Далекие странники (перевод новеллы) - Тяньтянь Сяо

поздно. Чжоу Цзышу наконец-то использовал припасëнный камешек. Повинуясь щелчку пальцев, камень столкнулся с дротиком, отклонив его курс. Дротик пролетел мимо девичьего лица, еле чиркнув по лбу.

Испытав подобный риск для жизни, любой бы застыл от ужаса. Девушка же, наоборот, впала в ярость от коварства противника. Она без колебаний рванула вперёд и когтистой хваткой впилась в ногу врага, скрутив её молниеносным движением. Мужчина взвыл от невыносимой боли. Раздался громкий хруст костей, но девушка не собиралась останавливаться. Её ладонь вспыхнула синим светом и нанесла врагу безжалостный удар в живот. Мужчина отлетел назад и упал навзничь, его сломанная нога согнулась под неестественным углом, а лицо стало серо-фиолетовым. Широко раскрыв глаза, человек в чёрном неверяще уставился на девушку:

— Ты Пурпурный… Пурпурный…

Но он отправился на встречу с Яньваном[22] прежде, чем успел закончить фразу.

Пожилая женщина съëжилась в углу, испуганно глядя на молодую, красивую, но безжалостную барышню. Зато простоватый на вид паренёк быстро опомнился и подбежал к простëртому на земле рыбаку:

— Дядя Ли, как вы?

Рыбак ещё дышал. Из последних сил он схватил мальчика за рукав; тот приобнял раненого и попытался усадить. Девушка подошла и пальцами раскрыла старику веки. Осмотрев его глаза, она хмуро свела брови:

— Это яд «Три стражи до смерти»![23] Старика уже не спасёшь. Мои соболезнования.

Мальчишка сердито оттолкнул её руки и выкрикнул:

— Перестань говорить ерунду!

Складка между бровями девушки стала глубже, а прелестные глаза вновь убийственно блеснули. Но, словно вспомнив о чём-то, она сдержала гневный порыв, скрестила руки на груди и усмехнулась:

— Ты, маленький щенок, не можешь отличить плохое от хорошего!

Взор рыбака коротко задержался на ней, затем скользнул дальше по храму и остановился на каменном Будде. У ног статуи стоял Чжоу Цзышу, в его волосах запуталась и смешно торчала солома.

Старик открыл рот, намереваясь что-то сказать, но издал только тихий стон. Все проследили за его взглядом. Увидев знакомого попрошайку, девушка засмеялась:

— Ого! А я-то думала, кто мой добрый спаситель?! Не верится, что это ты. Я купила тебе вино, ты помог мне в бою. Значит, мы квиты!

Она говорила так, словно эти две услуги были соизмеримы. Но Чжоу Цзышу не опустился до спора с хорошенькой девушкой и только улыбнулся в ответ на её подсчеты. Вслед за этим он подошёл к старому рыбаку и присел рядом на корточки.

— Ты звал меня?

Рыбак с огромным усилием полез к себе за пазуху. Четыре пары глаз в молчании наблюдали за ним. Наконец рыбак достал что-то и протянул сжатый кулак Чжоу Цзышу. Тот помедлил секунду, но затем решил принять то, что хотел дать ему старик. В темноте сверкнул серебряный слиток.

— Я… Я возвращаю твоё серебро. Поездка была бесплатной. Ты должен помочь… Должен вместо меня…

Не желая слушать дальше, Чжоу Цзышу мотнул головой и попытался встать. Кто же знал, что старик вцепится в его руку железной хваткой!

— Вместо меня… отведëшь мальчика в поместье клана Чжао в Тайху…[24]

Ворчливый лодочник совсем не походил на прекрасную девушку, так что на этот раз Чжоу Цзышу попробовал возразить:

— Погоди, старина…

Однако рыбак его перебил:

— Капля… Капля доброты… должна вернуться морем благодарности…[25]

Чжоу Цзышу отвёл взгляд, угрюмо осматривая руины храма. Он раздумывал, а не изменить ли снова своё лицо? Нынешнее, очевидно, выглядело недостаточно жалким. Иначе почему его принимали за благородного человека, которому не в тягость лишние хлопоты?

Старик умирал. Все его силы были направлены на то, чтобы удержать запястье Чжоу Цзышу, но дыхание сбивалось, а голос слабел:

— Считай это способом накопить добродетели! Для твоих внуков… правнуков… — он запнулся. — Даже если у тебя нет детей… есть следующая жизнь, о которой… нужно позаботиться.

Сказанное оглушило Чжоу Цзышу как гром среди ясного неба. Гвозди в груди заныли, будто погружались в плоть ещё глубже.

«Следующая жизнь… Какие бы грехи я ни совершил, я умру через три года, но… Но ведь есть ещё следующая жизнь, о которой необходимо подумать, верно?»

Чжоу Цзышу вздохнул, подкинул серебро на ладони и положил в нагрудный карман.

Мутный взгляд рыбака прояснился, но уже через миг свет в его глазах начал меркнуть, пальцы разжались, и рука безвольно упала. Однако он продолжал шевелить губами, будто хотел ещё что-то добавить. Чжоу Цзышу приблизил ухо ко рту умирающего и различил затухающий шёпот:

— Если ты… подведëшь… я… отыщу в преисподней… восемнадцать поколений… твоих предков… и трахну каждого…

Чжоу Цзышу выпрямился, потеряв дар речи, а рыбак испустил последний вздох.

Мальчик завыл, словно пытался разбудить всех на земле. Пожилая служанка тоже заголосила. Чжоу Цзышу освободил для них место, вернувшись к девушке в фиолетовом. Та оглядела его огромными глазами и тихо проговорила:

— Мой господин предупреждал, что ты не лыком шит, а я сначала и не поверила! Из какого ты клана? Как звать?

Чжоу Цзышу на мгновение прикусил изнутри щеку.

— Этого скромного человека зовут Чжоу… Чжоу Сюй, — ответил он любезно. — Я не принадлежу ни к какому клану или школе. Сам по себе странствую по цзянху, куда дует ветер. Как я могу обращаться к юной деве?

Она окинула его оценивающим взглядом и покачала головой.

— Если бы не вид хворого бродяги, с такой манерой речи ты походил бы на благородного! Зови меня Гу Сян.

Девушка никогда не слышала о человеке по имени Чжоу Сюй и понимала, что случайный встречный вряд ли был откровенен. Но она решила не волноваться по этому поводу и вернулась к мальчишке, который оплакивал старого рыбака.

— Он уже мёртв, понимаешь? — сказала Гу Сян, похлопав паренька по плечу. — Лучше вырой дедушке могилу, чтобы он мог покоиться с миром. За тобой ещё кто-то гонится?

Мальчик всё ещё злился на неё за недавнюю резкость, поэтому лишь усмехнулся в ответ и прожëг непрошенную утешительницу сердитым взглядом. Горе переполняло его, не находя выхода, и дерзкая девчонка стала удобной мишенью для гнева, словно она была повинна во всех бедах.

Гу Сян задохнулась от возмущения. Хотя девушка практиковала кунг-фу, она была ещё очень молода, и регулярные упражнения пока не усмирили от природы вспыльчивый нрав. Гу Сян ни в коем случае не собиралась терпеть поведение малявки, без причины срывавшего на ней зло. Второй раз подряд!

Она уже замахнулась, собираясь наказать юнца, но ледяные пальцы Чжоу Цзышу мягко поймали девичье запястье. Гу Сян не было больно, но у неё не получалось ни двинуть рукой, ни разжать хватку.

Девушка удивлённо посмотрела на тощего доходягу, который выглядел так, словно