Зеркальное отражение - Della D.

— Он этим ничего не добьется, — убежденно говорил Северус. – Уверен, он понимает, что я расскажу тебе о его роли в этом событии. Это заставит тебя еще больше привязаться ко мне, потому что гриффиндорцы не любят, когда людей неволят, — он усмехнулся с легким намеком на сарказм. – Это Дамблдору совершенно не нужно. Ему нужно, чтобы ты снова во мне разочаровался, чтобы мы перестали друг другу доверять. Ему нужно, чтобы ты снова стал целиком и полностью его человеком, как это было прежде…

Северус признал, что вероятность того, что он сможет сдержать свое обещание относительно лета, очень низка, но Гарри уже не настаивал на этом. Ему не хотелось, чтобы у Снейпа были из‑за него проблемы. Он выживал у Дурслей раньше, переживет и это лето, ничего с ним не сделается. Гораздо больше Гарри волновало, не предпримет ли Дамблдор попытку поговорить с ним, убедить в ненадежности Северуса или просто попросит его ограничить свое общение с зельеваром. Он не знал, как ему следует себя вести в такой ситуации. Северус попросил его не демонстрировать излишнюю лояльность к нему, но Гарри не был уверен, что сможет сдержаться в личной беседе с директором.

От этих печальных мыслей его отвлекли друзья, плюхнувшиеся на стулья по обе стороны от него. Одного взгляда на их напряженные лица было достаточно, чтобы Гарри почувствовал себя неуютно. Он не был сейчас готов к еще одному раунду беседы на тему опасности его одинокого проживания. Однако фраза, произнесенная Гермионой, заставила его пожалеть, что она больше не станет доставать его этой темой.

— Мы знаем, что ты живешь со Снейпом, Гарри. Нам Дамблдор сказал.

— А потише нельзя? – огрызнулся он. – А если нас кто‑нибудь услышит?

— Здесь никого нет, — чуть раздраженно сообщил Рон. – Не пытайся сменить тему.

— А в чем тема? – с вызовом спросил Гарри. – Да, я живу с ним. И что теперь? Он меня учит справляться с одержимостью. И присматривает, чтобы я не натворил бед. Разве ты не этого хотела, Гермиона?

— Но не он же! – возмутилась девушка. – Вы всегда друг друга ненавидели!

— И ты, кажется, настаивала на том, чтобы я преодолел это, поскольку это вредит остальным.

— Я хотела, чтобы ты перестал кидаться на него, чтобы ты изучал окклюменцию, как того хотел Дамблдор. Но жить с ним… И скрывать это от нас… Гарри, ты уверен, что все в порядке? Может, ты не жалуешься только потому, что боишься, что тебя не поймут?

— Да, дружище, — подключился Рон. – Ты не думай, что мы начнем тебя убеждать, что так лучше для тебя же.

— Но так действительно лучше! – запротестовал Гарри. – Гермиона, ты же сама мне говорила…

— Гарри, ты не должен себя мучить! Учись у Снейпа, но необязательно жить с ним!

— Вы не понимаете, — Гарри беспомощно переводил взгляд с Рона на Гермиону и обратно. Как объяснить им, что он ничего не скрывает, что он сам захотел жить с Северусом. Он не хотел говорить об этом в библиотеке, где их могли подслушать. Снейпу и так хватает проблем.

— Пойдемте, — решительно сказал он, собирая свои вещи. – Поговорим.

Он привел их в комнату, которая считалась его. Некоторое время Гарри молчал, не зная, откуда начать. В конце концов он решил, что правильнее всего начать со своих рождественских каникул. Он рассказал друзьям о том, что на самом деле произошло с ним после взрыва зелья. Он рассказал, как оказался в параллельном мире, как встретил там двойника Снейпа.

— В том мире он усыновил меня. Он был моим опекуном с четырех лет. Там все совсем иначе, — восторженно тараторил Гарри.

— Ты хочешь сказать, что тебе это понравилось? – не поверил Рон. – Мир, в котором Снейп – твой опекун?

— Не просто опекун, Рон, — попытался донести до него Гарри. – Отец! Приемный отец! Понравился ли мне тот мир? Рон, у меня там дом – не просто место, где меня защищает магия крови, а настоящий дом, — своя комната и прекрасный отец, который заботится обо мне. Да, Рон, это просто идеальный мир. Мир, в котором я уже победил Волдеморта. Мир, в котором жив Сириус. И я там был счастлив с самого детства.

— Хорошо, предположим, что это так, — рассудительно заметила Гермиона. – Но ведь в этом мире у вас с профессором Снейпом совсем другие отношения!

— Были другие, я не спорю. И они не изменились в одну секунду, стоило мне вернуться, — Гарри болезненно поморщился, вспоминая свое отчаяние, которое периодически сменялось безумной надеждой, но в большинстве случаев эта надежда обращалась разочарованием. – Мне пришлось потрудиться, чтобы завоевать его симпатию и доверие. – Он вдруг вспомнил разговор с Северусом из альтернативного мира и грустно усмехнулся. – Одного упоминания Томаса Брауна оказалось недостаточно.

— Кого? – переспросила Гермиона.

— Я не знаю, кто это. Это имя мне назвал двойник Снейпа, но мне оно не помогло, — отмахнулся Гарри. – Дело не в этом. Дело в том, что тот двойник, которого я узнал в другом мире, дал мне понять, что Снейп совсем не такой, каким я его считал.

— Но с чего ты взял, что они похожи? – сопротивлялась Гермиона. – У них была совсем разная жизнь. Наш Снейп совсем другой человек!

— Нет, не совсем, — возразил Гарри. – Он такой же внимательный и заботливый, такой же преданный и смелый, просто он не демонстрирует это. Люди как правило его не любят и не доверяют ему, вот он и отвечает им тем же. Он сложный человек, но если узнать его поближе, — Гарри беспомощно развел руками, не зная, как выразить все то, что он думает и чувствует. – Он хороший человек. И он… — Гарри запнулся. Он хотел сказать «любит меня», но ведь Снейп никогда ему ничего такого не говорил. – Он хорошо относится ко мне.

Друзья продолжали смотреть на него с подозрением, словно размышляли над тем, не стоит ли его сдать в Святого Мунго. Гарри устало прикрыл глаза и покачал головой. Не поверят. Что бы он тут ни говорил – все равно не поверят. Он бы и сам в подобной ситуации не поверил. Ему пришлось прогуляться в другой мир, чтобы понять, что у Северуса Снейпа есть не только яд, который он с удовольствием источает ежедневно, но и сердце, душа… Как донести это теперь до Рона с Гермионой он не знал.

— Гарри, я не знаю, что он с тобой сделал, — медленно заговорила Гермиона, — но ты можешь нам рассказать об этом. Тебе не надо притворяться, мы тебе поможем.

— А ты уверена, что он притворяется? – недоверчиво поинтересовался у нее Рон. Гарри взглянул на него с надеждой. – По–моему, он сам верит в то, что говорит. Может, это какая‑то черная магия?

— Да почему вы не желаете мне просто поверить? – разозлился Гарри. Последние слова Рона взбесили его. Он злился не потому, что друзья ставили под сомнения его слова и даже его вменяемость. Его злость была вызвана обидой за Снейпа. Тот делал так много, принес столько жертв, рисковал всем, а никто не желал видеть в нем человека, видеть то хорошее, что было в нем.