Сюрприз для новобрачной - Вайолет Уинспир

– Мы совсем чужие, – услышала она наконец свой изменившийся голос. – А чужие люди не женятся.

Последовала продолжительная пауза, и Тина услышала, как тикают его часы.

– Некоторые люди, – еле слышно произнес он, – никогда не бывают чужими, потому что с первых слов становятся друзьями. Думаю, ты меня поймешь, ведь по интеллекту ты немного выше современной молодежи.

– Друзья тоже не женятся, – пробормотала она.

– Ты слишком молода, чтобы знать: есть сотни причин, по которым люди женятся. – Его голос стал тихим и неуверенным, как будто собеседница его разочаровала. – В конце концов, свадьба со мной куда лучше секретарской работы, ведь на чаши весов ложатся два преимущества – Санта-Моника и дом, в котором ты будешь хозяйкой.

– Не буду! – вырвалось у нее. – По-моему, вы добры, но, как все мужчины, полагаете, что благодаря моей застенчивости и неопытности можете со мной не церемониться. Вы не вели бы так себя с женщиной постарше, покрасивее и поэлегантнее.

– Если бы ты обладала этими тремя качествами, малышка, я бы не сделал тебе предложения. – Он притянул Тину к себе, коснувшись губами ее прохладной кожи. – Я становлюсь дикарем из-за одиночества, ты же понимаешь. Мне нужна жена.

То, как он произнес слово «одиночество», ослабило ее сопротивление, а его близость окончательно сломила волю к борьбе. Никогда, даже в самых радужных мечтах, она не представляла, что Джон Трекарел обнимет ее и заговорит о женитьбе. Тина почувствовала его руку на своих волосах... еще никто до этой минуты так не делал...

– Думаю, я тебе не противен, – подытожил Джон. – А ты нравишься мне, Тина. Разве этого не достаточно?

Это было невероятно, ведь совсем недавно Тина едва надеялась провести с Джоном хоть несколько дней. А теперь, если она даст согласие, то может жить с ним на его острове... и никогда больше не останется одна.

– Ты не заснула? – поинтересовался он. Тина оценила его шутку и тоже взяла другой тон.

– Ты не можешь быть серьезным, Джон, – фыркнула она. – Но увы – у меня нет ни красоты, ни образования, ни жизненного опыта, чтобы предложить все это такому мужчине, как ты.

– Зато у тебя есть мягкость в общении, живая восприимчивость и доброта, моя дорогая. – Кончики его пальцев пробежались по ее скулам, затем теплые, умные, опытные руки скользнули вниз и замерли на девичьих ключицах. Джон привлек Тину к себе, и ее губы, мягкие и нежные, раскрылись в ожидании.

Тина трепетала, она словно увидела вспышку света, почувствовав первый в своей жизни поцелуй. Она подалась вперед в ожидании, сияющий поток нес ее как перышко, и вдруг все в ней закричало, разгорелось, проснулось. Тина прильнула к единственному, что оставалось незыблемым в этой круговерти, – к его плечам. Все остальное поглотили ее ощущения. Она не понимала, что чувствует, так как тонула в своей внезапно пробудившейся женственности, но это было и смертью – смертью ее юности и ее детства.

Способность логически мыслить вмиг была утрачена. Магия поцелуя слишком заворожила девушку, чтобы она думала о будущем.

– Так ответ – «да»? – По голосу Джона Тина догадалась, что он улыбается. Их щеки соприкасались, и она не видела его глаз.

– Если ты хочешь этого, Джон, – прошептала Тина.

«Пожалуйста, пусть все будет хорошо, – молила она. – Будь всегда доволен, никогда не жалей о том, что сделал мне предложение и я согласилась».

Джон отстранил ее от себя.

– Мы поженимся на следующей неделе, – объявил он. – Я получу специальное разрешение.

– А как Лиз? Ты сделал это из-за нее? – осторожно спросила она.

– Не только. Но, надеюсь, она полюбит тебя. – Джон провел пальцами по ее пепельным волосам. – У невесты должно быть приданое, Тина, но с такими роскошными волосами ты можешь о нем не беспокоиться. Оставь их такими, какие они сейчас. Это часть твоего очарования, я сразу так подумал еще в нашу первую встречу на мысу. Локоны развевались по ветру и были свободны, в отличие от своей хозяйки. Бедная Тина, заблудившаяся маленькая девочка. Ты все еще блуждаешь впотьмах, да?

Джон поцеловал ее в лоб и отвернулся, чтобы завести двигатель. По пути в Лондон он рассказывал о «Доме у синей воды», который непременно понравится ей. Перед мысленным взором Тины предстали увитые ярким плющом стены. Клумбы, красующиеся на солнце как разрядившиеся модницы, пальмы с перистыми кронами на фоне лазурного неба, гигантские кусты ароматного гибискуса с ярко-красными язычками, выглядывающими из разноцветных колокольчиков. Она почти чувствовала их густой пряный запах.

Оказывается, «Дом у синей воды» построен еще в колониальные времена, когда на острове было много плантаций сахарного тростника, где трудились темнокожие рабы. Особняк получил такое название, потому что стоял на холме, с которого открывался вид на бескрайнее море.

– Не слишком переживай из-за статуса хозяйки дома, – бросил на нее быстрый взгляд Джон. – У меня полно слуг, которые ждут приказаний от новой «миссус». Вот увидишь, тебе будет приятно иметь с ними дело. Я чувствую, что им придется по душе идея мистера Джона привезти молодую симпатичную жену.

Тина не считала себя такой уж симпатичной, но слова Джона были ей очень приятны.

«Любить лучше, чем быть любимым». Так она прочла когда-то в книге, и теперь ей оставалось надеяться, что это правда. Я люблю его, думала она. Я собираюсь выйти за него замуж. Я собираюсь стать второй миссис Трекарел. Тина любовалась его профилем, и ей было одновременно и радостно, и больно от того, что он сказал: «Ты нравишься мне, Тина. Разве этого не достаточно?»

Машина остановилась у тротуара рядом с общежитием, и, сжав ее холодные пальцы теплой рукой, Джон потер их, чтобы согреть, и сообщил, что у него в Лондоне есть хорошая знакомая, миссис Гай Лэннинг, которая с радостью походит с Тиной по магазинам и поможет сделать покупки. А еще им предстоит выбрать обручальное кольцо.

Джон понимал Тинино состояние, но все же был озабочен ознобом, который сотрясал ее тело.

– Ты ведь не боишься меня, не правда ли? – усмехнулся он.

«Боюсь!» – хотелось ей воскликнуть. Джон обладал блестящим умом и казался сложным, замкнутым человеком. Тина никогда не знала, о чем он думает и что планирует. Она предполагала, что он обладает достаточно сильным характером, чтобы подчинить ее себе.

– Женитьба, Тина, это грандиозное сумасшествие и азартная игра – как для мужчины, так и для женщины, – выдал он. – Тебе не приходило в голову, что я сам нервничаю ничуть не меньше твоего?

– Нервничаешь? – недоверчиво переспросила она.

– Ты намного моложе меня, Тина. Но, черт возьми, человек устает от одиночества, а ты не болтушка и не зануда. – Джон крепко сжал ее руку. – Ты уверена, что хочешь выйти за меня замуж?