Прежде всего вейла - kelokelo

- Но ведь тебе и нужно было выйти в это время, чтобы не навредить своим рукам, правильно? Так не все ли равно, что вода после этого стала ледяной?

Заметив иронию во взгляде и Снейпа, Гарри понял, что вода остыла не сама собой, что над ней как-то поработали. В общем, юноше казалось, что никто из них не желает проводить с ним больше времени, чем это необходимо, они предпочитали находиться в тренажерном зале, зале для отработки заклинаний и дуэлинга или лаборатории зельеварения.

А еще парень чувствовал себя преданным и со стороны Добби. Да, он изучил связи, соединяющие эльфа с обоими Малфоями, а через них с Ремусом, Снейпом и самим Гарри. Он лучше понял, отчего этот эльф озаботился его судьбой больше, чем кто-либо из подобных ему. Но в этом доме Добби даже не пытался помочь. И когда он сообщил о своем желании выбраться из этого дома, особенно из границ магической защиты, Добби тут же ошеломленно пробормотал:

- Нет! Хозяин Гарри, нет! Это невозможно! Хозяин Гарри должен отдыхать в Логове! Быть рядом с хозяином Люциусом и хозяином Северусом!

В общем и целом у парня оказалось только около получаса в день, которыми он действительно был доволен - время, когда к нему приходили Гермиона и Рон. О, конечно же, Люциус не сводил с них пронзительного взгляда, но, по крайней мере, можно было приятно побеседовать обо всем и ни о чем.

Наконец, почти через неделю с момента прихода Гарри в сознание, Люциус во время завтрака сказал:

- Кажется, сегодня ты выглядишь достаточно здоровым, чтобы посетить зал для отработки заклинаний. Я хотел бы реально оценить твои силы, а не ориентироваться на комментарии Северуса...

- Если я достаточно выздоровел для занятий, значит, я достаточно здоров и для возвращения в Нору, - тут же резюмировал Гарри, прекратив есть.

Эта надежда заставила его поднять голову и встретиться взглядом с Люциусом, впервые стого дня, когда он пришел в сознание.

- Возможно, - медленно отозвался Люциус, не отводя глаз. - Что же ты предложишь взамен?

«Что? О чем он говорит?» - задумался сбитый с толку Гарри.

- Разве ты не понимаешь, что я не позволю тебе уйти отсюда просто так, без компенсации? - продолжал настаивать Люциус.

Драко, Северус и Ремус задержали дыхание, понимая, что сейчас наступил один из ключевых моментов во взаимоотношениях Люциуса и Гарри. Сейчас Гарри мог жестоко ранить вейлу и даже отвергнуть раз и навсегда. Но, кроме того, они знали: что бы парень сейчас ни сказал, Люциус покорится решению своего юного партнера.

Гарри почувствовал, как его сердце внезапно заколотилось. Что такого может потребовать Люциус? Миновавшая неделя почти заставила его изменить свои убеждения. И пусть одно только упоминание того, что, возможно, он и Люциус смогут когда-либо завести отношения, отличные от платонических, вызывало мало удовольствия, но намерения окончательно отвергнуть его не появлялось тоже, ведь это повлекло бы за собой смерть вейлы, чего парню не хотелось...

- Какой компенсации? - переспросил Гарри.

Его глаза расширились, выдавая испытываемое парнем беспокойство, и у Люциуса сжалось сердце от того, что его юный партнер так явно боялся его. Но он не позволил своим чувствам отразиться на лице, произнеся ровным тоном:

- Я хочу, чтобы ты каждый день возвращался сюда тренироваться, по меньшей мере на три часа в день. Так же хотелось бы, чтобы ты решил, поедешь или нет первого сентября в Хогвартс.

- При чем тут Хогвартс? - тут же недоверчиво поинтересовался Гарри.

- Потому что если ты отправишься в Хогвартс, мы тоже будем там, - сказал Люциус, указывая на себя и на Северуса, - если же нет, то нас там так же не окажется.

- И как же вы намерены попасть в Хогвартс прямо под носом у МакГонагалл? - с насмешкой спросил Гарри.

- Она уже нас наняла.

Предположение, что Гарри удивился, было слишком слабым, чтобы передать его чувства. Он немедленно повернулся к Ремусу, желая получить подтверждение, вот только когда оборотень кивнул ему, он огорченно выдохнул:

- Но как же такое возможно?

- Мы - те самые люди, с которыми ты оставил Рона и Гермиону перед своим исчезновением из «Флориш и Блоттс» в день твоего набега на Гринготтс. Это достаточно простой древний гламур, Гарри, позволяющий нам изображать те личности, о которых ты мог читать в газетах...

- И защита Хогвартса его не обнаружила?

- Нет, этот гламур слишком древен и мало опасен, ведь новый облик исчезает, если кто-то встретившийся с замаскированным знает, кто это такой на самом деле, - терпеливо объяснил Люциус.

- Но мне казалось, что ты собирался преподавать Защиту, - сказал Гарри, повернувшись к Ремусу.

- Так и есть, - подтвердил тот, - Люциус и Северус займут посты преподавателей Трансфигурации и Дуэлинга.

- Дуэлинга? Нового предмета, упомянутого МакГонагалл в письме?

- Да, - подтвердил Ремус. - Министерство пытается создать впечатление, что делает что-то для повышения безопасности магического мира! Как будто бы тот факт, что они решили обучить одиннадцатилетних сорванцов искусству дуэли, поможет бороться с Волдемортом. По-моему эти занятия следовало бы навязать именно взрослым!

Люциус дал Гарри несколько секунд на переваривание полученной информации, а затем снова спокойно заговорил:

- Кроме того, ты нужен нам, Гарри, еще кое для чего.

И он протянул ему запечатанный флакон, где кружила длинная серебристая нить, в которой Гарри узнал чье-то воспоминание.

- У меня в комнате есть думосбор, там ты сможешь просмотреть это.

Когда Гарри заметил, что Драко нахмурился, у него возникло недоброе предчувствие.

- Да, это воспоминание Драко, - продолжил Люциус, от которого не ускользнуло поведение юных волшебников. - Точнее, это воспоминание о моменте, когда Волдеморт поставил ему метку. Прежде чем ты начнешь возмущаться, дай мне закончить. Нам всем нужно, чтобы именно ты просмотрел это воспоминание, потому как именно оно одно наиболее отчетливо показывает ту часть ритуала, где Волдеморт вплетает в метку свою магию. Он вообще-то ставит ее в два этапа: сначала клеймит раскаленным железом, затем применяет заклинание.

«Мерлин, - подумал Гарри. - Клеймо раскаленным железом? Такого размера? Но ведь боль...»

- Как ты понимаешь, боль от раскаленного железа такова, что ни я, ни Северус не смогли точно запомнить мгновения, последовавшие за экзекуцией. Драко удалось подобное, поскольку его природа позволила обезболить руку в необходимый момент. Так что его воспоминание о заклинании очень четкое.

- Тогда зачем вам понадобился я? - выдохнул Гарри.

- Потому что заклинание произнесено на парселтанге...

Гарри на миг застыл, осознавая сказанное, не отрывая взгляда от серебристой нити, лениво кружившейся во флаконе.