Дочь леди Чаттерли - Дэвид Лоуренс

Клэр Меллорс было двадцать лет. Через десять дней должна была состояться ее свадьба с Робином Клэем.

Девушка старалась внимательней относиться к каждому без исключения пациенту — такая уж у нее работа, — хотя некоторых недолюбливала. Пожалуй, больше всех она благоволила капитану Тэлботу. Возле его койки сейчас и остановилась.

Подушки сползли — нужно поправить… Какое же у парня измученное лицо и грустный потусторонний взгляд. Совсем недавно Тэлбот чуть было не отправился на тот свет. Выкарабкался он лишь благодаря искусству врачей и заботе сестер милосердия. Разумеется, силе воли тоже. Ему двадцать восемь лет и он без пяти минут майор. Многие из больных моложе его. Дети, настоящие дети, уже успевшие испытать столько мук… Клэр глядела на фотографию миловидной девушки в форме военнослужащей вспомогательной службы ВМС и в который раз мысленно желала Колину Тэлботу скорейшего выздоровления. Она знала историю любви этой девушки и капитана Тэлбота. Его невеста сейчас в Гибралтаре, но скоро должна прилететь в отпуск, и тогда они поженятся.

Клэр много знала о своих пациентах. Особенно о тех, кому симпатизировала. Колин, например, до войны преподавал в Оксфорде классическую литературу. Его мать давно умерла, отец занимает какую-то высокую должность в регулярной армии и сейчас служит в Бирме.

Капитаном Тэлботом Клэр искренне восхищалась — никогда не хнычет и не жалуется на свою судьбу, страдания переносит молча, с мужеством настоящего великомученника. Право же, это так трогает сердце.

Она уважала Колина еще и за то, что в отличие от других ее больных, он никогда не пытался к ней приставать. Когда у Клэр выдавалась свободная минутка, они беседовали об искусстве, музыке, словом, о том, что оба любили. Колин мечтал стать театральным режиссером. Разумеется, после того, как окончится война. Он преклонялся перед талантом Шекспира.

— Может, хотите пить? — спросила Клэр у Колина.

— Нет, спасибо. Но с удовольствием выкурил бы сигарету.

Клэр прикурила сигарету и дала ее Колину. Он благодарно улыбнулся девушке.

— Сестра говорит, вы слишком много курите, — заметила Клэр.

— Пускай говорит. На то она и Ивэнс-Вам-все-нельзя.

— Но в данном случае она права. Курение пагубно сказывается на ваших нервах.

Тэлбот ухмыльнулся.

— А у меня их нет. Мисс Меллорс, как вы себя чувствуете? Мы с вами сегодня, можно сказать, еще не виделись.

— Как всегда, по горло дел. Вы, наверное, опять получили письмо от вашей невесты?

Тэлбот повернул голову и с обожанием посмотрел на фотографию на тумбочке.

— Получил. Вы тоже?

— И я получила. Робин приезжает домой на следующей неделе.

— Ну да, его ждет большой праздник.

Она не успела ответить Колину — где-то неподалеку разорвалась бомба. Звякнули стекла. Кто-то громко выругался.

Колин Тэлбот внимательно посмотрел на девушку. Ни один мускул не дрогнул на красивом безмятежном лице.

Настоящая Флоренс Найтингейл, думал он. Невозмутима и бесстрастна. Или же, как и я, испугалась, но не хочет подавать вида. Такими девушками, как она и моя Ив, может гордиться наша добрая старая Англия. Сейчас снова прогремят выстрелы, наверняка еще ближе. А ты лежишь здесь, как бревно, и не можешь даже… Черт побери, об этом лучше не думать. Лучше вообще не думать ни о чем, а смотреть на эту девушку. Красавица, настоящая красавица. И, кажется, очень скрытная. Никогда не поймешь, что у нее на уме. Непостижимое существо…

Сосед Колина не слышал, как рвутся бомбы — ему дали большую дозу снотворного. Орудия противовоздушной обороны стреляли беспрерывно. Следующая бомба разорвалась в нескольких метрах от госпиталя.

Клэр приблизилась к юноше по имени Табби Бенсон. Ему оторвало правую руку по самое плечо. Она знала, что юноша помешан на регби — играл до войны в «Ворсите блю». Жаль его безумно. Табби был неисправимым балагуром и нередко испытывал терпение самой мисс Ивэнс. Уж как только он над ней не потешался.

— Привет, сестричка! — окликнул он Клэр. — Хочешь подержать меня за руку?

— Как будто мне больше нечего делать! — с улыбкой парировала она.

— А что тебе еще делать? Держи меня за мою единственную руку и наслаждайся.

Он протянул ей руку. В его глазах была мольба.

Клэр взяла ее, крепко стиснула и улыбнулась.

— Извините, Табби, но у меня нет времени поболтать с вами.

Она поправила смятые простыни и стряхнула с одеяла пепел.

— Прилетала маленькая птичка и прочирикала, что уже на следующей неделе наша мадемуазель будет ворковать вокруг своего нового красавца-мужа, — сказал Табби, невинно хлопая своими длиннющими ресницами.

Клэр вспыхнула и отошла.

Табби ухмыльнулся. Он жадно смотрел ей вслед.

Эта наша малютка Меллорс такая прелесть! — думал он. — Кое-кто из ребят по наивности полагает, будто она холодна, как ледышка, но это враки. Она была так ласкова со мной, когда я отходил от наркоза. А какие волосы! Говорят, рыжеволосые очень сладострастны в постели. Интересно, эта малютка тоже?.. Черт побери, надо же мне было потерять эту проклятую руку! Теперь я никуда не гожусь. И нечего даже пытаться за ней ухаживать — такую красотку одной рукой при себе не удержишь. К тому же она отдана другому. Счастливчик! Впрочем, рано ему завидовать. Девчонка всегда настороже и ничего лишнего себе не позволяет. Может, и вправду ледышка?.. А вот наша врачиха любит, когда ты вздрагиваешь от ее прикосновений. Я даже нарочно вздрагиваю, хоть она меня вовсе не возбуждает. Почему не сделать человеку приятное?..

— Сестра! Сестра! — раздался капризный голос.

Клэр послушно поспешила на зов. Долговязый, вечно всем недовольный младший лейтенант Фуллер стал офицером накануне своего ранения. Это был хвастливый, закомплексованный субъект. Его навещала жена. Она молча сносила бесконечные издевки мужа. Мистера Фуллера в госпитале недолюбливали. Клэр старалась не выказывать свою антипатию.

Фуллер окинул девушку сердитым взглядом и проворчал:

— Мне пора пить таблетки. Давно пора, между прочим.

Клэр взглянула на маленькие золотые часики, приколотые к ее нагруднику, — их подарил Робин в день помолвки.

— Да, мистер Фуллер. В самый раз.

— Не в самый раз, а уже просрочили. Не спорьте, сестра.

Клэр промолчала. Она давно привыкла не обращать внимание на брюзжание этого субъекта. Принесла ему стакан воды и покорно стояла рядом, пока он глотал таблетки. Фуллер исподлобья смотрел на девушку.

Что она из себя корчит? Надо же, какая ле-ди, думал он. Тошнит от этих дамочек, разыгрывающих из себя ангелов милосердия. Да ведь они идут работать в госпиталь только потому, что здесь полно мужиков. Хорошо было бы затащить эту девицу в постель и побаловаться с ней. Еще бы как подо мной заерзала. А то корчит из себя вечную недотрогу…