Чужая тень - Ярослав Маратович Васильев

есть мороженое сколько влезет. Поскольку кофе нормально варить здесь не умели, пришлось поддерживать начинание и тоже заказать вазочку, тем более как раз мороженое было неплохое. Всё равно делать было нечего. Остальные после Нового года как-то разом вспомнили, что у них с девятого числа сессия и со стонами сели за подготовку к экзаменам. Софья и Аня в итоге неожиданно оказались вдвоём и сами по себе. В бассейне нормально плавать получалось только с утра пораньше – дальше он забивался отдыхающими, а плескаться как в ванне с остальной толпой спортсменкам было скучно. Разные интересные мероприятия начинались лишь после обеда. Гулять по территории пешком наскучило быстро, нормально бегать на лыжах – для этого надо выходить за забор, чего Софья делать отказалась. Вот и оставалось ждать обеда, сидеть в кафе и лопать мороженое.

Аня облизала с ложечки очередную порцию, вздохнула и сказала:

– Вот одного не понимаю. И чего мы с тобой раньше поделить не могли?

– Не знаю, – растерялась Софья, ей это как-то в голову не приходило. – Соревнования?

– Ну вот разве что, – Аня пожала плечами и подцепила ложечкой ещё одну порцию мороженого. – Но если вспомнить, как ты три дня подряд меня уделала на дорожке, то тренер получается прав. Но не зазнавайся, на будущий год я тебя всё равно уделаю, не так сильно ты и обгоняешь.

Софья смутилась, но на самом деле не оттого, что главная соперница в плавании признала поражение. Скорее ей было совестно, учитывая слова тренера, дескать, она по физическим возможностям ближе к юниорам. Ведь на деле-то, а не по паспорту, она и в самом деле старше шестнадцати – и не просто так после пятнадцати переходят соревноваться в следующую возрастную группу.

– Это мы ещё посмотрим кто кого. Я тоже сдаваться не собираюсь. А ещё чего? Ну… может потому что меня зовут постоянно на школьные концерты играть?

– Фу, – Аня сморщилась. – Нашла чем гордиться, особенно глядя как тебя каждый раз туда пинком отправляют. Да я музыку терпеть не могу, хотя меня мама два раза пыталась в музыкалку запихать. Вот шахматы – это да, но ты в шахматы не играешь.

Тут пришёл черёд уже Софье разводить руками. Шахматисткой Аня была отменной, в первую же неделю играючи сделав всех троих парней, рискнувших с ней посоревноваться. Да и среди отдыхающих ей нашёлся единственный равный соперник, уже старик, как оказалось, сам бывший преподаватель шахмат. Причём посмотреть, как они играют блиц, собиралась немаленькая толпа: фигуры переставляли с такой скоростью, что не всегда успеваешь следить.

– Ну… может, рисование? – предположила Софья.

– Не смеши мои тапки. Ты от всех это настолько тщательно скрывала, что, глядя на твою кривую гуашь, даже я с моим красным дипломом не догадывалась. И не конкуренты мы здесь. Ты – график, я по маслу и акварелям, а графику… ну умею, но не люблю. – Софья кивнула: оформлять стенгазеты постоянно звали именно Аню. – Если всё остальное вспомнить, то мы тоже вообще нигде кроме плавания не пересекаемся. Выдумали себе спор на пустом месте на четыре года. Две…

– Круглые дуры, – закончила Софья.

И обе рассмеялись.

– Чего веселитесь? – раздался голос Марины.

– Да так, вспоминаем школьные годы. Тебе этого не понять, ты от них уже далека, – за обеих ответила Аня.

– Ностальгия будет потом. Тут из города звонили. Собираем общий курултай. А вы обе телефон в комнате оставили, вот и ищи вас по всей территории. Вопрос срочный, между прочим.

Когда все собрались в гостиной-столовой домика, Марина начала:

– В общем, братцы-кролики, мне сейчас позвонили. Что-то там в верхах затрещало по части государственной поддержки молодёжи… Да не смейся ты, Денис, заранее. И в самом деле наверху и насчёт поддержки. В общем, мне звонил арт-директор концертного проекта. Короче, сработал папа Ани, он у тебя мировой мужик, без вопросов. По областям распределяются гранты на поддержку разнообразных проектов, связанных с молодёжью. А у нас, считай, и проект готовый, и всё остальное. Грант – не напрямую денег дают, а обеспечивают рекламу от всяких билбордов до телевидения. Короче, именно то, чего нам как раз не хватает. Арт-директору уже гарантировали, что он под этот грант попадает, но для этого нужно, чтобы всё стартовало до девятого января. Поэтому первый концерт проект давать будет не двенадцатого, а шестого, то есть завтра. По плану мы проект открываем, но учитывая, что мы не в городе – мне позвонили и спросили: сможем мы завтра подъехать или нет? Начало в половину первого. Я по времени прикинула, успеваем, но прямо с корабля на бал. Приехать, быстро подготовить сцену и выступаем. Сможем? Или пусть зовут других? Андрей Викторович просил передать – решаем на наше усмотрение.

В комнате повисла тишина. Инструменты были с собой, и даже планировали репетировать… но поленились. Однако открывать проект – это не просто престижно, наверняка первый концерт будут использовать в рекламе на телевидении. Но если выступишь на открытии плохо – это запросто похоронит группу. Наконец Митя первый поднял палец вверх:

– Смогём. Я – за рискнуть.

– Сможем, – тут же поддержала Алиса.

Следом одобрили «рискнуть» и остальные.

– Хорошо, давайте репетировать, а я иду звонить, что мы согласны, – подвела итог Марина. – Дальше меня не трогать и не искать, сажусь на телефон и там ещё тоже много организовывать надо.

– Я с тобой, – тут же вскочила Аня. – Есть идея, пошли, объясню по дороге.

Репетировали весь остаток дня. И неожиданно первый концерт дали… вечером прямо на базе отдыха. Идея была Ани, она же договорилась