Рыцарь из Дома Драконов - Анатолий Бочаров

   - Чушь собачья. Ну да, красная кровь. И что с того? У меня она того же самого цвета, что и у тебя, хотя моему дому тысяча лет и я происхожу от фэйри. Но все равно хожу с красной кровью. К чему все эти твои фокусы?

   - А к тому, что у меня есть враг, Артур. Этот враг убил моего отца, захватил мой дом... И еще этот враг утверждает, что мой дом - на самом деле его дом. Я хочу взглянуть на этого человека, на этого Гледерика Кардана... и понять наконец, кто же из нас прав.

   - Даже не думай, - сказал Айтверн. - И помыслить не смей о таком!

   - О чем?

   - О том, что ты задумал! Думаешь, я не понимаю? Ты хочешь отречься от престола... в пользу Кардана, да? Хочешь сдаться ему без борьбы! Признать, что он в своем праве, что он должен править страной! Ты этого хочешь, да? От всего отказаться... предать нас всех... так, я ничего не упустил?! Не смей, слышишь, ты!

   Гайвен Ретвальд задумчиво вертел в пальцах кинжал, иногда осторожно касаясь его острия подушечками пальцев. В огне горевшего камина старинная сталь отливала багровым.

   - Нет, Артур, - принц покачал головой, - предавать я вас не буду. И отрекаться не буду. Я любил отца... а его убили ради этого дурацкого серебряного кресла. Оно мне не нужно, совсем, пропади оно пропадом, но я не могу оставить отца неотомщенным. И потому я буду сражаться. Но прежде... прежде я должен понять. Хоть что-то. Я же не могу идти с закрытыми глазами.

   - Я тебя не понимаю, - сказал Айтверн. - Какие еще закрытые глаза? Ты что, хочешь убить Гледерика не просто так, а с глубоким осознанием своей правоты? Да брось, и так все ясно, чего с ним церемониться.

   Гайвен улыбнулся. Артур времени ненавидел эту его улыбку. Странную, не совсем человеческую и какую-то, что ли, всезнающую.

   - Это тебе все понятно, Артур. Потому что у тебя есть твоя верность и твоя семья, которой Кардан причинил зло. А что есть у меня? Тоже семья... но этого мало, когда на весы легло столько всего... Ты идешь за мной, а куда я тебя веду? Нет, мой добрый герцог... так нельзя. Все время, что мы здесь... я придумываю себе доводы, один за одним... даже сестру твою приплел... но этого мало. Я должен просто увидеться с Гледериком, и тогда все станет ясно.

   - Твоя голова тебя погубит, - бросил Артур и залпом выпил удачно подвернувшийся бокал вина. - В ней слишком много ума.

   Принц пожал плечами:

   - Там посмотрим. Ну что, ты возьмешь меня с собой?

   Айтверн задумался. По-хорошему, следовало хорошенько садануть Ретвальда по голове во-о-он тем медным кувшином и запереть в чулане. Пока придет в себя, Артур уже успеет уехать, и принцу будет поздно, да и не с руки догонять. Да, если поступать разумно, то Гайвена ни в коем случае не следовало выпускать из Стеренхорда. Одна лишь загвоздка... Тарвел, Брэдли и компания точно также не выпустили бы из замка самого Артура, будь у них на то воля, и сделали бы они это, тоже согласуясь с голосом рассудка.

   - Беру, - Айтверн махнул рукой. - Куда деваться? - Гайвен весь аж просиял. - Ты самый прилипчивый сюзерен из всех возможных... Собирай вещи, твое высочество, и не забудь про оружие - мало ли как обернется. Выходим завтра же утром, чего зря тянуть время. Я возьму с собой... думаю, эскорта в двадцать конных нам хватит за глаза. Большая свита только задержит, а так - в самый раз. Поедем налегке.

   - А Блейра ты тоже берешь с собой? - спросил Ретвальд. Он был в курсе непростых отношений, сложившихся между Айтверном и его оруженосцем.

   - Блейра... Нет. Пусть пока посидит в замке. Свежий воздух, конечно, ему бы не повредил, но на свежем воздухе в голову порой могут втемяшиться не самые свежие мысли.

   Гайвен вновь потрогал пальцем кинжал, а затем промолвил:

   - Знаешь, Артур... Это не может продолжаться вечно... Рано или поздно ему придется выбирать - ты или друзья графа Гальса.

   Артур поджал губы.

   - Да уж знаю, представь себе. Я постараюсь как можно дольше оттягивать этот момент... но ничего нельзя оттягивать вечно. Как представлю, что рано или поздно он встретится в бою с людьми Кардана... Сразу становится очень не по себе. Не знаю, что делать... Можно было бы, конечно, освободить Блейра от присяги и отпустить на все четыре стороны... да вот не могу. Он толковый парень, но круглый дурак. Совсем как я. Если его оставить одного, сразу пропадет.

   - Два круглых дурака, - задумчиво сказал Гайвен, глядя куда-то в потолок. - Отличная пара... Вас обвенчали на небесах.

   Несколько секунд Айтверн оторопело пялился на своего сюзерена, сидевшего напротив него с самым серьезным видом из возможных, а затем оглушительно расхохотался.

   - Адское пекло! Ну даешь, твое высочество! Наконец-то научился шутить! Ну-ка, рассказывай, кто твой наставник?

   - Вообще-то, - признался принц, - мой наставник сидит передо мной... От тебя и не такого нахватаешься.

   - Да уж, что правда, то правда... Я оказываю крайне тлетворное воздействие на неокрепшие умы, разлагаю их до крайности, обращая в собственные извращенные подобия. А поэтому я тебя оставлю. Пойду немного посплю, пока не грохнулся оземь. Да и тебе бы посоветовал отдохнуть, - Артур соскользнул со стола и двинулся к дверям, но на полпути остановился, ужаленный неожиданной мыслью. Немного помялся, раздумывая, не закинуть ли незваную мысль в тот самый чулан, откуда она выползла. В конце концов, больше всего ему сейчас хотелось спать, да и вряд ли Гайвен мог что-то знать об этом... Однако Айтверн все же обернулся к принцу, все так же сидевшему в своем кресле. - Послушай... А ты что-нибудь знаешь о магии?

   - О магии? - шевельнулся Гайвен. - Почему ты вдруг спросил?

   - Да так... Твой прапрадед, король Бердарет, был последним чародеем в мире... Может, остались какие-то записи, документы... Хоть что-нибудь про волшебство, что оно вообще из себя представляет. Ты что-нибудь про это читал?

   - Ничего существенного, - Ретвальд казался удивленным, и его можно было понять. - Я нашел однажды дневник моего деда, короля Торвальда... Он помнил Бердарета... Дед записал устный рассказ первого монарха нашей династии. Бердарет говорил, что прошел обучение в какой-то магической школе, за Великим Морем... Он же был родом из заморских земель. - Гайвен помолчал, припоминая. - Кажется, в тех краях искусство магии не до конца еще утрачено и забыто, тамошние мудрецы знают многие древние секреты... Так что последним чародеем на земле мой прапрадед не был точно. Жаль, что мы не имеем сообщения с западными странами и что уже пять веков оттуда не возвращался ни один корабль. Они закрылись от всего мира, не желая иметь с нами ничего общего, и кто знает, что происходит внутри их границ. Король Бердарет... неизвестно даже, какого он был рода и происхождения. - Гайвен с досадой закусил губу и опустил голову. Артур догадался, по какому руслу потекли мысли принца. Не самому приятному руслу, что и говорить. Сознавать, что один из твоих не столь уж далеких предков мог выйти из простолюдинов... - Мне кажется... он просто ошалел от свалившегося на него могущества. От того, что может делать невозможное для всех прочих людей. Решил подкрепить обретенную силу властью. А для этого направился в нашу часть света, где чародеев не было вовсе, и нашел подходящее королевство. Иберлен. То, как Бердарет получил престол... купцы назвали бы это честной сделкой... но ведь я не купец. Мой предок использовал свою Силу, чтобы добиться поставленной цели, а добившись ее, сделался правителем, а не волшебником. Мне кажется, под конец жизни он даже забыл, кем начинал, приказы и распоряжения сделались для Бердарета важней заклинаний. И с ним с нашего материка окончательно ушла магия... Своего сына он колдовству не учил. Правда, есть легенда, что способности к волшебству передаются по наследству. Всем потомкам того, кто умел творить чары, но лишь при условии, что они той же природы, что их предок. Я имею в виду... Ну, плотскую природу. Мужчины, чьим предком был чародей, и сами могут быть чародеями, женщины, чьими предками были ведьма, сами становятся ведьмами... Не спрашивай меня, откуда тогда взялись самые первые чародеи и ведьмы, не я же это сочинил. Но если легенда правдива, то и я мог бы стать чародеем, в моей крови должна быть Сила... Но я не знаю, как ее разбудить. Мэтр Райхерд пытался исследовать... теоретические основы волшебства, он использовал древнейшие хроники, составленные, когда в Иберлене еще встречались Одаренные, а старое искусство не до конца забыли... Мэтр считает, Силу может разбудить мощное напряжение воли... яростное, страстное желание... или смертельная необходимость, великая нужда. Но я никогда не пытался... да и не смог бы, наверно.