Сыновья Дьявола - Клоэ Валлеран

Дьявола встают между нами, встревоженные чрезмерным гневом своего товарища, – все, кроме того, которого я еще не знаю. Он смотрит на меня с любопытством, явно в курсе оскорблений, которые мне случилось нанести его другу.

– Тише, Кларк, – говорит Сет.

Грубиян отводит от меня взгляд, чтобы бросить его на друга с величайшим презрением.

– Я не собираюсь ее трогать! – раздраженно говорит он.

По всей очевидности, его друзья считают, что он на это способен, и это совсем не обнадеживает. Джесси кладет руку ему на плечо, а другой делает знак, предлагая зайти в дом. Кларк высвобождается из его хватки и бросает на меня взгляд черный, как мрак преисподней.

– Не зарывайся!

От этих двух слов, в которых сквозит явная угроза, сводит желудок.

Он разворачивается ко мне спиной и заходит в здание братства в сопровождении нескольких Сыновей Дьявола. Задержавшийся рядом с нами Сет награждает меня красноречивым взглядом, полным недвусмысленных намеков.

– Если не хочешь неприятностей, тебе следует при нем помалкивать.

В ответ я лишь молча улыбаюсь, и Сет прекрасно понимает значение этой улыбки. Он со вздохом отступается и, бросив на меня на прощание еще один взгляд, входит на виллу вслед за остальными.

Я оказываюсь наедине с Лолой, которая смотрит на меня с неодобрительным выражением лица.

– Я не буду ползать на коленях перед этим придурком! – предупреждаю я ее.

Я поднимаюсь с места и протягиваю ей руку, чтобы помочь сделать то же самое. Вздохнув так же, как и ее брат, она встает со ступенек.

Секунду спустя она уже переключается и бросается мне на шею, чтобы рассказать, как безумно она влюблена в Дэниела.

Глава 4

Мы возвращаемся в гостиную, где Джексон и Дэниел не теряли зря времени: мы видим их глаза, осоловевшие чуть сильнее, чем несколько минут назад. Лола старается наверстать упущенное, взяв еще один стакан с алкоголем, тогда как для меня с этим покончено. Я меняю синий стакан на белый и устремляюсь в сторону открытой двери на кухню. На секунду замираю, обнаружив, что Сыновья Дьявола находятся поблизости, но быстро беру себя в руки и обхожу их, чтобы добраться до своей цели – крана с водой, которой я наполняю свой стакан.

– А ты знаешь, что алкоголь тут бесплатный?

Я поворачиваюсь к своему собеседнику: это Шон, и вид у него гораздо более дружелюбный, чем в тот раз, в кафетерии, когда он чуть не сломал наш стол пополам. У него за спиной можно видеть, как девушки роем вьются вокруг банды, и некоторые ее члены уже выбрали себе добычу на вечер. Если только в итоге не получится наоборот.

– Черт! А я-то сую по пять долларов в ящик за каждый выпитый бокал.

Шон и несколько Сыновей Дьявола заливаются хохотом.

– Мне нравится эта малышка. Эй, бросай своего «не знаю, как там его зовут».

На моих губах появляется легкая улыбка, и я наблюдаю, как Шон смешивает в бокале несколько видов алкоголя, после чего протягивает бокал мне.

– Попробуй-ка!

Беру бокал и слегка мочу губы, притворяясь, что делаю глоток.

– Очень неплохо, спасибо!

Он кивает в ответ, и я выхожу из кухни и возвращаюсь к друзьям, избавившись по дороге от коктейля Шона.

Мы вчетвером сидим на диване рядом с какими-то незнакомыми ребятами, которые предлагают нам вступить в алкогольное состязание.

Я отказываюсь от участия, однако становлюсь свидетельницей сокрушительного поражения оставшейся троицы. Одно можно сказать наверняка: на обратном пути за рулем будет не Лола.

Где-то через полчаса игры чувствую, как сердце снова принимается за свои выкрутасы. На улице мне удалось прийти в себя, однако здесь, в помещении, висящий в воздухе дым от сигарет совершенно не способствует улучшению самочувствия. На спине проступает холодный пот, и постепенно охватывающее чувство паники только усугубляет ситуацию. Мама просто убила бы меня, если бы знала, где я нахожусь.

Я встаю, беру сумочку и, предупредив соседку, что скоро вернусь, прохожу через всю гостиную к лестнице, ведущей на второй этаж. Голова тяжелая, дыхание становится прерывистым. Я с трудом пробиваю себе дорогу через толпу и с облегчением хватаюсь за перила. Покачиваясь и с усилием переставляя ноги, преодолеваю вверх по лестнице одну ступеньку за другой. Меня снова прошибает холодный пот, но мне наконец удается подняться на второй этаж, где я беспрепятственно захожу в туалет. Дрожащими руками запираюсь на ключ и достаю из сумочки лекарства. Кладу таблетки на кончик языка и открываю кран, чтобы запить их водой.

Опершись обеими руками на раковину, так как ноги не держат, я разглядываю себя в зеркало. Цвет лица у меня чудовищно бледный. Делаю несколько шагов назад и разворачиваюсь к окну, чтобы открыть его настежь и впустить свежего воздуха. Совершив это невероятное усилие, сползаю по стене, пока наконец не сажусь на пол. И уже в этом положении я начинаю свои дыхательные упражнения, цель которых – заставить сердце биться в нужном ритме.

Не знаю, сколько таким образом проходит минут, но, если я не хочу заставлять волноваться Лолу, не стоит слишком оттягивать возвращение. Руки все еще трясутся, и, хотя мучительная слабость еще не ушла, я все же поднимаюсь на ноги. Сделав еще пару глотков воды из-под крана, выхожу из туалета и, плохо держась на ногах, тут же на кого-то налетаю. Благодарение богам, этот человек поддерживает меня за плечи и спасает от падения.

– Прошу прощения!

Поднимаю глаза и оказываюсь нос к носу с Кларком, однако сейчас у меня совсем нет сил ругаться. Его лицо остается непроницаемым, зато вцепившаяся в его руку девушка мечет в меня злобный взгляд.

– Ты посмотри на себя, – издевается эта мерзавка. – Можно подумать, что ты сейчас впадешь в итиловую кому. Иди-ка скорей к мамочке, ты уже здесь засиделась.

Даже не спрашивая себя, откуда в ней взялось столько беспричинной злости по отношению ко мне, я лишь устало смотрю на нее в ответ на вызов, сверкающий у нее в глазах.

– Она называется «этиловая», а не «итиловая», – бросаю ей. – Похоже, это тебе надо идти домой и садиться за учебники. Хотя, может, и не надо: к счастью, ты такая красивая.

Треплю ее по щеке из чистого озорства, а затем отхожу в сторону, чтобы дать им пройти в туалет, куда они ясно зачем направляются.

Меня лихорадит; я спускаюсь по лестнице и нахожу Лолу, которая дергается в такт музыке на танцполе. Увидев меня, она радостно распахивает глаза и, совершенно пьяная, падает в мои объятия. Больше не спущу с нее глаз и на секунду.

– Ава, ты не представляешь, насколько я счастлива, что тебя встретила, о лучшей соседке я и мечтать не могла!

Она берет в руки мое лицо.

– Ты просто солнышко!

Я смеюсь и чмокаю ее в щеку, как вдруг из колонок раздается музыка «23» Майли Сайрус: Лола издает радостный вопль и тащит меня на танцпол. При виде ее возбуждения я даже забываю о своем недомогании и слишком слабом сердце.

– I’m in the club, high on purp with some shades on, tatted up, mini skirt, with my J’s on! – вопим мы во весь голос, присоединяясь к хору всех остальных студентов.

К нам подходят двое незнакомых парней и увлекают нас танцевать. Видеть, как подвыпившая Лола наступает на ноги своему кавалеру, и наблюдать за ее неуклюжими ужимками уморительно, и я сгибаюсь пополам от смеха. Но потом уже мой кавалер закручивает меня в танце так, что я поворачиваюсь вокруг своей оси, и мне тут же становится плохо. Я теряю равновесие, вода из стакана льется на пол, и лишь с большим трудом мне удается удержаться на ногах. Сердце бьется в ушах, и я на ватных ногах отхожу от своего партнера. Натолкнувшись по пути на нескольких человек, подхожу к столам с напитками и опираюсь на один из них обеими руками. И хотя я ни о чем никого не просила, какой-то студент сует мне в руку стакан с алкоголем.

Глядя на содержимое стакана, я не испытываю ни малейших колебаний. Я не самоубийца, совсем наоборот. Я очень хочу жить, пока болезнь меня не убьет. А именно это она и сделает, с алкоголем или без. Тем не менее я еще не сошла с ума. Сегодня вечером я уже достаточно