Очень долгое путешествие, или Инь и Ян (СИ) - Токсик

в лесу я не могла. Тело настойчиво напоминало, что со вчерашнего дня, кроме чашки похлёбки, я ничего не ела.

Входя в ворота Каэр Морхена, я натянула максимально непроницаемое лицо. Плавали, знаем. Будто идёшь на переговоры к каким-нибудь лощёным банковским костюмчикам и превращаешься в робота, бизнес-машину — все милые и приветливые, как турникеты в метро, и никому нет дела до того, что в твоей человеческой жизни происходит. Как и мне до их жизни, впрочем.

Избежать встречи с обитателями замка не получилось. На кухне хлопотала Бьянка, в углу Роше с Золтаном склонились над картой какого-то города, судя по обширной площади — Новиграда. Роше что-то убедительно втирал Золтану, водя пальцем по бумаге, краснолюд в нерешительности чесал затылок.

Бьянка сунула мне в руки тарелку с густым рагу, я поблагодарила её и, стараясь не отсвечивать, уселась в углу.

Через проём камина я заметила, как мимо тенью проскользнул высокий эльф в синих одеждах. Аваллак'х возвращался в свою башню. «Наверное, обучал Цири контролю над силой, — подумала я, — всё, как и было в игре».

Роше поднял глаза от карты и изучающе уставился на меня. Сейчас он напустил на себя вид доброго дядюшки, всепонимающего и умудрённого опытом. «Чисто фсбшник», — мрачно подумала я и ответила ему хмурым взглядом исподлобья. Его глаза подобрели ещё больше, и мне показалось, что следующим шагом он предложит мне конфетку.

— Хорошая ты баба, — проникновенно начал он, — только связалась не с тем.

— Тебя бы я взяла в полоски, — поддакнула Бьянка. — Но не его!

Она забрала у меня пустую тарелку.

— Знаешь, — я ответила Вернону таким же добреньким взглядом, — если хочешь кого-то завербовать, то не стоит начинать разговор со слов «хорошая ты баба».

— А что такое? Всегда работало, — казалось, он искренне удивился. — Нам бы в отряде не помешал ведьмак.

— Всем бы не помешал ведьмак, — угрюмо сказала я.

Мысли опять вернулись к Эскелю. Мне бы тоже не помешал один конкретный ведьмак.

— Ты подумай, — Роше протянул сложенную бумагу. — Бери-бери, я ничего не требую взамен, пусть будет. Верительная грамота, лично от меня. Пригодится. На территории Темерии никто, кто в своём уме и не нильф, тебя с ней не тронет.

— Пригодится, — я убрала за пазуху грамоту и поднялась. Кивнула Бьянке: — Спасибо.

— Подумай ещё, — донеслось мне вслед.

***

Я вышла на улицу, столкнувшись в дверях с Цири, которая стремительно прошагала мимо. Иорвет с Геральтом тихо переговаривались на крыльце. Они обернулись, и по их внимательным, изучающим меня взглядам и между тем деланно бесстрастным лицам я поняла, что они уже в курсе. Ну, конечно, Эскель не мог уйти, не попрощавшись с Геральтом. Геральт-то не я… Ведьмак невозмутимо заговорил:

— Чародейки обещали открыть порталы для всех уходящих. Далековато, правда, и в одиночку сил не хватит. Надо, чтобы Йен восстановилась, и не сегодня, так завтра вы будете на Эльскердеге.

Иорвет задумчиво кивнул.

— Как Весемир? — спросила я.

— Ещё не пришёл в себя, — Геральт поскрёб щетину на заросшем подбородке, — странная рана… Не меч, стилет. Он едва не погиб.

Мы с Иорветом честными глазами глядели на ведьмака. Геральт постоял ещё, раздумывая, потом пошёл в замок. Я присела на кромку стены рядом с Иорветом. Со стороны гор надвигались свинцовые тучи, потянуло стылым ветром. Сугробы вокруг уже стали рыхлыми, ноздреватыми — искусственная зима уходила. Я оперлась локтями о колени и закрыла лицо ладонями. Накатила усталость. Ничего не хотелось. Следовало признать, что я облажалась и в моём нахождении в этом мире потерялся всякий смысл.

— Выше нос, vatt’ghern, — проговорил Иорвет и сел рядом. — У нас опять получилось.

— Кое-что я провалила по полной программе, — не отрывая лица от ладоней, ответила я.

— На успех этого дела, — подчеркнув слово «этого», сказал эльф, — я не подписывался.

— Да, — уныло согласилась я, — я потеряла лучшего в этом мире человека совершенно самостоятельно.

Мы помолчали.

— Обещай мне, что сразу после Зеррикании мы пойдём искать Эйльхарт, — я посмотрела на Иорвета.

Он отвёл взгляд.

— Обещай мне, — упрямо повторила я. — У нас договор. Тебе Исенгрима, мне Филиппу.

— Найти Исенгрима может быть только половиной дела…

— Ну началось, — я опять стала сердиться. — Мне пора домой. Game over! Хоть чуточку понимания у тебя должно же быть! Ты должен знать, каково это — жить вот с такущей дырой в груди.

Он покачал головой. Откинулся назад и, опершись локтями на камень стены, вытянул ноги. Взглядом эльф следил за низкими несущимися тучами.

— Каждый, кого ты встречаешь на пути, сражается в битве, о которой ты ничего не знаешь. Шрамов полно и у меня, и я живу. Это единственное, что я могу.

Мне стало стыдно. Уж не с этим побитым жизнью эльфом мне стоит меряться своими страданиями. Менее больно от этой мысли, впрочем, не стало.

— Прости, — я опять опустила лицо на ладони.

— К счастью, от любовных дыр в груди боги меня оградили, — задумчиво добавил он, погодя.

Я удивлённо взглянула на него, и раз уж мы говорили так откровенно, и он не язвил, решилась спросить:

— А как же Саския?

Иорвет посмотрел на меня долгим взглядом и неожиданно рассмеялся.

— Вот она, сила искусства! С тех пор, как этот болтливый бард придумал и растрезвонил всему миру легенду о моей любви к Саскии, жить стало гораздо спокойнее.

Я недоверчиво смотрела на него.

— Саския по уши влюблена в аэдирнского неженку, ты не знала?

— А ты откуда знаешь?!

— Она сама мне сказала, накануне битвы с чёрными. Она мне как сестра… — он помолчал. — Я был бы рад, если бы она была моей сестрой. И у нас с ней общее дело. Поддерживать легенду моей любви к Саскии оказалось весьма выгодно. Сразу уменьшилось количество претендентов как-то ей навредить. Да и мне проще — никто не претендует на серьёзные отношения.

Я горько подумала о том, что была бы рада узнать об этом раньше. Сейчас это уже не имело никакого значения.

— Ты всё просчитываешь на пару шагов вперёд, да? — улыбнулась я.

— Только если нельзя просчитать на три шага вперёд.

Я вздохнула и опять понурила голову. На много шагов вперёд… Меня вдруг охватило страшное подозрение, ведь единственной персоной, кому наши с Эскелем отношения были совершенно невыгодны и ставили под хоть и призрачную, но угрозу моё участие в походе в Зерриканию, был сам Иорвет.

— Ты же не рассказал Эскелю про Ард Дол, про нас… правда? — почти с мольбой воскликнула я.

— Нет, — эльф равнодушно пожал плечами, — но мне кажется, что он догадался. Он не глуп, твой ведьмак.

— Он