Кольцо мечей - Элинор Арнасон

Еще дни и дни животные будут повторять успокаивающие вести и определение себя. "Я это я. Я не причиню вреда". Постепенно краски начнут угасать, ритмы замедлятся, комбинации станут менее четкими, и один за другим псевдосифонофоры уплывут в океан.

Она остановилась и посмотрела на бухту. Эти животные ей дороги. Как это - ничего не опубликовать? Никлас. Какое отношение он имеет к ней? Человек, не известный ей. Предатель. Она ответит майору "да".

И когда она дала свой ответ, темное лицо просияло в улыбке.

- Отлично. Вечером приходите в лагерь. Я хочу вас кое с кем познакомить. Думаю, он вам понравится. И, мэм, с этого момента, включая наш утренний разговор, все, что я говорю вам, оглашению не подлежит.

Анна кивнула.

Она пошла к себе, легла, но сон не шел. Скверно! Она поставила себя в положение этически двусмысленное, возможно, глупое и уж во всяком случае ей непонятное. Потом она задремала и оказалась во власти кошмара: что-то, связанное с катером, и огромное количество щупалец.

Ее разбудил будильник. Она встала, приняла душ, оделась и пошла в лагерь. Сумерки наступали рано, и небо уже усыпали звезды. Над ней сверкал центр галактики - полоса бледного света. Видны были и два газовых гиганта - один прямо над ней (красный), а другой над лагерем (желтый).

Охранник у входа был предупрежден о ней. Другой охранник проводил ее в кабинет майора, обширную комнату, отделанную панелями, нет, не деревянными, но убедительно похожими на деревянные. На одной стене была голограмма Земли, снятая из космоса: завихрялись белые облака, и сама планета медленно вращалась.

Письменного стола не было, только кольцо из четырех кресел вокруг журнального столика - низких и глубоких. На столике стояли три фарфоровые чашки и серебряный чайный прибор. Анна ожидала чего угодно, только не этого. Или она вовсе не вступила в мир шпионажа, а попала в Страну Чудес или в страну Оз?

Она поглядела на майора. Нет, та не превратилась в Сумасшедшего Шляпочника или в Страшилу. И щуплый человек в соседнем кресле выглядел совсем обыденно.

- Капитан Ван, один из наших переводчиков, - сказала майор.

Он встал, они обменялись рукопожатиями и сели. Майор разлила чай. Темно-коричневый. Индийский. И приглашающе приподняла тарелку с бутербродиками.

- У майора своеобразное чувство юмора, - сказал капитан Ван. - Раз вы будете работать с нами, вам следует это знать. На качество ее работы это никак не влияет.

Майор улыбнулась, съела бутербродик и взяла компьютер с дисплеем.

- Все, что расскажу вам я и расскажет капитан, полностью засекречено. Официально засекречено с помощью штампов, замков и грифа "только для ваших глаз". В некоторых случаях это с самого начала было лишним. В материале нет ничего щекотливого и никогда не было. В других случаях материал был щекотливым двадцать лет назад, но положение изменилось. Кое-какая информация, которую мы намерены вам сообщить, по-настоящему секретна. Но в любом случае вы окажетесь по уши в дерьме, если проговоритесь хоть о чем-нибудь. Ясно?

Анна кивнула и взяла еще один бутербродик. Изумительно вкусный.

Майор включила дисплей.

- Ну, хорошо. Двадцать лет назад исчез космолет "Гонец Свободного Рынка". - Она усмехнулась. - Название для грузового судна, но эта был скоростной космолет дальнего радиуса, лучший для того времени, и исчез он в хварском секторе. Мы не сомневались, что он был уничтожен. На борту "Гонца" находился, в частности, человек по имени Никлас Сандерс. Он был капитаном военной разведки. Что было ошибкой. По личным качествам он никак не подходил для такого рода деятельности. Но в тот момент он принадлежал к очень немногим специалистам, свободно владевшим главным хварским языком.

- И сейчас он тут! - сказала Анна.

Майор кивнула.

- Точного опознания мы не проводили, но я уверена практически абсолютно. Когда космолет исчез, Сандерсу было двадцать шесть. Значит, теперь ему было бы сорок семь, а нашему Никласу я дала бы примерно столько же. Двадцать лет он прожил у врага.

- Еще чаю? - спросил капитан Ван, и Анна кивнула.

Капитан наполнил ее чашку, а майор продолжала:

- Мне придется коснуться проблемы сбора информации в этом... в этой... какое слово тут подойдет? Война не объявлялась, не произошло ни одного генерального сражения. Почти сорок лет все исчерпывалось исследовательскими экспедициями, шпионскими миссиями и редкими стычками.

Она взглянула на дисплей.

- Тут существует несколько проблем. Во-первых, огромность космоса и свойства гипердвигателя. У нас нет никакой гарантии, что хвархаты здесь рядом с родной планетой. Мы полагаем, хотя и не абсолютно уверены, что они, как и мы, очень быстро проникли далеко за пределы родной солнечной системы. Видимо, две колоссальные и почти пустые сферы чуть соприкоснулись. Я сказала, пустые. Но они полны звезд - тысяч, может быть, миллионов. Мы же ищем обитаемые миры, число которых, возможно, равно десятку-другому.

Прекрасный лектор, подумала Анна, но ее все равно не оставляло чувство, что она участвует в сумасшедшем чаепитии в Стране Чудес. Виной было сочетание непомерных расстояний с крохотными бутербродиками, а также маленький капитан, такой тихий, почти дремлющий. Ну, совсем Соня, пока ее не запихнули в чайник.

- Это один круг проблем, - сказала майор. - Проблем пространства. Другой их круг связан с психологией. Хвархаты не то параноичны, не то очень осторожны, не то ими руководят побуждения, нами не воспринимаемые. При нашей первой встрече они были готовы к войне. Они искали нас или какого-то другого врага. Их космолеты и станции были не только полностью вооружены, но и оснащены всякими предупредительными ловушками. На всех, захваченных нами кораблях, навигационные системы были полностью выведены из строя. И допрос инопланетян - тех немногих, кого нам удавалось взять в плен, - тоже превратился в проблему. Вначале у нас не было возможности говорить с ними. Но затем нам удалось расшифровать - это верный термин? их главный язык. Никлас Сандерс входил в бригаду, которая этого добилась. Он очень талантливый лингвист.

Маленький капитан кивнул.

- Одновременно мы столкнулись с другой проблемой и разрешить ее нам не удалось. Инопланетяне гибнут с большой легкостью. При малейшей возможности они кончают с собой. Или же отказываются есть. И не выдерживают насильственного кормления.

"А кто выдержал бы?" - подумала Анна. Ей стало немного нехорошо при мысли, что таких людей, как Хаттин, привязывают, подсоединяют к ним трубки... Своего рода изнасилование.

- Сохранять в живых наших немногих пленных на срок, достаточный, чтобы получить хоть какие-то сведения, было трудной задачей. Быть может, самые первые - те, с кем мы не могли говорить - оказались бы полезными, но они умерли прежде, чем мы были готовы их допросить. А те, кого мы уже были способны допрашивать... - она нахмурилась, - попросту не знали того, что требовалось нам. Не исключено, что это игра случая. Сколько военных специалистов приходится на каждую данную единицу населения, пусть даже на экипаж гиперзвездолета? И сколько специалистов по навигации? И какой шанс взять их в плен живыми? Или же, едва узнав о нашем присутствии, враги удалили носителей секретной информации назад в безопасное место, где бы они ни находились?