Мой любимый демон (СИ) - Сокольская Екатерина

К четырём часам ночи Макс так и не появился. На звонки отвечал бездушный голос автоответчика. Усталость сделала своё дело, и я провалилась в глубокий сон.

Грубые руки сжимали мои бёдра, проводили по белой коже, оставляли синяки, исследовали каждый уголок тела. Горячее дыхание и колючая щетина проложили дорожку по шее, спускаясь к ключицам.

Я понимала, что это всего лишь сон, но его запах был настолько реальным, словно это и вправду был он. Я не могла сопротивляться этому мужчине. Я не хотела этого. Лишь выгибалась всем телом, пытаясь чувствовать его повсюду.

Горячий язык издевательски коснулся самым кончиком моего напряжённого соска, играясь, изводя, заставляя желать большего.

Окружающая темнота пробиралась внутрь, разжигала непреодолимое желание, от которого мои трусики стали влажными. Хотелось их сорвать, чтобы ничто больше не мешало чувствовать его. Умоляющий всхлип сорвался с губ, но ответом на него послужило лишь ещё одно едва уловимое касание губ на пульсирующей венке шеи.

Сильная рука очертила плавный изгиб груди, почти плоский живот и остановилась на границе мешающих трусиков. Я искала приоткрытыми влажными губами его губы, постоянно натыкаясь на пустоту. Хотелось хоть во сне почувствовать их. Но мужчина явно издевался, не спеша дарить мне новые ласки.

Горячая пульсация внизу живота раздражала, просила о разрядке. Но пальцы мужчины вновь двинулись вверх, оставив меня ни с чем. Я хотела схватить его за руку и вернуть на прежнее место, но почувствовала лишь пустоту и холод одиночества. Его запах становился всё слабее, а голос доносился словно сквозь густой туман.

— Ты моя, Мишель…

Глава 7. Роберт

Что ж, Бэмби, сыграем по твоим правилам. Хоть это и не в моём характере, но предвкушение победы того стоило. Я пришёл в её дом, чтобы убедиться, что я не сошёл с ума. Чтобы убедиться, что она действительно существует. Та девушка с огромными глазами, которая стояла передо мной призывно приоткрыв губы каждый грёбаный раз, стоило мне только закрыть глаза. Наваждение какое-то.

Я просто хотел себе доказать, что это лишь уловка моего больного мозга и она не настолько притягательна, как я себе представлял ночами.

Мне нужно было всего лишь затащить её в постель один раз, чтобы развенчать миф об этом ангеле с длинными волосами. Не обязательно в постель. Можно просто утащить в туалет и поставить лицом к стене, врываясь в её нежную плоть.

Или уложить на кухонный стол, задрав это провокационное платье, которое ничего не скрывало. Утолить эту жажду, не думая о собравшихся гостях. Не думая о женишке, который так по-хозяйски обнимал её у меня на глазах.

Ярость красной пеленой накрыла, когда я увидел руку на её талии. Боясь представить, что эти руки делают с ней наедине. Но я сдержался, с упоением представляя, как буду ломать эти пальцы.

Я пришёл, чтобы просто ещё раз её увидеть. Доказать себе, что она обычная девка, которых у меня было слишком много, чтобы запоминать их имена и лица. Чтобы сбросить это наваждение, преследовавшее меня вот уже неделю. До зуда на коже рвался к ней, взглянуть в её обычные глаза, ничем не примечательную фигуру. Такое же лживое лицо, как у других.

Но увидел лишь запутавшегося зверька, который чувствует, что живёт не своей жизнью. Чувствует, что лишняя на этой шумной вечеринке. Я чувствовал то же. За всю свою жизнь прекрасно научился разбираться в людских эмоциях и притворство чувствовал за милю. Она не играла.

Увидев её, откуда-то появилось новое чувство. Желание схватить её в охапку и утащить прочь. Чтобы она спокойно выдохнула и стала самой собой. Потому, что эта разодетая, как уличная потаскуха и исполняющая роль ни то гостеприимной хозяйки, ни то официантки — не моя Бэмби. Не та настоящая Мишель. Я это чувствовал. Эй просто не хватало смелости быть собой. Кто её такой сделал? Нет я не испытывал к ней жалости. Я испытывал ярость ко всем, кто её окружал.

А в особенности к её женишку. Какой он всё-таки идиот. Наивный простак. Как ещё таких в полиции держат? Не составило труда «случайно» познакомиться, когда его машина опять же «случайно» поломалась на трассе. Но иного пути сблизиться с малышкой у меня не было. «Друг» её жениха. Что в нём может быть не так?

Эта слепая мразь не видел, какие голодные взгляды бросали на мою малышку все присутствующие. А может и видел, поэтому заставил надеть это вульгарное платье. Может ему нравилось чувствовать превосходство перед другими. Превосходство обладания такой девушкой. В этом платье она была хороша, но это не она. Я чувствовал, что под маской гостеприимной улыбки скрывается боль и отчаяние. Мне ещё предстояло разобраться в их причине.

А этот Эйден. Дьявол. Что за кретин?! Он пытался наложить свои грязные лапы на моё сокровище. Засунуть похотливый язык в горячее лоно моей наивной ни о чём не догадывающейся нимфы. И я этот язык вырву. Вместе с руками. Но с ним разберусь позднее.

Сначала Макс. Для него у меня припрятана пара козырей… Я сам не знал, для чего мне это всё надо. Ведь я собирался разрушить жизни совершенно посторонних мне людей, ради всего одной девушки. Заочно лишь знакомой девушки. Той, за которой я, словно одержимый маньяк ходил по пятам всю эту неделю. И этот вечер должен был поставить точку в этой игре в кошки-мышки. Я много лет, да можно сказать всю жизнь, ограждал себя от сближения с кем-то. Чувства — это Ахилесова пята. А мне она не нужна. Так почему же чёрт возьми всё пошло не по плану?

Я отлично играю в похер. Поэтому мне не составило труда на той вечеринке с каменным выражением лица выслушивать открытые заигрывания какой-то крашеной курвы, пришедшей сюда с мужем.

Всё моё внимание занимала Мишель. Она слушала болтовню подруги с отсутствующим выражением лица. Но стоило лишь ей встретиться со мной взглядом, как щёк коснулся яркий румянец. Я смотрел ей прямо в глаза и вспоминал прошлую ночь. Остервенело трахая какую — то девицу, представлял на её месте другую. Оргазм обрушился, поглотив меня яркой вспышкой с ЕЁ именем на губах. Точно так же одними губами я произнёс это имя.

— Мишель… — знаю, она меня поняла, так как вздрогнула и отвела взгляд. Сердце колотилось, как бешеное, грозясь заглушить музыку и пустую болтовню надоедливой бабёнки. Казалось, никого нет. Только я и моя Бэмби.

А эти глупые людишки. Чёрт, сколько же лицемерия. Стоят здесь такие воспитанные и богатые, делая вид, что им не плевать на чужие проблемы. Делают вид, что у этих мужа и жены нет никого ближе друг друга. Мари так нежно целует своего мужа, а потом идёт и как бы случайно кладёт мне руку на яйца, предлагая уединиться.

И она осталась довольна, так как почувствовала затвердевший член под рукой. Думая, что своим откровенным поведением вызвала во мне такие эмоции. Своей не по возрасту шершавой рукой, своим дыханием, пропитанным алкоголем, своим дурацким кокетством прожжённой портовой шлюхи.

Я грубо сбросил её руку. Даже если бы она перед всеми сейчас встала на колени и вытащила мой горящий член, это бы ничего не изменило. Все мысли были направлены на мою нимфу и её подругу. На которую у меня тоже есть толстенькая папочка с информацией. Ничего особенного, но мне может пригодиться. Пусть у Степана немного мозгов, но со своей работой он справляется отлично.

Как же мне нравится чувствовать её имя на губах. Я прикрыл глаза, наслаждаясь. Но ещё больше хотелось услышать своё имя, произнесённое её мелодичным голосом, когда она будет извиваться под тяжестью моего тела.

Но не сейчас. Не сегодня и не завтра. Я сделаю всё аккуратно. Она сама сделает шаг ко мне навстречу, когда придёт время. На эту малышку у меня далеко идущие планы. Стану для неё всем. Любовником, другом, защитником, грёбаным воздухом стану. Главное не спугнуть.

Только не она. ЕЁ я не отпущу.

Я докажу всем, что заслуживаю счастья. Докажу это себе.

Следующей ночью я шёл по длинному коридору в подвале своего нового клуба, прокручивая события вечера.