Берегись сурка! - Larik-lan

— Билли узнал меня, потому что так было нужно. А вот насчет второго вопроса, — Питер откинулся на спинку стула, отсутствующим взглядом рассматривая что-то на стене перед собой. — Со вторым всё сложнее… Мне сильно повезло, что собутыльниками оказались именно старший Уизли и Долохов. 

— Какое сказочное везение.

— Дело не в везении. Тони за мной следил. Не знаю, по приказу Томушки или по собственному почину. Так что нужно было найти дополнительно Уилли и показаться ему на глаза. Это была самая неопределённая часть плана… 

— Все равно не улавливаю мысли.

— Так я пока ничего не говорил, — Питер прищурился, кидая на собеседника пристальный взгляд. — Антонин Севастьянович, чтобы вы знали, таскается с Томушкой давно, и занимались они грязными делишками по всему миру. В том числе в арсенале у Тони имеются… любопытные навыки. В частности, медвежатника… 

— Кого? — Снейп удивился. Он знал, что Тони азартный, но охотиться на медведей…

— Мда, как всё запущено. Медвежатник, он же взломщик сейфов. А Билли Уизли у нас ликвидатор заклятий. И когда эти двое, хорошенько выпив, зацепились языками… Мне оставалось только запоминать. 

— Вы что, собираетесь ограбить "Гринготтс"? — Зельевар ощутил, как у него на голове зашевелились волосы. Что же помнит Петтигрю? 

— Это не я собираюсь, это вам нужно, — спокойно пожал плечами Питер. — Пусть я и не знаю, зачем. И, вспоминая дела пятилетней давности, Томушке вполне удалось пробраться в хранилище. Хоть он и не смог ничего украсть. 

— Откуда вы знаете… что мне нужно в хранилище? — Едва шевеля губами, пробормотал зельевар. 

— Я уже говорил — после травмы у меня в голове образовалось… то самое рагу, которое так пришлось по душе Тони. Я не знаю, что думать, я не знаю, кому верить. Единственное, в чем уверен — вам я верить могу. И ещё знаю, что вам нужно пробраться в банк.

— Как вы… легко об этом говорите. 

— Я внимательно слушал. И в "Гринготтсе" тоже есть вентиляция. Через которую вполне может пробраться сурок… 

— А ещё стоит защита от анимагов, — нахмурился Снейп.

— Она на каждом уважающем себя хранилище стоит. Поэтому имеется и достаточно хитрых способов эту защиту обходить. 

— Гоблины сделают из нас обоих чучела, если только заподозрят в желании их ограбить. Тем более, пока мы рисковать не обязаны. Но ваши воспоминания обязательно посмотрим.

Петтигрю кивнул и отправился приводить себя в порядок. Снейп порадовался, что успел умыться на кухне — в припадке чистоплотности сурок мог занимать ванную по часу, ухаживая за своей "шерстью". 

Устроившись за столом, зельевар принялся размышлять. Идея собрать информацию была здравой, хотя исполнение хромало. Питеру повезло очень сильно, так сильно, что впору было заподозрить действие "Фелициса", — его карманных денег от лорда должно было хватить на фиал зелья удачи, а Снейп никогда не интересовался, что покупает его сосед. 

В принципе, это вполне осуществимо. Ему даже не нужно ничего брать, достаточно пробраться в банк, вскрыть хранилище или два, для конспирации, и сжечь там всё, включая крестраж, адским пламенем, — головокружительно опасная авантюра, но не менее опасная, как если бы они пытались вынести чашу за пределы банка. Судя по воспоминаниям, Поттер с друзьями, покидая "Гринготтс", оседлали дракона, но Северус сомневался в своем везении и намеревался придумать что-то другое. 

Из воспоминаний Анны зельевар знал, где лежат крестражи, благо, дневник уже уничтожен, а диадема окажется в пределах досягаемости с началом учебного года. Поговорить с Кричером и попробовать забрать у него медальон можно во время собрания Ордена, куда Снейп в последнее время ходил нечасто. Кольцо в доме Гонтов тоже лучше не трогать, а сразу сжечь. И ещё чаша, с добычей которой так стремился помочь Питер... Но оставались змея лорда и сам Поттер, с которыми зельевар не мог сделать ровным счётом ничего.

Кроме того, он осознавал, что не хотел брать Питера "на дело". Если рука хоть на миг усомнится во владельце, Петтигрю конец. Пока он не сделал ничего предосудительного — просто выпивал с друзьями и трепал языком на отстранённые темы. Ни единого упоминания о том, что он хочет навредить лорду. Разговор об ограблении банка вообще может быть шуткой или очередным полетом нездоровой фантазии. Но попытка украсть вместилище души, или, того хуже, его уничтожить, — такие события говорят обо всем вполне недвусмысленно. 

Разумеется, сомнительную честь разбираться со змеёй и ритуально самоубиваться можно оставить на Поттера, чтобы Избранный соответствовал своему званию героя, но Альбус только с начала учебного года начнёт обрабатывать его на тему крестражей. А за кольцом отважные "крестражеборцы" должны отправиться уже в конце июля-начале августа. Зельевар откинулся на спинку стула, рассматривая потолок. Стоило предупредить Альбуса, чтобы тот не делал глупостей и не хватал камень руками, но в этом случае он бы напоминал сумасшедшую Сивиллу с её вечными предупреждениями о "мучительной смерти", так как рассказывать, откуда у него сведения, Снейп не собирался. В душе ворочалась темная, густая, удушающая ярость на директора, и в этом случае травма руки Дамблдора казалась "допустимым ущербом" для защиты Питера. 

Снейп искривил губы. Ну вот, на его внутренних моральных весах жизнь сурка теперь более значимая, чем здоровье и жизнь Великого Светлого Волшебника. Учитывая, что пока его не вызывали осматривать травмированную руку, слетать в Литл Хэнглтон Альбус ещё не успел. 

Северус сел. Ещё не успел, ну, конечно. Вскочив, зельевар кинулся в гостиную и раскатал на полу карту Великобритании. Кинув на лист поисковое заклятие, он быстро обнаружил крошечное пятнышко, притулившееся возле точки побольше — городка Грейт Хэнглтон. Он не знал, когда Дамблдор соберётся на свою самоубийственную миссию, но пока ещё была возможность успеть. 

Зельевар заметался по дому, слетел в подвал, сбрасывая в походную сумку аптечку, инструменты и сильнодействующие яды. У него не было яда василиска, да и вряд ли директор одолжит ему меч Гриффиндора "до вторника", зато адское пламя опытный темный маг призывать мог. В сумку посыпались накопители для сдерживания щита. Если сжечь дом дотла сейчас и оставить на его месте иллюзию, местные жители ничего не заметят. Дамблдор наверняка не станет распространяться о произошедшем, хотя и поймет, что за крестражами охотится кто-то ещё. А "Томушке" пока нет надобности носиться по стране и проверять сохранность своих "безделушек". 

Питер, спускаясь по лестнице, задумчиво нахмурился, наблюдая метания соседа:

— Снейп, вы переезжаете? Я понимаю,