Врагов не выбирают - Евгения Горская

Фирма недавно переехала в новое престижное офисное здание. Аренда была высокой, и Слава долго сопротивлялся переезду, но Геля настояла. Правда, при этом пришлось закупить не те компьютеры, которые хотели программисты, а попроще, но Геля чувствовала, что поступила правильно.

Главное – это произвести выгодное впечатление. Она к такому выводу пришла давно, еще в юности, и с тех пор постоянно убеждалась в собственной правоте.

Впечатление на потенциальных заказчиков и партнеров в первую очередь производит внешняя атрибутика. Качество выполнения договоров – дело не столь важное. Кстати, с качеством в фирме дела всегда обстояли неплохо. Даже странно, что прибыль в последнее время заметно упала.

Чтобы тебя уважали другие, нужно уважать себя самой, говорила когда-то мама. Принцип этот Геля запомнила и сразу же начала воплощать в жизнь. Во всяком случае, делала все, чтобы ее уважали муж и сын.

Геля поставила машину на служебную стоянку, прошла сквозь раздвижные стеклянные двери. Две молоденькие девушки, попавшиеся навстречу, с любопытством на нее посмотрели, поздоровались. Геля девчонок не помнила, но, улыбнувшись, кивнула.

Секретарши на месте не оказалось. Геля отперла свой кабинет, разделась, повесила пальто в шкаф и позвонила Славе по внутреннему телефону.

– Ты здесь? – удивился генеральный.

– Вообще-то да, – поморщилась Геля.

Вадим обычно морщился, когда слышал идиотский вопрос, и Геля переняла у него привычку.

– Принеси мне сводные таблицы по договорам за последний квартал, – вздохнула Геля. – И попроси сделать чаю, пожалуйста.

Ротнев появился через несколько минут. Все это время Геля сидела неподвижно, барабаня пальцами по столу.

– Ты бы хоть компьютер включила, – проворчал он, нагибаясь, чтобы дотянуться до системного блока.

Монитор ожил, засветился.

Ротнев пощелкал мышкой, открывая файлы. Перед Гелей появилась таблица с множеством ячеек, заполненных исключительно цифрами.

Слава молча встал из-за стола и пошел к двери. «Боится, я к нему с нежностями полезу», – зло подумала Геля, которая считала себя неспособной на подобную навязчивость.

– А чай? – бросила она любовнику.

Слава обернулся, но ничего не сказал и вышел из кабинета.

Таблица на экране не помещалась, это раздражало. Геля равнодушно смотрела на названия проектов, этапы и сроки выполнения, суммы платежей. Вадим уже давно собирался со всем этим разобраться.

Дверь снова открылась. Слава внес поднос с двумя чашками и вазочкой с печеньем. Она такого не ожидала: думала, пришлет секретаршу.

Поставив поднос на стол, он уселся в кресло и взял одну из чашек.

– Что с Корышевым? – нехотя спросил Гелин любовник.

Геля пожала плечами. Она сама хотела бы знать, что происходит с ее мужем.

– У него самого какие-то предположения есть?

– Есть, – кивнула Геля как можно увереннее.

– То есть стреляли в него? Ты сказала, это произошло на улице…

Геля не ответила. Взяла печенье, откусила.

Раньше ей казалось, что рядом со Славой она превращается в веселую злую ведьму. Это щекотало нервы. Теперь другие события щекочут нервы уже по-настоящему.

Слава воровато оглянулся на дверь, поднялся, наклонился к Геле. Она молча на него посмотрела. Любовник быстро поцеловал ее в уголок губ, вернулся на место. Обычного радостного волнения Геля не почувствовала. Только усталость. Даже рассказывать о своих проблемах ей не хотелось.

– Нам пока не стоит встречаться, – прошептал Слава.

– Ты говорил, – напомнила Геля.

– Ангелина…

– Да?

– Ты мне очень дорога. Ты это знай! – а потом отодвинул чашку и быстро вышел.

Он врал. Ничего их не связывало, кроме греха.

Она думала, что Ротнев велит секретарше забрать поднос, но секретарша не появлялась. Пришлось подняться, выглянуть из кабинета, позвать девушку.

Девчонка Гелю побаивалась, это было заметно. Геля посторонилась, наблюдая, как напуганная девушка выносит чашки, и неожиданно подумала, что держать молодую особу рядом с любовником нежелательно. Равнодушно подумала, без ревности.

Затем выключила компьютер, оделась и поехала домой. Посещение фирмы оказалось затеей бессмысленной, но потраченного времени Геле было не жаль. Свободным временем она могла даже с кем-нибудь поделиться.

28 ноября, вторник

Проснулся Вадим рано, до звонка будильника. Осторожно, стараясь не разбудить Гелю, встал. Однако минут через двадцать, когда он с удовольствием пил чай, Геля пришла на кухню.

– Возвращайся в постель, рано еще, – с тайной надеждой сказал Вадим.

Геля уселась на кухонный диванчик, на свое любимое место. Провела руками по волосам. Волосы после сна она еще не успела расчесать, но все равно показалась Вадиму похожей на статую римской богини правосудия. Он попытался вспомнить, как зовут богиню, и не сумел. Юстиция, кажется.

Вчера весь вечер Геля вела себя идеально и тем самым изрядно его мучила. Она молча читала книгу и только изредка на него поглядывала, а он чувствовал себя плохо подготовленным студентом перед строгим преподавателем. Вадим даже отправился в постель в начале десятого, сделав вид, будто валится с ног от усталости. Правда, как ни странно, тут же заснул.

Геля и сейчас молчала. Он сам не выдержал и воскликнул:

– Геля, я пытаюсь с этим разобраться!

Она опять промолчала. Вадим выплеснул недопитый чай в раковину, туда же поставил кружку.

– Если ты будешь мне мешать, быстрее от этого не получится.

– Разве я тебе мешаю?

– Геля, я пытаюсь с этим разобраться!

Она нахмурилась, вздохнула.

– Что ты сейчас собираешься делать?

– Поеду на работу, – пожал он плечами.

– Может быть, нанять телохранителя?

– Я подумаю над этим, – серьезно сказал он.

Вадим надел куртку, помедлил, прошел на кухню, поцеловал жену.

– Все будет нормально.

– Павлику нужно ходить в школу, – мягко напомнила Геля.

– Я помню.

Вадиму не хотелось говорить вслух о том, почему Геля так его раздражает. Но он понимал: жена считает его трусом и перестраховщиком, не способным взять себя в руки. Он и рад бы доказать обратное, только никак не мог придумать, как это сделать.

В машине он немного посидел, положив руки на руль. Стало жаль недопитого чая, и по дороге он остановился у небольшого кафе, несмотря на ранний час уже открывшегося.

– Яичницу и большой чайник чая, – попросил он зевавшую украдкой официантку.

Геля права, нужно немедленно что-то предпринять. Или, если до конца недели ничего не произойдет, начать жить как прежде. Геля и тут права. Паше надо ходить в школу.

Неожиданно накатил такой страх за сына, что Вадим замер с вилкой в руках. Застучало в висках. Он достал телефон, позвонил жене.

– Геля, никому не говори, где Паша!

Вадим понимал, что нужно добавить еще что-то, поскольку его поведение становится действительно неприемлемым, но так и не нашел в себе сил.

Как только он положил аппарат на стол, тот зазвонил снова. Номер на экране был Вадиму незнаком.

– Да! – тихо произнес он. Откуда-то появилась уверенность – звонит человек, которому он непонятно чем сильно помешал.

– Привет! – со смешком ответил звонивший. – Алфёров это. Ты меня разыскивал?

– Да, – покивал Вадим. – Мне нужно с тобой поговорить.

Едва ли Алфёров или даже нанятый им бандит дважды покушались на его жизнь, с тоской подумал Вадим.

– Говори, я слушаю.

– Нетелефонный разговор, – не хотелось выглядеть совершеннейшим идиотом, начав выспрашивать бывшего друга, где тот был в прошлые четверг и пятницу. – Давай встретимся вечером. Или днем, но вечером мне удобнее.

– Идет, – неожиданно легко согласился Алфёров. – Где?

Вадим подумал и назвал кафе, в котором сейчас завтракал.

Он не верил в причастность Никиты к случившемуся, но раз уж начал его разыскивать, обзвонив десяток старых друзей, дело нужно довести до конца.

Настроение окончательно испортилось, аппетит пропал. Вадим отодвинул недоеденную яичницу, но чай выпил с удовольствием, подливая в чашку из принесенного официанткой чайника. Затем положил несколько купюр в папку со счетом и вышел из кафе.

Долгие десять лет он старался не вспоминать о том разговоре с Никитой, когда отказал другу в помощи. О смерти Нади он узнал примерно через год. Столкнулся в метро с бывшей однокурсницей: постояли, поболтали, обсудили однокурсников, посетовали, как быстро идет время. Она и сказала, что Надежды больше нет, а Алфёров уехал в Штаты.

Начался дождь. Вчерашний снег превратился в тонкую ледяную корку, около машины Вадим поскользнулся и едва не упал.

Пронзительный звон будильника с трудом выдернул Катю из липкого ночного кошмара. Она лежала с закрытыми глазами и от страха боялась дышать.

Будильник замолчал. Катя включила ночник, с тоской посмотрела на темные окна и поплелась в ванную.

Она допивала кофе, когда накатила новая волна панического ужаса. Девушка вскочила и бросилась в прихожую. Немного постояла перед шкафом – открыть его она боялась. Потом собралась с силами и резко распахнула дверцы, оглядела висевшую в шкафу одежду.