Глаз бури - Питер Рэтклифф

остальными военнослужащими патруля «Альфа Один Ноль» в 18:00 тем же вечером. Как правило, во время переговоров по радио использовать нецензурные выражения запрещено, но если бы у меня была такая возможность, я бы, конечно, в тот момент выругался. Вместо этого мне пришлось довольствоваться тем, что я через Аль-Джуф послал ему ответное сообщение, в котором в качестве моего прямого приказа говорилось, что он должен встретиться со мной в 18:00 в другом месте, координаты которого были указаны на карте. И так будет до тех пор, пока он ко мне не явится.

С места своей днёвки мы обнаружили противника на вершине холма, находившегося в трех или четырех километрах на нашем правом фланге. Поскольку его мы могли видеть, я был уверен, что он тоже мог заметить нас, но его солдаты не создавали нам никаких проблем. Поскольку при наличии только шести человек и двух «Ленд Роверов» я был не в состоянии в тот момент что-либо предпринять против них, то проинструктировав Деса и его группу следить за врагом на протяжении дня, я постарался выбросить это из головы. Тем не менее, перед отъездом в 17:30 тем же вечером я отправил короткое сообщение в Аль-Джуф, сообщив им координаты иракской позиции. Если вражеские войска после нашего ухода останутся там на какой-то более-менее продолжительный период, то на ужин у них будет очень неприятное дополнительное блюдо в виде нескольких ракет класса «воздух-земля».

Выбранное мной место встречи находилось всего в тридцати минутах езды, и мы прибыли туда почти одновременно с остальными бойцами нашего подразделения. Как только все машины остановились, я подошел к Пэту и сказал, чтобы он следовал со мной. Несмотря на то, что я все еще кипел, мне удалось сдержаться и не произнести ни слова, пока мы не отошли примерно на сто метров от людей и не оказались вне пределов их слышимости. И вот тогда я вздрючил его — это был один из самых суровых разносов, которые я когда-либо устраивал.

— Какого хрена? Ты что думаешь, это игры? — Начал я. — Я ведь сказал тебе, где ты должен нас ждать, но как только я отправился, ты сообщил Десу, что меняешь место встречи! Ты намеренно отменил мой приказ, хотя у тебя не было на это никаких полномочий, и, кроме того, ты поставил под угрозу жизнь людей в моей машине. Если бы случился бой и нам пришлось бы разделиться, мы бы поехали в совершенно другое место, чем все остальные!

Пэт ничего не сказал.

— С меня довольно и тебя, и твоего негативного отношения, — продолжил я. — Сегодня вечером ты отправишься обратно на вертолете снабжения.

Он был потрясен, настолько потрясен, что не мог произнести ни слова. Однако он понимал всю степень своей неправоты. Не говоря ни слова, он просто отвернулся и медленно пошел к своей машине, опустив голову. Выглядел он совершенно подавленным, но я не чувствовал к нему ни малейшей жалости, поскольку все еще был в ярости. И не только потому, что он проигнорировал мой приказ, и даже не потому, что он подверг риску мою жизнь, а потому, что он рисковал жизнями Маггера и Гарри.

Разобравшись с Пэтом, я вернулся, нашел Деса и взял его под руку.

— Теперь так, — потребовал я, — я хочу знать, почему ты не сообщил мне, что Пэт изменил место встречи.

— Извини, это была моя вина, — ответил он. — Но я находился между молотом и наковальней. Пэт для меня старший, это же так просто.

Ну конечно, вот эта проклятая система старшинства. Дело в том, что у нас в Полку существует определенный порядок старшинства среди людей одного звания, основанный на дате, когда человека повысили по службе. Каждый военнослужащий знает, где в этой вертикали он находится, — подобно игрокам в команде по крикету. У вас может быть шесть человек, и все будут штаб-сержантами, но каждый из них будет точно знать, кто для него старше, а кто младше. Не нужно быть гением, чтобы понять, что кого-то повысили до вас. Все знают, что так все устроено, и все с этим мирятся. Полк по численности очень маленький, и так было всегда.

Дес наивно полагал, что изменения, сделанные Пэтом, принципиально ничего не изменят. И если бы я не спросил широту и долготу, или если бы мы прибыли на место, а Пэт был там, то я бы никогда не узнал о подмене, поскольку в таком случае просто не проверил бы координаты.

Пытать дальше Деса не было смысла, поэтому я просто сказал ему:

— Если в будущем кто-нибудь отменит мой приказ, я хочу, чтобы ты сообщил мне об этом сразу же, как только это произойдет. И неважно, кто это будет и насколько он будет выше по старшинству. В этот раз нам повезло, и никто не пострадал, но я не хочу, чтобы подобное случилось в следующий раз.

Вернувшись к колонне, я сказал людям, чтобы они садились в свои машины. Затем подошел к «Ленд Роверу» Пэта.

— Ладно, — сказал я ему. — Надеюсь, прошлой ночью ты выбрал приличное место для посадки вертолета. У нас достаточно времени, чтобы добраться туда до полуночи, но тем не менее, давайте двигать.

Какими бы недостатками он не обладал, Пэт все равно был лучшим нашим ориентировщиком. Ему просто не хватало тех качеств, в которых я нуждался. Было очевидно, что ему не нравился ни я лично, ни мой способ управления. Позже мне сказали, что он считал меня слишком расслабленным, чтобы командовать патрулем в тылу врага и благополучно вернуть его домой.

Признаюсь, мне нравится производить именно такое впечатление. Такова моя натура и именно так я действую. Столкнувшись с необходимостью делать выбор, я всегда выберу позитивные действия, но никогда не стану рисковать жизнями людей без необходимости. Тем не менее, САС — это полк, девиз которого «Побеждает отважный», и именно в этом заключается наша работа — идти вперед и по-настоящему пытаться выполнить задачу или достичь цели. Пэт, похоже, считал меня слишком беззаботным, даже беспечным; мне показалось, что ему не хватало того, что я искал в своем заместителе, чтобы побудить патруль к выполнению поставленных задач.

Расстояние до посадочной площадки составляло всего тридцать километров, и мы должны были оказаться там задолго до полуночи, что давало нам несколько часов на то, чтобы обеспечить охранение этого места до прилета вертолета, — конечно, если бы Йорки не съехал на «Ленд Ровере» Пэта через край отвесной скалы в овраг, что в таких условиях может случиться с каждым. Одному