Интерлюдия на Даркнелле - Тимоти Зан

Он потряс головой. И это означает, что и я, и Моранда (если она ещё жива) здорово влипли – гораздо сильнее, чем хотелось бы.

Достав очередную рубашку или куртку, Моранда осматривала её и осторожно шевелила плечами. В это время Гарм Бел Иблис разглядывал её обшарпанную квартирку, представлявшую собой коробку с окном и крошечным туалетом за загородкой у дальней стены, прямо за нишей, в которой она копалась в поисках одежды. Ничто не говорило о том, что Моранда долго здесь жила. Бел Иблис похвалил себя за способности к дедукции: он вспомнил, что инспектор из Корбеза специально прилетел её искать – а это означало, что она в бегах.

Таким образом, решил он, это место было неким аналогом конспиративной квартиры, только для преступников и прочих представителей низов. Сотрудники спецслужб прятали в подобных местах свидетелей до суда или встречались с тайными агентами. Здесь же валялся мусор и всякий хлам: бракованные газосветные лампы, полдесятка инфокарт с периодикой; на тоненьком спальном мате, расположенном так, чтобы не было видно из окна, лежали скомканные простыни и одеяла – всё это, возможно, оставили прежние обитатели-уголовники.

Теперь, когда я всецело принадлежу Восстанию, мне тоже суждено жить на подобных квартирах.

– Тут не слишком просторно, знаю, но мне многого и не надо.

Моранда вышла из ниши, одетая в блузу из яркой голубой ткани и тёмно-коричневую куртку. Она пошевелила правым плечом и попробовала описать им небольшой круг, едва сдержавшись, чтобы не скривиться.

– Как новенькая.

– Как новенькая ты стала бы после ванны с бактой.

– Верно, но выстрел только сделал из плеча жаркое. Очень больно было, зато кости целы. Кроме того, у дроидов МД есть дурная привычка обо всех бластерных ранениях докладывать властям. – Моранда внимательно посмотрела на Гарма. – Учитывая, что ты повстанец, думаю, тебе захотелось бы избежать подобной процедуры.

Бел Иблис почти невольно напрягся:

– Как ты догадалась?

– Тут и догадываться нечего. – Она упёрла палец в висок. – Во-первых, ты озаботился пойти и найти меня, и не для того, чтобы собрать мои косточки. Сострадание в наши дни – редкость, и похоже, монополия на него принадлежит повстанцам. Во-вторых, ты всё-таки подошёл ко мне, хотя у тебя хватит ума сообразить, что подстрелили меня, скорее всего, агенты имперской разведки.

Бел Иблис кивнул:

– Та женщина – Исанн Айсард, дочь Арманда Айсарда.

Моранда вздрогнула, её глаза широко распахнулись:

– Я знала, что дело нечисто, но чтобы настолько…

– А что ещё заставило тебя думать, что я повстанец?

– Репутация Арки. Ты явно кореллианин, а все кореллиане ненавидят следовать приказам. Ты сам меня залатал, а это наводит на мысль, что ты служил в армии – значит, сохранил верность тому, чем она была, пока Палпатин не подмял всё под себя. И, в конце концов, если импы тут что-то вынюхивают, значит тот, кто работает против них, скорее всего мятежник.

– В самом деле? – Бел Иблис задал вопрос, чтобы потянуть время. – Может, я из "Чёрного солнца"?

– Ха! А сострадание? Забыл?

– Хмм, верно подмечено. – Он на мгновение задумался. – А почему ты думаешь, что импы вынюхивают что-то, а не кого-то?

– Могу тебе сказать, я сделала этот вывод из того факта, что сюда прилетела самолично дочка Снежного короля. На мокрое дело послали бы банду, состоящую из её шофёров. По-видимому, у неё есть мозги, поэтому они сначала будут задавать вопросы, а уж потом стрелять.

– Как в случае с тобой?

– Эй, он мог бы попасть и точнее. – Моранда улыбнулась. – Дело в том, что я здесь кое-что украла у одного нервного молодого человека. Имперскую собственность – очень ценную имперскую собственность, целиком закодированную. Тебя ведь за ней сюда прислали, так?

Бел Иблис как можно равнодушнее пожал плечами:

– Можешь доказать, что вор – ты?

Она кивнула и вытащила из кармана чёрный шарф:

– Я подменила инфопакет. Фальшивка была завёрнута в такой же шарф. Узнаёшь?

Он подался вперёд и провёл по материи пальцем:

– А где он сейчас?

Она рассмеялась:

– Не так быстро, мой дорогой мятежник. Ты заштопал мне руку, и за это я тебе благодарна, но мне нужны средства, чтобы убраться с этого комка грязи, подальше от Хэла Хорна. Сколько ты готов заплатить?

– Двадцать пять тысяч кредитов.

– Как насчёт пятидесяти?

– Договорились.

Моранда расширила глаза:

– Он настолько ценный, а? Может, тогда обсудим небольшие премиальные?

– Где он?

Она присвистнула. Бел Иблис почувствовал, как сжалось сердце.

– В очень надёжном месте.

– И это место?.. -…и является причиной, по которой я прошу премиальные. – Она покачала головой. – Я бросила инфокарты в дверь спидера, который взяла напрокат Айсард. Я понимаю, тебя это шокирует, но можешь не волноваться. Именно такие дела мне удаются лучше всего.

Гласк вела спидер туда, где был штаб её операции, а Хэл в одиночестве сидел на заднем сиденье. Ещё в "Абсолютной пустоте" она отозвала Трэблера в сторонку, отдала несколько распоряжений – и в результате он куда-то исчез. Хэлу она сообщила, что Трэблер поехал в космопорт – осмотреться, как она сказала, но кореллианин сомневался в правдивости её слов. Любую информацию, которую Трэблер получит лично, она легко могла бы узнать по комлинку.

Хэл не слишком внимательно отслеживал взглядом смазанные краски городского пейзажа, проносившегося за окном спидера. Он размышлял о том, что же заставило его показать управляющему кафе голографию своей жены вместо голо Моранды. Я ведь узнал Моранду по описанию, как только он начал говорить – по сигаре, которой она воспользовалась, чтобы "поджарить" блондина – но почему я стал её покрывать? Теперь я знаю, что она втянута в это дело, а значит история о наёмном убийце – пустышка. Мы имеем дело с обычной кражей, но присутствие импов наводит на мысль, что всё не так просто.

Однако, показав управляющему не ту голографию, Хэл уничтожил единственную надёжную нить, которой располагала Гласк. Он мог догадаться – раз она имп и раз прямо расспрашивала его о верности Империи – что её потенциальная добыча каким-то образом связана с Восстанием. Хэл Хорн не питал любви к повстанцам – они сами поставили себя на другую сторону закона и одного этого уже было достаточно, чтобы вызвать у него неприятие – но и фанатиком Империи он не был. Не раз ему приходилось сдерживать чересчур прытких имперских оперативников, а в конечном счёте всё оборачивалось тем, что он был вынужден расхлёбывать заваренную ими же кашу.

Действия Трэблера были ярким примером эксцессов, которых он старался избегать. Трэблер мог бы легко догнать и схватить Моранду. Вместо этого он выхватил бластер и выстрелил без предупреждения. Хотя Хэл и надеялся, что, сбив Трэблеру прицел, он не даст убить Моранду, сейчас он был более чем уверен, что она либо мертва, либо умирает, либо серьёзно ранена.

Готовность Трэблера стрелять в человека, пусть даже не такого уж невинного, но в их деле – совершенно постороннего, дала Хэлу понять, что пленных Империя брать не собирается. Что бы там ни украла Моранда, это, должно быть, очень важная вещь, почти наверняка связанная с государственной тайной. А если я уже так много знаю, нетрудно предположить, что в какой-то момент заберут и мою жизнь – когда я перестану приносить пользу или начну слишком сильно раздражать.

Такой вывод не повлёк за собой паники. Да, Хэл ощущал беспокойство; к тому же он не мог смириться с мыслью, что никогда больше не увидит жену и сына, однако над этими чувствами возобладало умиротворение. Он вспомнил, как однажды – тогда ему было не больше шести – он разозлился из-за сломанной игрушки. Отец тогда отвёл Хэла обратно во двор и сказал, что нельзя позволять эмоциям выходить из-под контроля, потому что это нарушает порядок вещей во вселенной. Отец научил его простым успокаивающим упражнениям и заставлял повторять их до тех пор, пока они не стали частью его натуры.

Поэтому он так спокойно размышлял, пока Гласк вела машину. В конце концов она остановила спидер у двери маленького домика, отгороженного от соседних зарослями кустарника. Переулок шёл влево и, похоже, выходил через ворота на улицу, протянувшуюся позади здания. Хэл немедленно понял, что этот дом – конспиративная квартира. В том, что сотрудница Особого отдела Даркнеллской службы безопасности пользуется конспиративной квартирой, ничего удивительного не было, однако уединённость домика – несмотря на то, что он находился в черте города – заставила его насторожиться.

Гласк вошла первой, захлопнула за ними дверь и повела Хэла по узкому коридору через кухню в пристройку, подпиравшую заднюю стену.

– Сюда. Здесь мой кабинет.