Дрожь в основании ада - Дэвид Вебер

семафорные башни, и люди Аллейна не могут патрулировать в середине зимы. Если уж на то пошло, половину времени они даже не могут посылать курьеров.

— Ну, еретики, похоже, передвигаются, как блохи на сковородке, снег или нет, — отметил Клинтан.

— Потому что они лучше обучены и — очевидно — гораздо лучше оснащены для этого, чем наши люди, — сказал Мейгвейр. — Сомневаюсь, что мы в любом случае обучили бы наши войска в такой же степени, но тот факт, что нам пришлось начать вторжение до того, как у нас было время полностью оснастить наши полки, не помог. — Его глаза горячо встретились с глазами Клинтана. — Винтовки были не единственной вещью, на изготовление которой у нас не хватило времени. Такие вещи, как зимняя форма, лыжи, снегоступы, перчатки и теплые ботинки, тоже было бы неплохо иметь.

— Даже при условии, что все это правда, — вмешался Замсин Тринейр, когда челюстные мышцы Клинтана напряглись, — вопрос не в том, как мы попали в эту ситуацию. Он пытается выяснить, что у еретиков на уме теперь, когда мы в это попали.

Канцлер церкви оказался в неудобном положении, находясь вне растущего союза между Дючейрном и Мейгвейром и боясь слишком открыто противостоять Клинтану. Тем не менее, по той же причине он иногда мог выступать в качестве буфера между остальными, и в данный момент Дючейрн был благодарен ему за это. Последнее, что им было нужно, — это чтобы разговор снова перешел к другому разговору о «спонтанности» «Меча Шулера».

— Это правда, — казначей решительно вскочил на ноги. — И проблема, Жаспар, в том, что мы не знаем и, вероятно, не узнаем, по крайней мере, некоторое время. И прежде чем ты скажешь что-нибудь еще по этому поводу, уверяю тебя, что я ничуть не счастливее от нашего невежества, чем ты. Если уж на то пошло, полагаю, что Аллейн еще несчастнее, чем любой из нас!

— Конечно, же. — Мейгвейр покачал головой. — Они уже продемонстрировали, насколько опасно терять след их формирований. По общему признанию, сомневаюсь, что кто-либо из наших оставшихся полевых командиров мог бы сравниться с возвышающейся вершиной некомпетентности, которую герцог Харлесс сумел достичь с армией Шайло. — Ноздри Клинтана снова раздулись, совсем чуть-чуть. Он ожидал от имперской деснаирской армии гораздо большего результата, чем его скептически предупреждали Мейгвейр и Дючейрн. — Но даже компетентный генерал, возможно, был бы удивлен фланговой атакой еретиков через южный Клифф-Пик. И это то, что меня сейчас беспокоит. Куда еще направляются эти ублюдки?

Дючейрн рассматривал замысловато подробную карту на стене зала совета. Она датировалась первоначальным строительством Храма, поэтому многие из этих деталей уже не были точными, но метки, указывающие позиции их собственных сил и сил еретиков, были размещены с такой точностью, какой могли достичь простые смертные.

— Каково твое лучшее предположение, Аллейн? — тихо спросил он.

— Ну, два места, в которых я почти уверен, что Истшер не направляется туда, — это Долар или Силкия, — ответил капитан-генерал. — Если бы он направлялся в Долар, армия Серидан уже была бы разбита. И…

— Почему ты так говоришь? — потребовал Клинтан.

Судя по его тону, он был эмоционально подавлен. Клинтан всегда относился к Долару с подозрением, учитывая желание короля Ранилда до джихада подражать богатству и торговому флоту чарисийцев. В глубине души он продолжал глубоко сомневаться в приверженности Долара джихаду, но в то же время королевство было, почти по любым меркам, самым эффективным светским союзником Матери-Церкви.

— Потому что у него всего около сорока пяти тысяч человек, даже со всеми подкреплениями, которые герцог Салтар смог наскрести. У него, может быть, восемь или девять тысяч новых винтовок — оригинальной конструкции Долара, а не той, что от Сент-Килмана, — и в общей сложности одиннадцать новых нарезных артиллерийских орудий. По нашим самым скромным подсчетам, у Истшера было, должно быть, сто тысяч человек, вся его пехота вооружена винтовками с казнозарядом и сотнями полевых орудий, не говоря уже об их проклятых переносных угловых пушках. — Мейгвейр поднял обе руки перед собой. — Как ты думаешь, что случилось бы с Рихтиром, если бы Истшер привел все это с собой, чтобы усилить Хэнта, Жаспар?

Клинтан посмотрел на него еще мгновение, затем раздраженно хмыкнул, соглашаясь, и Мейгвейр пожал плечами.

— Итак, как я уже сказал, он направляется не в Долар. И если бы он направлялся в Силкию, он бы уже был там, особенно с учетом блокады, которую флот еретиков установил в заливе Матиас и заливе Джарас. Они могли бы легко снабжать его по воде, и, если уж на то пошло, они могли бы посадить его войска на корабли и высадить их где угодно вдоль побережья великого герцогства, если бы это было то, что они имели в виду. Имей в виду, я полагаю, что они все равно собираются это сделать, как только у них до этого дойдут руки. Я только говорю, как мне ясно, что все остальное, задуманное ими на ближайшее будущее, важнее великого герцогства.

И это, по мнению Дючейрна, вызывало тревогу. Завоевание Силкии лишило бы Церковь винтовок, производимых в великом герцогстве, что стало бы болезненной потерей. Однако потеря Салтарского канала была бы не просто болезненной. Имперский чарисийский флот уже закрыл его восточный терминал, переместив свои бронированные бомбардировочные корабли в бухту Силкия и уничтожив обороняющиеся батареи. Они оставили блокирующую эскадру, чтобы убедиться, что ничто не движется из Салтара в залив, а захват города Сомир еретиком Хэнтом также закрыл северную конечную точку канала Силк-Таун — Тесмар. Однако существовала разница между потерей использования этих транспортных путей для собственных нужд Матери-Церкви и потерей их для использования еретиками.

Им пришлось бы захватить все великое герцогство, чтобы по-настоящему контролировать Салтар, — напомнил он себе. — И даже если бы они это сделали, доларский флот прочно контролировал залив Салтар на его западной оконечности.