Скиннер - Нил Эшер

— ПР-11, — вызвал Блюститель, — Получи несущий сигнал. Отследить и подключиться.

Одиннадцатый, все еще находившийся в плотных слоях атмосферы, расправил крылья и выдвинул приборные модули и антенны. У него совсем не было вооружения, к сфере его деятельности относилась только связь и информация.

— Отслеживаю подпространственный сигнал. Подключился, декодирую. Создаю канал туннелирования. Канал создан, — доложил Одиннадцатый.

— Полная готовность, — объявил Блюститель, сконцентрировав четверть мощности процессора только на несущем сигнале. Сигнал практически мгновенно был разделен на две цепочки: передачи и возврата.

— Одиннадцатый, принимай программу декодера. — Блюстителю потребовалась целая секунда, чтобы передать программу. — Я хочу, чтобы ты усилил обратный сигнал на сто процентов. Если тебе покажется, что он затухает, вплоть до отключения, увеличь его мощность и поддерживай на заданном уровне.

— Инициирую программу, — сообщил ПР-11.

Эбулан отлетел к стене своих апартаментов, потом неправильно скорректировал регулировки антигравитационного двигателя и завис под потолком. Прадор послал код отключения, обратный сигнал стал затухать, но неожиданно его мощность восстановилась. Теперь же он поступал непрерывно и был слишком мощным. Эбулан никогда не испытывал подобной боли, попытка сорвать модули управления с панциря оказалась неудачной. В панике он послал сигнал вызова десяти оставшихся с ним «болванам» — следует немедленно избавиться от модулей управления!

«Болваны» вошли в апартаменты, двигаясь рывками из-за беспорядочно отдаваемых Эбуланом команд. По его приказу два из них вышли вперед, держа в руках ножницы для вскрытия панциря. Одному из них он приказал заняться модулем управления, связанным с оставленным на берегу «болваном» — тот постоянно предпринимал тщетные попытки подняться на ноги. Ножницы вонзились слишком далеко, Эбулан дернулся вперед, прижал «болвана» к стене и разрезал его пополам ребристой кромкой панциря.

Боли не было. Обратный сигнал, поступавший от разрезанного пополам «болвана», мгновенно отключился. Эбулан отскочил от двух бившихся в конвульсиях половин существа, которое несколько веков назад было человеком. Значит, модули управления были ни при чем, обратный сигнал подвергался внешнему воздействию… Нет, не может быть, коды нельзя было раскрыть! Прадор выбросил из головы эту нелепую мысль и сконцентрировал внимание на управлении вторым «болваном». Ему удалось сделать так, что «болван» аккуратно вставил ножницы между модулем управления и панцирем и перерезал тончайшие волокна, соединяющие модуль с нервной системой прадора. Когда ножницы проникли слишком глубоко, он спокойно вынес боль и начал, как ему показалось, мыслить более ясно.

Эбулан остановил «болвана», когда тот приблизился к пятому модулю управления, и заскрипел челюстями, так как именно этот модуль являлся источником нестерпимой боли. Он сконцентрировал все свое внимание: обожженная кожа в соленой воде… постоянно ощущение надвигающейся смерти от утопления, пока заполненное вирусными волокнами тело приспосабливалось к извлечению кислорода из воды… укусы пиявок, набрасывающихся через пробоины в корпусе и люки… Прадору удалось добиться движения от спикера, заставив ее открыть оставшийся глаз. Слишком темно. Он заставил ее развернуться в затопленном трюме и плыть, гребя одной рукой. Кошмарно много времени прошло, прежде чем на экране появились индикаторы двигателя. Он заставил спикера подплыть к двигателю, прижаться спиной к борту и сорвать кожух, чтобы стал виден мигающий детонатор. Эбулан ввел инструкции с задержкой исполнения в модуль раба спикера, потом отключил этот канал и заставил стоявшего с ножницами в руках «болвана» отрезать последний модуль управления.

Предатели! На борту космического корабля были предатели — разумеется, не «болваны». Повернувшись к девяти оставшимся «болванам», он приказал им вернуться к выполнению обычных обязанностей. Они по очереди покинули апартаменты, и прадор видел — их глазами, — что на корабле не происходило ничего необычного.

Эбулан сердито зашипел. В любой другой ситуации главным подозреваемым, несомненно, был бы Врелл. Но его не было на корабле, кроме того, подросток был не настолько глуп, чтобы спровоцировать нападение, результатами которого не мог воспользоваться. Между прочим, несмотря на неминуемый переход Врелла во взрослые, Эбулан совсем недавно раздумал убивать подростка, который постоянно доказывал своими поступками преданность и умелость. Впрочем, нападение могло быть спланировано Вреллом и преждевременно осуществлено его молодыми сообщниками.

— Вторые дети, ко мне! — громко позвал Эбулан. Индикаторы замигали на стене, сообщая о том, что его вызов подтвержден. Увидев это, он переместился к одной из стен апартаментов и стал рассматривать группу шестигранных экранов и не увидел ничего, кроме белой дымки. Он отключил один из модулей управления, чтобы обеспечить сквозное подключение. Два экрана мгновенно ожили, на одном появились атоллы, на другом — открытое море.

— Боевые зонды, — приказал Эбулан, — направляйтесь к острову. Атакуйте моих врагов. Не останавливайтесь, пока не уничтожите всех до единого.

Стало поступать ответное сообщение, но прадор уже прервал связь, тем не менее продолжая смотреть на побелевшие экраны, пока не услышал шипение открывающейся двери и стук множества ног по плитам пола.

— Вторые дети, — поприветствовал он четверых подростков, построившихся у противоположной стены комнаты, потом повернулся и посмотрел на дверь. С двумя громкими щелчками сработала система запирания.

— Отец, что вы от нас хотите? — спросил один из подростков, который был несколько крупнее остальных.

Зажужжал антигравитационный двигатель, и Эбулан быстро подлетел к строю детей. Дети попытались разбежаться, но он успел прижать двоих к стене. Оба жалобно взвыли, когда он ударил их своим огромным панцирем. Их панцири лопнули с глухим треском, вой перешел в хриплое шипение. Эбулан выровнялся и отлетел от стены, с зазубренной кромки свисали осколки панцирей и внутренности детей. Он медленно повернулся к двум оставшимся детям, которые отчаянно скреблись в дверь.

— Предателям от меня не уйти!

— Мы ничего не сделали! Это — не мы! — жалобно вопили дети.

Эбулан подлетел к ним и схватил одного клешнями — как замечательна на вкус юношеская плоть!

«Болван» с лишенными плоти ногами попытался встать и снова упал. Над ним скользнула какая-то тень, но он не обратил на нее внимания и спустя мгновение был оторван от земли.