Величайший успех в мире - Мандино Ог

Постепенно их крики становились все громче и громче.

- Слава нашему благодетелю! Долгих лет тебе, наш благодетель!

- Закхей, ты слышишь?! - прокричал я на ухо хозяину. - Они пришли, чтобы ты снова дал им милостыню. Скажи, что тебе больше нечего им дать и отправь обратно.

- Я не могу поступить так, Иосиф! Все они мои братья и сестры. И, кстати, твои тоже.

- У меня нет ни братьев, ни сестер! - гневно прокричал я. - Прикажи им убраться обратно в свои лачуги, пока они не ворвались в наш дом и не отобрали то немногое, что еще осталось у нас. Они - настоящая армия, ведь их здесь не меньше десяти тысяч, а мы с тобой всего лишь два беспомощных старика.

Закхей, не обращая ни малейшего внимания на мои слова, простер к толпе руки. Неожиданно воцарилась тишина, и даже дети прервали свои игры.

- Что же вы ищите у меня?

Наша балюстрада на несколько метров возвышалась над двором, и нам хорошо было видно, как тысячи голов в смятении оглядываются по сторонам, но не было в толпе никого, кто бы набрался храбрости и ответил Закхею.

Он, терпеливо подождав несколько минут, повторил вопрос:

- Зачем вы сегодня здесь?

Но ответом ему снова был лишь шепот ветра. Казалось, людское молчание длилось целую вечность, но вот толпа расступилась, и мы увидели медленно приближающегося к нам старца с белыми волосами и такой же седой бородой. Он был одет в темно-синий плащ и опирался на тяжелый посох.

Закхей, сразу узнав старика, воскликнул:

- Это же Бен-Хадад!

Старый Бен-Хадад был любимым всеми патриархом нашего города.

Еще в те годы, когда мы только делали робкие попытки торговать, Бен-Хадада всегда можно было увидеть у входа на базар, в тени оливковых деревьев, где его сын торговал красочными дорогими тканями, известными как штофное полотно. С годами Бен-Хадад сделался такой же городской примечательностью, как и акведук, и городские ворота. Этот древний старик стал символом города - прикрыв глаза, он сидел на корточках на ковре и наблюдал за течением жизни и сменой времен года. Много раз в далеком прошлом его выбирали защищать интересы граждан перед римским легатом в Антиохии. Ему не раз приходилось возить жалобы на некоторых римских наместников, которые, злоупотребляя властью, обирали местных торговцев. Бен-Хадад всегда выигрывал подобные тяжбы.

Едва Бен-Хадад начал тяжело подниматься по мраморным ступеням лестницы, двое молодых людей бросились ему на помощь. Но Бен-Хадад что-то сказал, и мужчины исчезли в толпе. Старец продолжал медленно подниматься.

Удары его посоха эхом отзывались в повисшей тишине всякий раз, когда он ставил его на следующую ступеньку. Толпа замерла в ожидании, тысячи лиц с тревогой следили за нами.

Глава десятая

- Приветствую вас обоих! - торжественно произнес Бен-Хадад, приподнимая посох.

- Добро пожаловать в наш дом, господин! - ответил Закхей. - Давно я оставил всякую надежду на то, что ты, вняв моим бесчисленным просьбам, посетишь наш дом и отобедаешь с нами. И вот теперь, когда ты пришел, мой друг, у меня почти нечего тебе предложить, а твоих гостей, к сожалению больше, чем я мог бы принять.

Бен-Хадад понимающе улыбнулся и провел тонким старческим пальцем по вспотевшему лбу.

- Мы пришли не за едой, господин. По крайне мер, не за тем, что можно проглотить.

Я шепнул Закхею:

- Я же говорил тебе, им, наверняка, нужны деньги.

Толпы продвигалась все ближе к ступеням, напряженно прислу-шиваясь; люди стояли так тесно друг к другу, что не было видно ни единого камня на нашем дворе.

- Для меня огромное наслаждение и честь видеть тебя здесь, наконец, Бен-Хадад, какими бы причинами не был вызван твой приход.

Они обнялись. Бен-Хадад шагнул назад и неторопливо заговорил громким зычным голосом, чтобы все стоящие внизу могли услышать его:

- Закхей! Твое имя и твой успех известны по всей нашей земле, от моря до моря. Но мы, жители Иерихона, высоко ценим и уважаем тебя не за твою известность. Нам дорого то, что в трудные минуты ты всегда протягивал нам руку помощи, поддерживал нас многие годы. Истинная любовь и милосердие проявляются в делах и поступках. Целых полвека нас согревали лучи твоей любви.

Я придвинулся поближе к хозяину, чтобы подтолкнуть его локтем к выходу, но так и не набрался храбрости сделать это. Бен-Хадад продолжал:

- Когда твои богатства переходят к другим только после твоей смерти - это и есть суть эгоизма, свойственного тому, кто при жизни не дает никому ни гроша. Нам всем известны милосердные дела твои, Закхей. Мы знаем, как много ты жертвовал обездоленным и несчастным. Ты копил богатства не для себя. Ты всегда делился не только золотом и серебром из своей сокровищницы, но и самым ценным, чем делиться труднее всего - своей мудростью. Но просто подать милостыню еще ничего не значит, ибо написано: “Не будет благословен тот, кто накормит нищего, но будет благословен тот, кто отнесется с состраданием к бедности”. Лишь немного внимания и горсть доброты подчас ценятся гораздо дороже всякого золота.

Закхей опустил голову. Достигнув старости, он не растратил скромности. Похвалы всегда смущали его.

- Мы богаты только тем, что отдаем, и мы бедны тем, что храним, - пробормотал Закхей.

- Тогда ты, Закхей, поистине, самый богатый из людей.

- Вы излишне преувеличиваете мои скромные дела, - запротестовал Закхей. - Здесь сегодня находится много людей, чьи дары гораздо ценнее моих. Каждый добрый поступок и есть проявление милосердия. Но прошу вас, скажите, утолите мое любопытство, что привело вас к дверям моего дома?

Бен-Хадад поднял посох и указал им на обширные угодья, расстилающиеся вокруг.

- Закхей, было сказано, что, сажая цветы, ты растишь недолговечное, если же ты хочешь, чтобы посаженное тобой осталось на годы, ты сажаешь деревья. Но чтобы посаженное тобой осталось навсегда, нужно посеять идеи. Эти люди собрались здесь сегодня для того, чтобы просить тебя открыть им секреты успеха, рассказать о том, что дало тебе возможность подняться на самую вершину горы всего за одну жизнь, что немногим удается.

Старец немного помолчал, затем снова продолжил:

- Нам всем хорошо известна история твоего успеха. Мы знаем, что ты потерял отца и мать, остался сиротой. Когда твои сверстники еще учились, ты был занят изнурительным, не по возрасту, трудом на полях. Сегодня, укладывая детей спать, родители рассказывают им о тебе, о твоих делах. Они пытаются научить их упорству и трудолюбию, научить их преодолевать трудности и вселить в них надежду и стремление к лучшей жизни. Все понимают, что вопреки трудностям, несмотря на искалеченное тело, ты добился величайшего в мире успеха. Но никто не знает, как ты этого достиг.

Мы видим и знаем результат, но открой нам, что именно ты делал.

От волнения у меня перехватило дыхание. Я уверен, что и Закхей почувствовал то же самое.

Бен-Хадад ударил посохом по мраморному полу.

- Да, Закхей. Родители не могут научить своих детей стать такими же, как ты. Как получилось, что ты, сирота, никогда не учившийся, бедный, как никто другой, достиг такого положения. Прости меня, но с тех пор прошло уже много времени и теперь можно сказать, что многие смеялись над тобой. Многие говорили, что если когда-либо и рождался на свет человек, обреченный на нищету, страдания и вечное довольствование милостыней, так это ты. Как смог ты, Закхей, достичь в своей жизни таких неслыханных высот, тогда как другие, которым Богом дано было и здоровье, и знания, и мудрые советы старших, потерпели неудачу? Почему большинство тех, кто обладают гораздо большими возможностями для достижения успеха и богатства, чем ты, каждый день ломают головы, где завтра взять хоть крошку хлеба и чем накормить детей своих? Может быть, у тебя есть какие-то особые правила, которым ты следуешь и которые помогли тебе добиться успеха? Или это доступно лишь избранным? Может быть, ты знаешь тайные пути к безбедной жизни, которым и следуешь, тогда как остальные, находясь в неведении, каждый день ведут жестокую борьбу за выживание?!

- Такие правила есть, - произнес Закхей так тихо, что я едва разобрал его слова.

Бен-Хадад нетерпеливо потряс головой.

- Что ты сказал, господин?

- Такие правила есть, - повторил Закхей. - Правила, по которым следует строить свою жизнь.

Он запнулся, будто слова давались ему с огромным трудом.

- Я не понимаю тебя, - удивленно произнес Бен-Хадад.

- Когда-то давно я говорил Иосифу, что пришел к такому выводу - жизнь всего лишь игра, но, подобно всем остальным играм, она имеет определенные правила. Для того чтобы стать счастливым участником игры, необходимо придерживаться и строго соблюдать именно эти правила. Больше того, если мы будем следовать этим правилам постоянно, наши шансы победить возрастут в несколько раз. Однако, как это ни печально, большинство людей настолько заняты жестокой борьбой за выживание, что не имеют возможности изучить несколько простых правил, необходимых для достижения успеха - успеха, который, между прочим, имеет мало общего с богатством и славой.