Гиперанатоксин - Юрий Манаков

Тем временем Некрисса сделал отмашку и Солимпаса оповестил всех о начале состязаний. Жрец двинулся с шапкой по кругу и в этот момент почему-то напомнил мне нищего на паперти - подайте Христа ради… Впрочем, продолжалось сие недолго. Уже второй по счету вождь вытянул свой черный шар. Я чуть повернулся налево и слегка приподнял бровь. Карайя все поняла без слов и, стараясь не раскрывать рта, прошептала, - Гордый Лев, Алиман, боевой вождь племени Нижнего Подгорного союза.

В группе воинов возникла суета и через минуту от нее отъехал всадник в стандартном вооружении. За поводья он вел отличного вороного жеребца, которого и привязал к коновязи, не слезая с седла.

Я потянулся взглядом к жеребцу и сразу же понял - никаких проблем он не создаст, отлично обученный, боевой конь. Эхо от удара по бронзовому диску еще гуляло по стадиону, а я уже направился к коновязи.

Отвязав жеребца, вскочил в седло и по заведенной традиции, не стал использовать поводья. Конь и без моих мысленных указаний мог управляться с помощью ног, но трибуны, как всегда, отреагировали радостным ревом. Я направил коня к центру ристалища.

Алиман без всякого воодушевления бросил своего коня в атаку, прикрываясь круглым шитом. Я затрусил ему навстречу. Мы встретились недалеко от центра и я легко, сблокировав сабельный удар, вмазал одетым в железную перчатку кулаком по щиту воина. При этом целил в точку на щите - между выпуклым металлическим умбоном и окованным бронзой краем, туда, где за щитом пряталась рука всадника. Обитое толстой кожей дерево щита я пробил ударом насквозь и, как и рассчитывал, сломал этим приемом руку воину. Затем, используя дырку, захватил левой рукой щит и сдернул Алимана с лошади, которая пронеслась мимо, но уже без всадника. Аут… Дешево и сердито. Трибуны взревели и, не обращая внимание на это искреннее одобрение своих действий, пришпорил коня и направил его шагом к трону.

Соскочив на землю, бросил поводья Гроссу и разместился в кресле. С интересом понаблюдал, как лежащий без сознания на поле воин очнулся, помогая себе одной рукой, встал сначала на карачки, а затем и на ноги. После этого, прихрамывая, заковылял к своим на трибуну, а на поле выбежал шустрый паренек, который заарканил его лошадь.

Оставалась еще женская часть программы, но это были уже формальности. Наконец, последствия первого тайма на поле были устранены и на черную кобылу вскочила очередная амазонка. Гордо продефилировала, сделав круг по периметру, показывая себя во всей красе, и соскочила напротив трона. Я оглядел с ног до головы свое новое приобретение - ничего особенного. Щуплая, дикая, немытая, степная женщина. Правда не могу сказать, что она страдала от своего не цивилизованного вида. Для нее это естественное состояние. Я кивнул Карайе, та сделала отмашку и звук бронзового диска оповестил всех - жертва принята! Тинта подхватила девицу за локоток и уволокла в шатер для женских трофеев. Рабочий день закончен.

Немного поскучал в ожидании обеда, обучая Ляпу различным собачьим штучкам типа - лежать, стоять, фас… Затем, без всякого вдохновения и интереса, наелся, истребив массу всяческих калорийных вкусностей и гастрономических приятностей. Тяжело вывалился из-за стола и направился отдохнуть. Как это говорится, - работаю холодно, ем потею…

У себя в шатре перед тем, как провалиться в сон, подумал, что 'еще один такой день и рутина Праздника будет действовать на нервы…'

Ближе к вечеру проснулся от взволнованных голосов за стенкой - это вернулся Денрик и Блепо с деньгами. Отлично. Я крикнул заходить, Блепо остался снаружи, а жрецы проникли в помещение. Правую руку Денрика оттягивал мешок. Я мотнул головой, указывая куда его нужно бросить, и, призвав адептов слушать меня внимательно, сказал.

– Завтра нужно расплатиться с Нижним Подгорным союзом. Деньги возьмете сами. Оставшиеся шесть схваток, - и я показал это число, растопырив пальцы на правой руке и один палец на левой, - очень однообразное зрелище. Я подозреваю, что желающих участвовать в соревнованиях по стрельбе и скачкам будет много. Поэтому предлагаю, начиная с после завтрашнего дня, приступить к отборочным турнирам. Через пять дней должно остаться только две ладони участников, но это должны быть самые лучшие. Отбор для стрельбы из лука будет выполняться по деревянным мишеням, - и я показал размеры, - на которых нарисованы два вот таких черных круга. - Взял из костра уголек и нарисовал на шкуре. Посмотрел на адептов - все ли понятно. В ответ все трое закивали и я продолжил. - Отбор на скачки должен проводиться по лучшим результатам на стандартной дистанции. Предлагаю делать пять кругов по маршруту - вдоль лощины по ристалищу, затем вокруг левого холма. Начало и конец дистанции будет рядом с троном. Вопросы есть? - за всех ответил Некрисса.

– Нет, Старший Брат.

– Ну и ладненько, действуйте.

Жрецы покинули шатер и я, свиснув Ляпе, решил прогуляться перед сном вместе с киской. С запада тянул легкий ветерок и он доносил дым от множества костров степного народа. Чувствовалось, - по сравнению со вчерашней ночью, когда над степью витала тень мрачного демона в моем лице, а основное и очень громкое веселье состоялось у меня в шатре, сегодняшний день заметно улучшил настроение электората. С нескольких направлений даже доносились песни и смех.

Я уселся на землю, обнял одной рукой Ляпу, прижался щекой к мягкому меху и заглянул в ее сознание. Киска была довольна, причем довольна всем - тем, что ее хорошо покормили, что я рядом с ней и что не нужно никого бояться. Я вздохнул, - как мало нужно зверю, - поднялся и отправился спать.

Утром проснулся бодрым и готовым к любым подвигам. Резко вскочил и приступил к утренней зарядке. Основное время уделил медитации и не стал особо активно размахивать руками и ногами.

Затем оделся и в строгом соответствии с регламентом занял место на троне. После этого оглядел стадион. Градус почтения к моей особе заметно подрос. Еще чуть-чуть и я без всяких изъятий стану аватарой Богов Света и Тьмы.

А тем временем, процесс пошел… Некрисса махнул рукой, Солимпаса ударил по блюду и жрец двинулся с шапкой по кругу. Третий по счету вождь вытянул черный камень. Я шевельнул мизинцем на подлокотнике и Карайя пояснила, - Бурый Медведь, Барах, боевой вождь племени Белых Стрел.

От группы воинов отъехал всадник. Он в гордом одиночестве привязал моего вороного к коновязи и двинулся к своему месту на ристалище. Я дождался рокота бронзового диска и направился к коновязи. Отвязав жеребца, вскочил в седло и направил коня к центру поля.

Барах прикрылся щитом и без всякого вдохновения затрусил мне навстречу. Мы встретились недалеко от центра и я не стал бить кулаком по щиту, как в прошлый раз. Вместо этого вмазал кулаком по черепу его лошади, чем ввел ее в полный ступор. Затем навалился на щит одной рукой, открывая узкую щель в обороне, и с левой руки, свингом, врезал воину в ухо. После этого удара Барах вылетел из седла и планировал до столкновения с землей метров десять, теряя по дороге, как сгорающий в плотных слоях атмосферы американский шатл, отдельные элементы своего вооружения. После чего, с железным дребезгом врезался в землю, несколько раз перевернулся и остался лежать без сознания. Иппон!