Мы - Таллинские - Иван Орленко

Командир полка поставил боевую задачу. Затем тщательно разобрали действия каждого экипажа: в полете, при подходе к цели, во время атаки и при выходе из нее.

Уточняя задание, полковник Суханов сказал:

- Обращаю ваше внимание на строгое выдерживание времени атаки. Этот элемент играет очень важную роль при тесном взаимодействии такой массы самолетов, какая выделена для участия в операции. Не забывайте о противозенитном маневре. Противовоздушная оборона в районе Котка очень сильная.

Суханов попросил летчиков поделиться своим мнением о предстоящей операции. Выступили все командиры экипажей. Разговор шел, главным образом, о том, откуда лучше заходить для атаки на крейсер. Пришли к выводу, что целесообразнее всего это сделать не со стороны залива, а через город, прижимаясь вплотную к крышам домов, и на максимальной скорости. Подсказал эту мысль командир дивизии.

Такие полезные советы старшего, опытного начальника воспринимались летным составом всегда с должным вниманием и уважением.

Дни и ночи командир дивизии полковник Александр Николаевич Суханов проводил в подчиненных ему частях, на аэродромах - там, где решались важнейшие боевые задачи.

Очень внимательный и заботливый к людям, Александр Николаевич в трудный момент находил теплые, ободряющие слова для каждого, начиная от командира части и кончая матросом. И когда А. Н. Суханов ушел от нас на другую работу мы часто вспоминали его добрым словом...

С командного пункта экипажи разошлись по самолетам, еще раз все уточнили, проверили, согласовали.

Перед вылетом мы с начальником штаба Ивановым подошли к машине Ильи Пономаренко. Стрелок-радист уже сидел на своем месте, а. командир и штурман Заварин о чем-то разговаривали.

- Волнуешься? - спросил я Илью.

- Волнуюсь, - признался тот.

- Его волнение не долгое, - усмехнулся Заварин. - Как возьмет в руки штурвал, сразу каменным станет...

Поднялись в воздух точно в назначенное время. Первым взлетел Пономаренко, за ним лейтенант Шилкин, потом капитан Тихомиров с ведомым лейтенантом Сачко.

Мы не ушли с аэродрома. Беседовали с экипажами оставшихся самолетов, но разговора настоящего не получилось. Мысленно каждый из нас был с теми, кто улетел на задание, вместе с ними переживал то, что могло случиться на маршруте и в период атаки.

- Летят! - крикнул кто-то.

Показался первый самолет, а следом летели еще два.

- Пономаренко, Тихомиров, Сачко, - безошибочно определил стоявший рядом техник. - Нет Шилкина.

Один за другим самолеты приземлились. Я молча смотрел на выходившего из самолета Пономаренко.

- Задание выполнено, - коротко сообщил Илья. - А вот Шилкина и его экипажа нет.

Больше ничего не сказал. Горько сморщился, махнул рукой и направился к зданию штаба. Потом, уже вечером, рассказал об операции:

- Маршрут прошли строго по расписанию. Вот и восточный рейд порта, где по сведениям разведки, должен был стоять "Ниобе". Здесь его и обнаружили. Крейсер находился на плаву, но с креном. Недалеко от него стояли крупный транспорт и более десятка мелких судов - шхуны, катера, мотоботы. По радио дал команду: "Выхожу на цель. Со мной Шилкин и Сачко. Тихомирову атаковать транспорт". Развиваю максимальную скорость. С земли, с кораблей навстречу хлынуло море зенитного огня. Резко маневрирую, бросаю самолет из стороны в сторону. Свои тысячекилограммовые бомбы сбросил с минимальной дистанции. Обе попали в центральную часть корабля.

Оглянувшись, увидел жуткую картину: из дымного облака в воду падали мелкие осколки самолета Шилкина. Его машина взорвалась от прямого попадания зенитного снаряда.

Словно мстя за гибель товарищей, удачно нанесли удары остальные экипажи. Маневрируя, Тихомиров вывел топмачтовик к цели и атаковал ее. От взрыва двух тысячекилограммовых бомб транспорт разломился пополам и сразу же затонул. Сачко атаковал крейсер. Одна фугаска попала кормовую часть корабля. Улетая, мы видели, как "Ниобе" медленно погружался в воду. Наши три бомбы сделали свое дело.

- Почему крейсер стоял с креном? - поинтересовался я.

- А это результат работы "петляковых" из 12-го полка. Постарался подполковник Раков и его летчики. Они первыми нанесли удар. Две фугасные бомбы попали в крейсер и повредили его.

Решающим стал удар топмачтовиков Пономаренко. В операции отлично взаимодействовали все виды нашей авиации. Хорошо, например, выполнили свою задачу истребители 21-го полка и 1-й авиадивизии. Фашисты подняли в, воздух много "мессершмиттов" и "фокке-вульфов", но прорваться к нашим ударным группам они не сумели. Именно хорошая организация взаимодействия помогла свести к минимуму эффективность вражеского зенитного огня. Мы потеряли один экипаж, пикировщики и штурмовики потерь не имели.

На следующий день Совинформбюро сообщило о большой победе летчиков КБФ. В сообщении, в частности, говорилось:

"Группа бомбардировщиков Краснознаменного Балтийского флота под командованием гвардии подполковника Ракова и подполковника Пономаренко атаковала суда противника в порту Котка. В результате прямых попаданий бомб потоплен немецкий крейсер ПВО "Ниобе". Самолет под командованием капитана Тихомирова потопил в порту Котка транспорт противника водоизмещением в 6000 тонн..."

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июля 1944 года подполковник Василий Иванович Раков был награжден орденом Ленина и второй медалью "Золотая Звезда". Нашим летчикам-топмачтовикам подполковнику Илье Ниофитовичу Пономаренко, капитану Ивану Васильевичу Тихомирову и старшему лейтенанту Иосифу Кузьмину Сачко Президиум Верховного Совета СССР присвоил высокое звание Героя Советского Союза. Других участников операции наградили орденами и медалями.

В полку состоялся митинг. Летчики и техники с большой радостью чествовали своих первых героев, пожелали им новых побед в боях с врагом.

Маршрутами войны

Боевые будни продолжались. Каждый день и не по одному разу топмачтовики и торпедоносцы вылетали на коммуникации врага в Финском и Рижском заливах.

В те дни Совинформбюро сообщало:

"18 июля летчики Пресняков и Иванов обнаружили и потопили в Балтийском море транспорт противника водоизмещением в 10 000 тонн..."

"19 июля самолет-торпедоносец Краснознаменного Балтийского флота торпедировал и потопил транспорт водоизмещением в 4000 тонн..."

"20 июля летчики Краснознаменного Балтийского флота потопили в Финском заливе транспорт водоизмещением в 3500 тонн..."

"21 июля летчики Краснознаменного Балтийского флота потопили 3 сторожевых корабля. Нанесены серьезные повреждения другим судам..."

"25 июля авиацией Краснознаменного Балтийского флота в Балтийском море потоплен транспорт водоизмещением в 7000 тонн и один сторожевой корабль".