Прикидываю, стоит ли дожидаться людей отца, или сразу брать Савельева в оборот. Будет зависеть от того, сколько его людей окажется на этой даче.

Между тем машин становится все меньше, а дорога начинает петлять между деревьев.

Мерс набирает скорость, и я вдруг понимаю, если изначально и был план как-то надавить на меня, по ходу дела он изменился. Кто-то очень постарается, чтобы ни до какой дачи я просто не доехал.

Я вдавливаю педаль газа до упора, водитель Мерса делает то же самое. Буквально повисает на хвосте.

На поворотах машину довольно сильно заносит, но мне удается ее выровнять. А потом я решаю, что с меня хватит гонок, резко торможу. Мерс уходит в самый последний момент, водитель не справляется с управлением, и машина на скорости летит в кювет.

Торможу, выскакиваю из машины и бегу к Мерсу, потому что не привык прятаться и хочу вытрясти из того, кто за рулем, всю душу. Разумеется, если этот придурок все еще жив. Это становится моей большой ошибкой.

Словно в замедленной съемке я вижу, как перед глазами мелькает дуло пистолета, вижу, но нормально среагировать не успеваю, лишь отклоняюсь слегка, чтобы пуля не попала прямиком в сердце.

Меня отбрасывает сильным ударом в грудь, и я лечу назад. Кубарем скатываюсь вниз по насыпи и на некоторое время отключаюсь, теряя всякую связь с реальностью.

Когда, наконец, мельтешение перед глазами прекращается, у меня ломит и болит буквально каждая клетка. Но я концентрируюсь, и первым делом проверяю, в каком состоянии ноги. Нет ли переломов, и могу ли я двигаться.

Нащупываю телефон, но тот оказывается бесполезной игрушкой с полностью побитым экраном. Жму на кнопки, пытаясь реанимировать, и к моему удивлению телефон вдруг оживает.

Быстро скидываю всем новую геолокацию, на большее не хватает времени.

Откуда-то сверху слышится матерная перебранка, следом за этим хруст веток. Я понимаю, они не остановятся,